Мелинда Мёрдок - Бак Роджерс в 25 веке

«Деляга» освободился от камуфляжа и медленно двинулся вокруг Хауберка, сопровождаемый Баком, Иерхарт, Райтом и Линдберг. Они вошли в пространство, заполненное остальными участниками сражения.

— «Повстанец-1» — «Орлу-Лидеру». Как дела, капитан?

Вашингтон довольно рассмеялся:

— Еще минуту назад я был настроен не слишком оптимистично, но сейчас, думаю, бой почти закончен.

Бак слышал звук орудий, работавших на полную мощность.

— Пожалуй, так и есть, — согласился он. — А сейчас отключись на время, я поговорю с этим вожаком скаутов.

— Пожалуйста, — небрежным тоном ответил Вашингтон. Через канал связи с его стороны слышались высокие взрывающие звуки — это срабатывали защитные экраны, ловя лазерные лучи.

Бак щелкнул переключателем.

— Приветствую Хауберк, — произнес он. — Говорит капитан Роджерс. Мы уничтожили ваш флот, а также вашу защитную оболочку. У нас достаточно сил, чтобы разбить вашу артиллерию, если вы будете продолжать сопротивление. Предлагаю сдаться.

Сифориан выслушал требование Бака вполуха. Он внимательно разглядывал дислокацию артиллерии, с удовольствием отмечая, что заградительный зенитный огонь непреодолим для судов НЗО. А вспомнив об уровне вооруженности НЗО, он решил, что корабли третьего класса дали мятежникам кратковременный перевес, но не более.

— Повторяю, предлагаю капитулировать, иначе мы будем вынуждены открыть огонь по станции.

При этих словах дьявольская улыбка зажглась в глазах Сифориана и растянула губы.

— Капитан Роджерс, говорит Сифориан, директор станции Хауберк. Я готов рассмотреть сроки капитуляции.

— Я рад, что вы намерены поступить благоразумно, сэр.

— Я всегда благоразумен. — В глазах Сифориана прыгали дьявольские смешинки. — Я прошу вас пожалеть станцию.

— А я прошу вас отдать приказ пилотам прекратить огонь, пока идут переговоры.

— Вполне справедливо. Я распоряжусь.

— Хорошо. Нет необходимости умирать невинным.

— Это было бы расточительством, — согласился Сифориан. — Как я предполагаю, вы хотите взять станцию под свой контроль.

— Вы умный человек, директор. — В голосе Бака слышался легкий оттенок сарказма.

— Но я должен указать, что для того, чтобы контролировать Хауберк, требуется значительно больше людей, чем есть у вас. Я предлагаю оставить пока мой личный состав эксплуатационников.

— Не вижу другого выхода, — согласился Бак. — В настоящий момент моим единственным условием является требование к администрации станции снять ограничения, касающиеся торговли и военного развертывания.

— Я полагаю, что вы хотите, чтобы компания по использованию солнечной энергии тоже стала открытой?

— Да.

— Вы понимаете, капитан, насколько это безответственно? Слишком много свободы! — Это вызовет немедленно панику, последствия которой могут оказаться гибельными для Земли.

— Я хочу рискнуть, — сказал Бак, начиная осознавать, что Сифориан играет в кошки-мышки, чтобы выиграть время.

Сифориан печально покачал головой.

— Сожалею, что мне приходится это слышать. Такое можно ожидать только от какого-нибудь террориста.

— Для меня почетно слышать, что вы наградили меня таким титулом.

— Давайте, капитан, не будем уклоняться от темы нашего разговора, занимаясь игрой в слова, — сказал Сифориан, стараясь казаться деловитым.

— В таком случае, я предлагаю… — Голос Роджерса на какое-то время пропал. — Я вижу, директор, вы выполнили часть соглашения. Вероятно, вам будет приятно узнать, что ваши истребители прекратили огонь.

— Я человек слова, — ответил Сифориан.

— Я тоже, — жестко произнес Бак. — Если ограничения в отношении Земли не будут сняты в течение следующих двадцати минут, я открою огонь по секторам станции, а затем буду управляться с ней — с теми немногими людьми, которые есть в моем распоряжении.

— Тогда вам придется принять и последствия, вызванные вашими действиями. Я снимаю с себя всякую ответственность. Неконтролируемые массы — это анархия, жестокость и паника…

— Я буду счастлив принять на себя вину за происходящее.

— Это просто ребячество!

— Ну, если мы коснулись темы возраста, то позвольте напомнить, мистер, что я старше вас на пять столетий.

— Запомните мои слова, капитан, — напыщенно произнес Сифориан, — вы будете сожалеть о своих действиях.

Он пригасил улыбку, таившуюся в глубине глаз. Пока Роджерс раскусит, что все эти переговоры — не более чем трюк, он, Сифориан, выиграет время. Минут через двадцать, если не меньше, эта чернь из НЗО снова подвергнется обстрелу, и никто из них не уйдет живым. Кейн уже в пути…

Хьюэр, чье первое электронное «ухо» было настроено на Бака Роджерса, а второе пыталось контролировать все истребительское звено НЗО, прорвался сумасшедшим образом в компьютерную систему Хауберка и начал вести наблюдение за всеми входящими и исходящими сообщениями. У него не было времени проникнуть дальше и не было возможности прозондировать ближайшие внешние границы Хауберка. Он пока еще не разобрался в кодах РАМ и, поглощенный происходящим конфликтом, не имел ни малейшего представления о приближении грозной силы — истребителей во главе с Кейном.

— «Повстанец-1», это «Повстанец-2». Мы должны встретиться неподалеку от Хауберка приблизительно через три минуты. Каково ваше положение?

— Сногсшибательно, — беззаботным тоном ответил Бак.

— Повтори.

— «Повстанец-2», Хауберк капитулировал. Сейчас мы подбираем последние истребители.

— Сифориан признал себя побежденным? — не верила Вильма.

— Ну, не совсем. Он сдался, но много не говорил…

— У него репутация хитреца. И к тому же заслуженная.

— Я думал об этом. Кажется, мне нет необходимости спрашивать, как все прошло у вас. Станция никогда не предполагала, что на нее может обрушиться такой удар, — сказал Бак.

— Нам удалось справиться со спутниками без особых трудностей, но я боюсь, что наши корабли привлекли к себе внимание.

— Трудно было надеяться на то, что нам удастся сохранить их втайне надолго, — после Хауберка это вообще невозможно.

Вильма почувствовала, что Бак улыбается и улыбнулась тоже.

— «Повстанец-2», вы уже в зоне видимости, — сказал Бак. Теперь он мог видеть Вильму и три летящих за нею веером корабля.

— Сколько времени потребуется на очистку станции? — спросила Вильма.

— Самым эффективным образом? Док считает, что три корабля третьего класса могли бы проделать эту работу.