Дмитрий Автомонов - Состязание

Олег узнал его. Это был Виктор.

— Лучше не злите этих ребят, — вставая на ноги, сказал Сержант, — а то еще понаделают в вас дырок раньше времени.

И едва ли испытывая удовольствие от собственной штуки, первым вышел из автобуса.

— Они все из грифа, — поделился разведчик с Олегом.

— Откуда ты знаешь?

— Я и еще кое-кто разработали эту тактическую схему. Много лет назад, именно благодаря нашему построению удалось сократить жертвы в проводимых операциях на тридцать процентов.

Пожав плечами, Олег только вздохнул.

— Не все они спешат оказаться в состязании.

— Это юнцы с промытыми мозгами. Им никогда не получить майку с номером.

— Так значит это уже большое достижение?

— А ты так не считаешь?

— Нет.

Теперь уже Гриф недовольно скривил губы. Он хотел что-то сказать, но в этот момент Виктор заглянул в автобус и ничуть не хуже Сержанта рявкнул, чтобы все выходили.

Атлеты послушно высыпались из транспорта и теперь оглядывались вокруг. Солдаты, держащие их на мушке, едва ли интересовали кого-то. Каждый был уверен, что сейчас ему ничто не угрожает и это место, чуть ли не самое безопасное во всем мире. По крайней мере, до тех пор, пока не совершишь какую-нибудь глупость.

— Неплохо, неплохо, — оглядывая прибывших, сказал Виктор, растягивая и чуть шепелявя все звуки, — этот отбор не так уж плох.

— Тебе правда нравится? — скептически посмотрел на него Сержант.

— Вполне. Это, как минимум лучше, тупоголовых и ничего не понимающих южан или проклятых беженцев. Какая симпатичная цыпочка.

Он сделал шаг к Маре, но та смачно плюнула ему под ноги, чем сильно повеселила.

Виктор захохотал и легко толкнул Сержанта в грудь кулаком, будто самого лучшего друга на пьяной вечеринке.

— О да, будет очень весело. За мной, детишки.

Он махнул рукой и первым двинулся в обратный путь, пересекая площадь по направлению ко входу в здание, перед которым на трех флагштоках развевались разноцветные тряпки. Первая являлась флагом Новой России. Отличий от предыдущего варианта не было, но в голову каждого жителя был вбит догмат, что именно этот триколор единственное, что всегда было и еще долго будет существовать. Флаг Москвы развевался на третьей мачте, а центральную занимало фиолетовое полотно с серебристой вышивкой: все тот же треугольник с тремя секторами, рядом с которым красовалось одно единственное слово.

Виктим.

Корпорация владела большим количеством недвижимости по всему мегаполису. Сравниться с ней в масштабе и возможностях могли разве что гиганты из восточных и северных областей страны, но они не претендовали на главенство в центральной части и никак не пытались сплестись с правительственными структурами.

Олег покачал головой, понимая, что его мысли снов уходят куда-то в сторону рассуждений совершенно неважных. Гораздо полезнее было сосредоточиться на происходящем.

Солдаты конвоировали их, обступив с двух сторон плотными колоннами. Через одного они следили за атлетами и за обстановкой с внешней стороны, готовые отразить нападение откуда бы оно не последовало. Их обученность и слаженность действий на самом деле поражала. Похоже, когда создавалось единое подразделение для предотвращения угроз, получившее в название имя крылатого падальщика, в него брали только лучших из лучших, способных вырастить и натренировать новое поколение бойцов, которые в свою очередь могли стать еще лучше. Если верить Грифу и вокруг них сейчас лишь салаги, Олег старался не думать о том, на что способны прошедшие весь курс обучения оперативники. По своему опыту он знал, что в голове появляется много ненужной информации, но физическая и тактическая подготовки делает из тебя кого-то другого, способного обратить себе на пользу все, что угодно из окружающего мира начиная от предметов и заканчивая мыслями людей.

Сейчас бы все это солдатам совершенно не пригодилось: в их руках было куда более простое и прямолинейное оружие, также хорошо решающие поставленные задачи, как и многолетняя операция под прикрытием.

Пройдя через автоматические стеклянные двери, атлеты оказались в мягко осветленном холле прямо перед картой государства. Она была закреплена на стене перед входом и сделана из чего-то очень похожего на настоящее золото, сверкая и переливаясь инкрустированными камнями на месте самых крупных городов. Кое-где зияли черные дыры: этих населенных пунктов больше не существовало.

Их вели дальше, на второй этаж. Почти все конвоиры остались на улице. Виктор сам указывал путь толпе участников состязания. Сержант замыкал строй, чуть не наступая на пятки Олегу. Тот оглядывался и пытался понять, почему у их няньки такой сосредоточенный, если не сказать, озлобленный, вид.

Это точно было связано с генералом корпорации. Именно такие погоны были на его плечах. Но вел себя Виктор как самый обычный воин, не привыкший к управлению армией, а больше полагающийся только на себя. Несомненно, он прекрасно знает, как вести за собой людей, но предпочел бы этому самому со всем разобраться. И с большой долей вероятности у него бы получилось.

Этот человек внушал Олегу необъяснимое отвращение, даже больше, чем женщина-жнец, и тревогу, неприятной волной растекающуюся внутри. Его бодрый шаг, розоватое лицо, раскосые глаза, глядящие все время куда-то сквозь тебя, и насмешливая самоуверенность в голосе, делали его не самым приятным человеком. А то, чем он занимался и подавно.

Весь корпус, где они оказались, представлял из себя просторную студию. Часть стен была завешана фонами самых разных цветов, но в основном преобладал зеленый. В такой же цвет была выкрашена угловая секция, где был частично разведен самый настоящий сад. Повсюду стояли треноги и стойки с закрепленными на них осветительными приборами, отражателями и полупрозрачными зонтиками. Небольшой закуток у входа походил на салон красоты: столы были завалены кисточками, палитрами с тенями и пудрой, баллонами с лаком и гелем для волос. Несколько молодых девушек в черных обтягивающих комбинезонах негромко переговаривались, сгрудившись вокруг четырех кресел, установленных в разные друг от друга стороны, чтобы удобно было работать и не мешаться чужим рукам. Чуть поодаль, на широких пластиковых вешалках, покоились костюмы и аксессуары, необходимые для съемок.

По очереди атлетов гримировали, приводили в порядок, одевали и отправляли сначала к белому фону, где делались тестовые снимки, затем в сад, а потом под объектив крупной, опутанной проводами кинокамеры, направленной на зеленый фон. Фотограф и оператор в одном лице, мужчина ровесник Олега, умело руководил постановкой. Пара охранников, дежуривших на этаже, следили за порядком и готовы были проявить себя, если кому-то не нравилось, как сильно замазывают явные синяки на его лице или делают что-то непонятное с волосами.