Стас Северский - Последний день может стать первым

— Айнер, а ты нестабильный…

— Только заметил? Характер — это мелочи. Я не из-за этого приговорен к понижению.

— Приговорен?

— Где ты видел лейтенанта S9?

— Здесь вижу.

— Точно же… У меня высокий уровень развития. Но такие люди опасны, если что-то может спровоцировать их дестабилизацию. Просто, если у рядового бойца крышу сорвет, он не додумается до чего-то реально для нас опасного — ему эмоции не позволят. А вот сознание офицеров в большей степени ограничивается долгом, чем желаниями. Именно поэтому офицеры более стабильны, но нарушение равновесия в таких случаях особенно серьезно. Таким людям власть не дают. А могут и вообще ликвидировать…

— Почему вы так поступаете с представителями своего же вида?

— Чтобы избежать неприятностей из-за личного фактора. Это законы природы, интерпретированные людьми.

— А по другим законам жить нельзя?

— По другим законам можно не жить. Жизнь жестока, и с этим приходится смиряться.

— Жестокость людей слишком часто не оправдана прямой необходимостью.

— Если уж на то пошло, то есть и кривая необходимость. Установить порядок без насилия невозможно.

— А стоит тогда порядок устанавливать? Или ты думаешь, что хаос хуже?..

— Слушай, хаоса как такового вообще нет — это тоже своего рода порядок. Просто, мы считаем хаосом то, систему чего мы не понимаем. То, что мы считаем порядком, — это система оптимальная для нас.

— Вроде той, которую вы строите, прибегая к насилию?

— Грубо говоря, да. Есть у большинства людей такая черта — думать в первую очередь о собственном благе. Это относится и к группам, и к индивидам. Поэтому сложноорганизованный социум поддерживать довольно трудно. Общество индивидуалистов в таких тяжелых условиях выжить не может — эту проблему более-менее решили. Наша система — целостный организм, только потерявший среду обитания. А вот отойти от антропоцентризма в таких условиях практически невозможно. Теперь мы не можем выжить без поддержки прогресса — не перестраивая под себя окружающее.

— Не можете выжить или не можете жить?

— Есть и то, и другое…

— Вы столько всего делаете, столько меняете, но кажется, вы запутались.

— Тебе не кажется.

— Ты спишь или?.. Ты же не умираешь еще?..

— Убери когти. Очень многое еще нужно обдумать… Пора к действиям переходить, а я все еще не знаю, что делать. Что ни придумаю — все не проходит… Не знаю, Кот… Сейчас считать буду.

— Что считать?

— Крыс…

— Для того, чтобы заснуть?

— Наоборот.

— Их очень много…

— Это просто замечательно.

— Точно заснешь… Я тебе могу помочь. Правда, я только до ста считаю…

— Кот, я буду рассчитывать схемы расположения. Вообще, для того чтобы думать, у меня есть D40, но сейчас он не будет думать о том, что мне нужно.

— Почему?

— У него с условиями задачи какие-то проблемы.

Я с трудом разлепил запаянные свинцом веки… Уже почти не понимаю, что говорю… Надеюсь, что Кот не сойдет с ума от того, чем я его нагрузил, запустив в свободный полет свой облученный разум — затронутые темы явно выходят за пределы моей компетенции. Надо узнать, как мародеры крыс воспринимают… Мародеры…

Я посмотрел на монитор: тварь из первого поколения все так же лежит на кровати — прямо, как труп.

— D40, с ним все в порядке?

— Да.

— А уборной он пользоваться может?

— Ему это не нужно. «Люди» из первого поколения не нуждаются в выводящей системе.

Не знаю, как это возможно, но можно им позавидовать, они избегают множества неудобств.

— Тогда спать.

— Твоя крыса возвращается, S9.

«Защитник» впустил моего «передатчика». Я подключился к нему… Крыс уже устроился на погоне.

— Ждем указаний.

— Расставьте посты в восточном округе Шаттенберга. Докладывайте о всех разведчиках и наземной технике, движущейся в этом направлении. Особенно важно, чтобы вы докладывали о разведчиках, которые ищут — летают низко над землей.

— Знаем. На проверках летают низко.

Посмотрел на шевелящиеся усы Крыса… Это только кажется забавным — на самом деле анализаторы животных очень чувствительны и точны.

— Крыс, разведчиков обнаружить сложно.

— Мы знаем.

— На зрение полагаться не всегда можно. Старайтесь ориентироваться на ментальную активность, колебания воздуха.

— Мы можем. Ночью они не видны. Они прячутся, когда ищут, но мы «видим».

— Хорошо. Сейчас спать, а завтра подумаем… Можешь к своим бежать, «защитник» тебя проводит, а завтра я к вам с завтраком зайду.

Там разбираться будем… Крыс слез с моего плеча, серой тенью прошмыгнул за дверь… Кот уже вытянулся на краю постели…

— Так мы теперь вместе спим?

— А чем плохо?

— Не привык как-то.

— Да ладно, Айнер… Можешь, конечно, сюда еще кровать притащить… В другой комнате я спать не буду, пока не эволюционирую и не научусь двери открывать. Ложись. Ты мне не мешаешь.

— Может, вымоешься?

— Нет… Я чистый. А ты что, в сапогах спать будешь?

— Пока ты не вымоешься.

Странно как-то, рядом со мной спит вполне разумный кот… Мой лоб обдает его теплым, частым дыханием, его хвост подергивается во сне… Я как-то по-другому стал к нему относиться, даже не пойму как — привязался, что ли? По крайней мере, он меня раздражает куда как меньше. Не может быть, я к нему привыкаю?.. К коту? Когда он рядом, я не чувствую себя последним живым и разумным существом во всем мире…

— S9, вставай.

— Да! Что?..

Вскакиваю, хватаю излучатель и открываю глаза одновременно. «Защитник» вырвал меня из быстрого сна. Все кружится, в голове обрывки сонных боев.

— Кто-то вошел в бункер. Изображения нет, только искажение. Думаю, пришел Страж.

Я спал четыре часа, а полное ощущение, что не спал вообще…

— Где этот чертов истукан?

D40 показал на монитор: коридор сектора высшего состава — ничего нет. Нет! Действительно что-то есть, еле заметное искажение… Да что это такое?! Что за тварь?! Открываю дверь. Выхожу в коридор — меня ждет каменный великан…

— У тебя больше нет времени на раздумья. Можешь не успеть, лейтенант.

— Ты, вообще, кто?

— Я тебе уже говорил.

— Да, ты Страж с ледника.

— Люди уже тысячи лет называют меня «троллем», остальное тебя не касается.

— Хватит недомолвками говорить! Если у тебя есть мысли по поводу моих дальнейших действий — поделись! А то я могу и не додуматься! Тогда что будет?

— Ты знаешь, что тогда будет. У меня нет прав на то, чтобы давать тебе подробные инструкции.