Василий Баранов - Хромой бог

В это время Роман с товарищами подтянулись с огорода.

— Да вон. Вот это…

— Мы и сами можем представиться. Я Павел Павлович Пономарев. Заведующий хирургическим отделением госпиталя. А это…

— Я Роман, Ромка Скворцов. Работаю в том же госпитале санитаром. А вы?

— Я Игорь Ромашов. Служу в полиции. А это? — Ромашов приглядывался к молодым людям.

— Сами пусть представляются. — Заявил Роман.

— Я Клен.

— Он у нас воин. — Добавил Роман. — А это…

Но представить Флора сразу не удалось. В этот ответственный момент из-за дома выглянула голова. Зеленая с огромными желтыми глазами. Флай наблюдал за происходящим перед домом. Когда Игорь увидел это чудо, то инстинктивно потянулся за пистолетом.

— Кто это?

— Это наш ребенок. Флай. Он дракон. Но еще маленький. — Извинялся за проказника Павел.

— Ребенок? — Да, такого ребенка Игорь видел впервые.

Ребенок уже полностью показался из-за дома, обозначив свое внушительное по размерам тело.

— Я не ребенок. Я — казак. — Заявил Флай. Поспешил, вдруг опять курицей назовут.

— Казак?

— Да. Видите, он совсем еще маленький. Кроха. — Паша был единственным на Земле специалистом по драконам. Все остальные рассуждать по этому вопросу не имеют права.

— Ничего себе кроха. — Игорь с опаской посмотрел на дракона. Кто их знает, может они кусаются.

— Папка. Я его растопчу? — Крохе очень хотелось, чтоб все считали его большим и грозным.

— Нет. Не надо. А это у нас Флор. — Роман. Наконец, представил второго молодого человека.

Флор пожал Игорю руку, отступил назад. Подарив новому знакомому лукавую улыбку.

— Ты, Игорь, главное с малышом познакомься. Он хороший. — Рекомендовал Роман.

Флай подошел к Игорю и протянул свою лапку.

— Флай. — Он старался подражать взрослым и выглядел очень важным.

— Я Игорь. — Рукопожатие было легким. — Ты откуда такой?

— Я со звездочек. Папка Роман нас всех выпустил с ладоней. Мы летали по Вселенной и заблудились. А я нашел потом папку. — Так просто он пересказал старую легенду.

— Со звездочек?

— Да. Хочешь, я огнем плюну? Я могу далеко плюнуть. Так никто не умеет. — В хвастовстве Флаю нет равных.

— Флай, подожди. — Остановил его Роман. — Не надо. Мы с тобой договорились. Нам не нужен пожар здесь в лесу.

— Хорошо, не буду. — Как жаль, он бы постарался.

Тут в разговор вмешался Флор.

— А не вы это обронили? — Он протягивал пистолет Игоря.

— Мой пистолет? — Игорь пошарил на поясе. Пистолета не было. Посмотрел в честные глаза парня. — Как он оказался у тебя?

— Случайно. Иду, валяется. Я и поднял. — Флор настоящий талант. Врет искренне, ворует мимоходом, поет и танцует. Дар.

— Нашел? — Игорь и не дошел до того места, откуда вышла эта компания. Врет парнишка.

— Так бывает, — заявил Павел Павлович. — Флор часто всякую дрянь подбирает. Молодой.

— Флор, — поправил Роман, — принадлежит к славному цеху. Он из гильдии воров. Асс в своем деле. Высшая квалификация. Виртуоз.

— Уголовник со стажем. А, вроде, молодой. — Ловкие у парня руки, это точно.

— Не совсем так. В другом мире он из гильдии воров. Тяжелое детство. Общество. А здесь он обычный добрый парень. Издержки воспитания. — Оправдывался Павел.

— Вижу уже, — заявил сердито Игорь, забирая пистолет. — Как вас сюда занесло?

— По случаю. Заглянули на денек. Нам надо было посадочный материал пристроить. Его нельзя высаживать кое-где. У Савельича грядка оказалась свободная. Мы и решили посадить.

— Что высаживали? Надеюсь, не коноплю. А Савельич? — Старый друг плохих людей не приютит. Игорь уже не сердился на Флора.

— Нет. Корешки какие-то. Говорят, хорошие. Лечебные. Змеиный корень. — Рассказал Савельич.

— А что это за корень? Из каких питомников?

— Говорят, лечит от многих болезней. Типа женьшень. — Хозяин дома и сам толком не знал, но верил, так оно и есть.

— Ясно. Посадили. Теперь будете ждать, когда приживется. Если корень редкий, не просто его в наших землях растить.

— А что ждать. Наверно, корешок уже принялся. Он хорошо приживается. — Заметил Роман.

— А я хочу птичку. Он высоко летит. Я ее поймаю. Все эти огородные деля Флаю надоели. Среди грядок не развернешься.

— Какую птичку, Флай? — Сейчас воробьев начнет гонять.

— Железную. Она там летит. Я поймаю. — Дракон смотрел вверх. Глаз человека не может разглядеть самолет на большой высоте. Для летящих среди звезд это не расстояние.

— Флай не надо. — Роман испугался. Этот ребенок легко догонит реактивный самолет.

— Ты сам рассказывал, птички тут летают железные. В них много людей. А в этой только двое. Она маленькая. Еще не выросла.

— Не надо. — Так в небе военный самолет. Воздушного боя не хватает.

— Я только посмотрю. — Хныкал Флай.

— Флай, остановись. Он, мужики, заметил боевой самолет. На высоте двенадцать тысяч метров летит. — Роман был вынужден определить цель.

— Еле-еле летит, медленно. Не торопится. — Подтвердил дракон.

— Нет, совсем не торопится. На сверхзвуке. — Приходилось объяснять окружающим способности ребенка. — Флай его в миг догонит.

— Он у вас всегда такой беспокойный? — Спросил Игорь.

— Бывает. Он на Земле впервые. Драконы могут летать между галактиками. Сверхзвуковая скорость для него черепашьи шаги. Становится старше, вот и хочет определить свои силы. Детям все любопытно.

— Я хочу птичку. — Флай капризничал.

— Не стоит. Ты ее испугаешь. — Как сложно с детьми. Недаром говорят, дети цветы жизни, но пусть они цветут не под моими окнами.

— Он, в самом деле, летает? С такой скоростью? — Перед Игорем стоял живой истребитель. Огромные скорости, способность видеть далекую цель. Встроенный огнемет. Птичка.

— Он настоящий звездный дракон. До луны или Марса сейчас может долететь. А до других звезд попозже.

— Шутишь? — Это не укладывалось в голове Ромашова. Савельич и не пытался это осмыслить.

— Нет.

— А лететь ему долго? По времени сколько лет?

— При его возможностях совсем нет. До созвездия Веги за полгода туда и обратно обернется. Скорость света для него не предел. Это не торопясь.

— Вот это да! Это не возможно. Физика…

— Это ваша физика. Для Флая это возможно. Он звездный дракон. А вот птичку железную ловить не стоит. Испугаешь. И людей, которые в ней испугаешь. — Люди не способны понять простых вещей. Они только задумываются над многомерностью пространства. И это так же будет модель далекая от истины.

— А все равно поймаю. — Взрослые настоящие зануды. Говорят о каких-то глупостях, когда рядом красивая птичка летит.