Ивонн Наварро - Чужие.Музыка Спирса

- Боже Милостивый, как вы не возьмете в толк? - Он не смог сдержать разочарования в тоне голоса,- Важнее всего мысль, которая кроется за криком, понимание того, чем вызван крик, того, что превращает крик в музыку. Словом, все те чувства, которые звучание музыки доносит до сознания слушателя. Боль… физическую или…- Его пальцы крепко вцепились в пузырек с желе, не желая расставаться с его теплом, и на какое-то мгновение в памяти Деймона вспыхнула картина ощущений того, что творилось у него в голове после приема первой дозы наркотика.- Или душевную,-закончил он.

- Ну,- оживленно заговорил Брэнгуин,- не думаю, что вы намерены найти то, что ищете, именно нынче вечером.

Он поднялся из-за стола и снова наклонился к Деймону. В этой одежде на выход усталость на его лице стала вдруг еще заметнее.

- Послушайте, мистер Эддингтон, говорят, чтоу если художник или музыкант слишком глубоко погружается в работу, он теряет контакт с остальным миром и это отрицательно сказывается на его творчестве. Я слышал, что писатели читают произведения коллег по жанру, чтобы обезопасить собственный взгляд на вещи от избитых истин и привнести в свои сочинения больше творческого начала. Почему бы вам на несколько часов не выбросить из головы и Моцарта, и «Симфонию ненависти»? Я собираюсь пойти на концерт группы «Мелодии ада», который она дает нынче наверху в зале. Эта музыка так далека от того, чем вы занимаетесь, что концерт даст отдых голове и вы сможете совершенно по-новому взглянуть на собственную работу. Составьте мне компанию. Что скажете?

На секунду у Деймона отвалилась челюсть.

- Нет, Брэнгуин, спасибо. Я ненавижуэтот хлам. Я скорее проткну себе барабанные перепонки, чем соглашусь такое слушать, и уверяю вас, что в подобном шоу нет ничего, что могло бы каким-то образом повысить тонус моего творчества или оказать влияние на мою музыку. - Он искоса посмотрел на биоинженера: - Однако я благодарен вам за трогательное участие.

Брэнгуин ответил смущенной улыбкой, словно понимая, что зашел слишком далеко.

- Я тоже ее ненавижу,- доверительно сообщил он,- но считаю важным для себя знакомство со всеми направлениями современной музыки. Если ограничиваться только какими-то определенными, как можно составить представление об остальном? С чем сравнивать? - Он пожал плечами- Если вы никогда не слушали их музыку, откуда вам знать, что ваше творчество ничего от этого не теряет? Как вы смогли догадаться, что ненавидите ее? В конце концов, как иначе узнать, что же в ней слышит критика?

- Вы исходите из предположения, что это музыка, - с сарказмом в голосе возразил Деймон. Он понял, что Брэнгуин скорее всего солгал,- кто же станет слушать музыку, если действительно ненавидит ее,- и у него дрогнули губы,- Простите меня, но я не думаю, что подобный мусор имеет право так называться.

- Да-да, хорошо. - Брэнгуин снова пожал плечами, затем бросил взгляд на Вэис, стоявшую на коленях перед клеткой Моцарта в дальнем конце улья. - Дарси, а как вы? - крикнул -он. - Не сделаете передышку в работе, чтобы состарить старику компанию? После концерта мы могли бы даже заскочить выпить,- Деймои напрягся, казалось, Вэнс готова принять приглашение коллеги, но после затянувшегося мгновения раздумья отрицательно покачала годовой:

- Нет, Майкл, спасибо. Лучше останусь понаблюдать за Моцартом.

Полные щеки Брэнгуина разочарованно обмякли, сгоняя с лица улыбку. Он суетливо поправил галстук и взял себя в руки.

