Иванов Александрович - Слово дракона.

В пустом, полутемном тронном зале одинокая, недвижно застывшая на троне фигура выглядела жутковато. Когда армия людей подошла к стенам главной резиденции дома, люди кинули к воротам голову сына и наследника Высокого лорда, отправленного в Иллириен за помощью. И что-то умерло в лорде Гильнисе в тот день. Всю осаду он провел заперевшись в тронном зале, лишь однажды вызвав Кайэвара к себе. Чтобы отдать этот странный приказ: лично сообщить ему, когда люди ворвутся за внутренние стены.

– Они идут, – кивнул Кайэвар в ответ на вопросительный взгляд. – Вы еще можете бежать подземным ходом, мой лорд.

– Оставь, – равнодушно прервал Кайэвара лорд Гильнис. – Я разделю судьбу своего Дома! Но напоследок, – черты лица Высокого лорда ожесточились, а на губах появилась злая усмешка, – у меня есть подарок людям и предателям.

Гильнис стремительно встал с трона, и только сейчас Кайэвар заметил, что по правую руку от Высокого лорда стоит небольшая, богато украшенная магическими письменами серебряная купель.

– Бери ее и ступай за мной, - приказал Высокий лорд.

Восхождение на вершину Башни лорда по длинной спиральной лестнице показалось Кайэвару вечностью. Непонятный артефакт – а то, что купель была именно артефактом эльф не сомневался – не был тяжел, но от холодного серебра исходила столь ощутимая эманация боли и смерти, что даже смотреть на артефакт, а не то что нести в руках, было отвратительно. Наконец впереди показалась дверь, открыв которую Высокий лорд и ларгон оказались на вершине башни.

Избавившись от артефакта, Кайэвар подошел к краю башни и, облокотившись руками на холодный камень, с болью посмотрел на пылающий город. Тут прошло его детство, тут он встретил юность и зрелость, тут он примет смерть. Судя по крикам ярости и боли, битва во внутреннем дворе входила в завершающую фазу. Если людей не остановили три крепостные стены и почти пять тысяч защитников, то жидкая, наспех сколоченная баррикада и две сотни гвардейцев Дома их уже точно остановить не могли.

– Зачем мы поднялись сюда, лорд? И что это за артефакт? – не поворачиваясь спросил Кайэвар.

– О, у этого артефакта очень насыщенная и богатая история. Его создал один из магов нашего Дома в самом конце Темных веков. Я бы рассказал тебе больше, но у нас совершенно нет времени… Прости и прощай, Кайэвар, ты был верным слугой.

Кайэвар непонимающе обернулся и еще успел заметить блеск острия меча до того, как его голова, оставляя кровавый след, покатилась по камням. Обезглавленное тело еще пару мгновений стояло на ногах, а затем упало на камни вслед за головой.

– Похоже, мы смогли его удивить! – сумасшедше хихикнул Гильнис. – Теперь дело за тобой, – подмигнул купели Высокий лорд. – Что? Не хочешь? Я тебе сейчас помогу.

Подтащив обезглавленное тело Кайэвара к купели, Гильнис с радостным блеском в глазах наблюдал, как кровь капля за каплей заполняет артефакт. Отпихнув тело ларгона в сторону, Кайэвар макнул палец в кровь и, словно кистью по холсту, старательно принялся водить им по украшающим древний артефакт письменам. Там, где проходил палец эльфа, письмена наливались ярким багряным светом.

– Поздравляю с возвращением в наш чудесный мир, "багряная леди", – издевательски поклонился купели эльф. – Надеюсь, вы соберете достойный урожай. А теперь простите, но мне пора.

Сумасшедшее смеясь, Гильнис взобрался на каменный парапет башни и, раскинув руки в стороны, шагнул вперед. А в небо над полыхающим городом ударил багряный смерч.

Яростно скомкав лист бумаги в комок, я швырнул его в сторону камина. В этот раз попал! Упав среди еще тлеющих углей, бумага почернела и съежилась, вспыхнув на прощание ярким огненным языком.

Тяжело вздохнув, я встал из-за рабочего стола и прошелся по кабинету, собрав и выбросив в камин попавшиеся по пути комки бумаги – неудачные страницы нового закона. Бросив на рабочий стол взгляд, полный ненависти, я подошел к окну. Первая неделя лета выдалась дождливой и холодной, но сегодня природа сменила гнев на милость.

День выдался на славу. На небе не было ни облачка, и яркое солнце щедро согревало озябшую было землю. В небольшом садике во внутреннем дворе под присмотром молодого эльфа резвилась дворцовая ребятня, оглашая древние стены замка радостным визгом. Идиллия. Задери ее Падший.

Помянув несколькими отнюдь не добрыми словами покойного Фираваля, я отвернулся. Знаю, о мертвых плохо говорить не принято, но размер свиньи, подложенной мне Высоким лордом, начал вырисовываться только после принятия присяги эльфов.

Как обеспечить сосуществование давних врагов в одном государстве? Да, от Восходящего солнца мало что осталось. Потеряны сильнейшие маги. Погибло множество Старших и полностью перебита часть Младших домов. Сейчас Восходящее солнце лишь бледная тень Старшего дома, но что будет в будущем?

Можно было, конечно, расправиться с остатками Старших и Младших домов. Благо, большинство из них сейчас в моей власти. Да, это было бы жестоко, гнусно и откровенно подло. Но я не святой, и сделал бы это, если бы был уверен, что для Восточного королевства так будет лучше. А вот уверенности как раз и не было.

Значит, нужно думать, как сделать так, чтобы в будущем дом Восходящего солнца стал для королевства не обузой и источником вечных проблем, а надежной опорой.

И вот уже два дня я усердно корпел над новым законом. Общие положения уже были готовы.

Условия были жесткими. Старший дом с теми же правами и вольностями, как в империи, мне был совершенно не нужен. Яму, или, вернее, пропасть, в которую рухнула империя, своевольные эльфийские лорды создали сами. И мне не хотелось, чтобы мое королевство полетело туда же.

Привилегии Высоких лордов я отправил в камин первыми. Герцог Дома – или как там эльфы обзовут своего нового главу: высокий лорд, старший лорд, да хоть божественный лорд! – приравнивался к прочим герцогам моего королевства. С теми же обязанностями и правами (изрядно мной уменьшенными). Армия дома, за исключением личной полуторатысячной гвардии лорда, упразднялась. Любые дипломатические шашни с остальными Старшими домами признавались изменой со всеми вытекающими.

По сути от Старшего дома оставалось одно название, и Восходящее солнце становилось просто четвертым – хотя и несколько обособленным – герцогством в составе Восточного королевства.

К кнуту прилагался пряник.

Во-первых, я не планировал дробить обширные земли Восходящего солнца на части. И герцогство у эльфов получалось чуть ли не с треть всего моего королевства.