- Ладно, если вам этого больше всего хочется. Желаю тихо и спокойно скоротать вечер,- Он неестественно хихикнул. - Меня ждет совсем другое. После такого концерта барабанные перепонки наверняка будут вибрировать еще целую неделю. Пока.

Бодро махнув на прощание рукой, он выскользнул из улья.

Деймон долго смотрел вслед Брэнгуину, задаваяя вопросом, догадался ли старик, насколько сильно оскорбил его приглашением на концерт «Мелодий ада». Казалось, на пару секунд эта мысль приходила биоинженеру в голову, но он сразу отмел ее. Деймон не смог. Из всех существовавших групп именно это сборище андроидов-мутантов он находил особенно отвратительным. Деймон нахмурился и возмущенно тряхнул толовой. Брэнгуин и прочие пустоголовые, коварно обманутые люди вроде него, которые платят хорошие деньги за билеты, вполне заслуживают потери слуха, которым они наделены определенно зря; да с ним немудрено расстаться под грохот этой мерзости из динамиков концертного зала. То, что вольется им в ущи нынешним вечером, не имеет никакого отношения к настоящей музыке.

Он снова сосредоточил внимание на Дарси Вэнс и почувствовал, молча наблюдая за ней, что у него учащается пульс. Целиком поглощенная Моцартом, она словно позабыла о присутствии Деймона, и он, как обычно не таясь, с интересом наблюдал за каждым ее движением. Она медленно вела вверх прижатую к стеклу ладонь, одновременно поворачивая ее, прямо перед мордой Моцарт Чужой наклонил голову, словно задумался над смыслом этого эксперимента, на его морде застыла гримаса, в которой не было и толики злого умысла. Следит он за ее движениями? Запоминает их? Как? Возможно, биоинженеры и ученые-биологи, даже те, которые в составе вооруженных сил участвовали в войне с ними, ошибались, заявляя, что у чужих нет зрения. Если отключена аппаратура двусторонней голосовой связи, клетка твари звуконепроницаема; предусмотрено все, чтобы предотвратить попадание внутрь загона неочищенного воздуха остальной части здания. Никакой запах, слава Богу, не выходил наружу и никакие запахи не проникали внутрь клетки за исключением тех, что поступали через дверь кормушки, когда она открывалась. Откуда же тогда Моцарт знает, всегда точно знает, по какому месту на стеклянной поверхности стены надо шлепнуть когтистой лапой, чтобы она оказалась против ладони Вэнс? Деймону казалось чем-то сверхъестественным, что стоило ей поднести кончики пальцев к стеклу, никогда даже не касаясь его поверхности, как чужой тут же оказывался напротив по другую сторону стены.

Стараясь не шуметь, композитор вытащил один пузырек с желе из кармана, откупорил его и проглотил содержимое. Реакция последовала почти немедленно: все его ощущения разом отключились, словно от переутомления, а разум, будто пришпоренный, отдался на растерзание этому сводившему его с ума «если бы».

Если бы я мог заставить чужого вопить из-за утраты чего-то для него ценного! Из всех существовавших во вселенной звуков этот и был как раз тем, который необходим Деймону для окончательного завершения «Симфонии ненависти», для наполнения содержанием и самого композитора, и его мрачного музыкального творения.

Вторая фаза действия желе заставила его расслабияъся, наполнила уверенностью и ощущением безмятежности. В другом конце улья Вэнс сменила место, сев на индейский манер перед стеклянной стеной справа от клетки-кормушки; Моцарт тут же оказался напротив, как всегда безошибочно ощущая ее присутствие. Деймон заметил, что на панели вспыхнул красный индикатор динамика: Вэнс включила голосовую связь с клеткой, и теперь Моцарт мог ее слышать. Ее шепот достигал и ушей Деймона. С каждой секундой обострявшийся действием желе слух вскоре позволил отчетливо различать каждое слово, как если бы Дарси была не дальше четверти метра от него. Ее голос звучал нежно, немного гнусаво: