Михаил Росс - Слезы Зоны

— Мужики, я вас не трогал и прошу вас о том же. Не понравился я вам — уйду. Могли бы и сразу сказать. Вы стволы лучше опустите.

— Ты нам, урод, ещё будешь говорить что лучше? — вякнул было Москит, но умолк под мгновенным и тяжёлым как Воронка взглядом Эру.

— Кому лучше, сталкер? — не повышая голоса поинтересовался вожак.

— Мне. И вам. Сам посуди, — он медленно вытащил руки из карманов. В правой была зажата граната Ф-1 без предохранительной чеки, — вот уроню я её сейчас невзначай и кому в радиусе двухсот метров будет лучше?

— Не уронишь, — медленно прошептал Эру. — Ты же не самоубийца.

— А ты проверь, — почти весело предложил тот.

— Эру, мать твою, ты сдурел? — истерично взвыл Каль. — Он же псих!

— Да, псих, — мирно ответил одиночка, будто не держал в руках гранату без кольца, готовый кинуть её под ноги. А что он готов, Эрудит знал. Точнее — видел по глазам.

— Ладно, сталкер, — не опуская винчестера, выдавил он. — Убери свою дуру, а то ненароком уронишь.

— Ненароком — точно не уроню. А своим скажи убрать пушки. За спину. Считаю до пяти. Один… Дв…

— Убрать стволы! — рявкнул Эру, первым закидывая оружие на плечо.

— Вот можете же по-человечески! — почти с удивлением выдал потенциальный шахид, перекладывая „лимонку“ в левую руку и шаря правой в кармане, отыскивая чеку. — Но почему же без гранаты под носом об этом забываете?

— Погорячились. С кем не бывает. Мы вчера здесь рядом друга потеряли. Сам понимаешь, перенервничали.

— Понимаю. По фигу вам то, кто сдох и как сдох. Верно?

Некоторые из сталкеров на мгновение вынужденно опустили взгляды.

— Вы б хоть представились, прежде чем на корм тушканчикам, да котам оставлять.

— Эру, — откликнулся вожак группы, протягивая чуть подрагивающую руку.

— Немо, — коротко и крепко пожал руку одиночка.

— Немо? — одновременно вырвалось у Игрока, Москита и самого Эрудита.

— Да. А вас что-то не устраивает?

— Та-ак, — протянул Игрок. — Кого дальше встретим? Торгаша, Слизня или самого Доктора?

— Ну их едва ли встретите, — пожал плечами Немо. — Никогда не слышал, что бы басни и легенды разгуливали бы по Зоне.

— А сам-то ты? — недоверчиво, хотя и с едва прорывающимся уважением и даже подобострастием, уточнил Москит.

— Может ещё и потрогаешь, чтобы убедиться?

— Так чего ж ты нас остановил-то, Немо? — решил взять быка за рога Эрудит. — Я тебя не знаю, остальные — и подавно. Зачем мы тебе понадобились?

— Да-а-а. Почти всех, кто знали меня, уже взяла Зона. Разве что Бармен, глава Долга, да полдесятка самых старых сталкеров живы. А остановил я вас, потому что есть работа. Как раз для группки опытных бойцов.

— Опытных? — удивился Эру, привычно ведя переговоры за всю группу. — Да где ты видел опытных? Я-то всего три года Зону топчу. Каль — меньше. Игрок — только два. Остальные и вовсе всего ничего здесь просуществовали.

— Ничего. Сойдёте. Задача-то пустячная — побыть моими ушами и глазами. А оплачивается — прилично.

— Насколько? — тут же переменил тон Эрудит.

— Думаю, для Бармена вы ходки четыре сделаете.

— А откуда у тебя такие бабки?

— Бабок нет. Кое-что другое имеется, — Немо поднял рюкзак, не спеша развязал и вытряхнул его содержимое.

Ничего подобного никогда не видел даже Эру. Из рюкзака вывалилось что-то вроде относительно правильного икосаэдра, с отливающими синим гранями и бирюзовыми лучиками света, толщиной в волос, которые выбивались на его вершинах.

— Что… это? — выдохнул Игрок — специалист по артефактам, гордящийся тем, что знал все артефакты, когда-либо вписанные людьми в каталоги, и их свойства. Ну и конечно цены.

— Аванс. Когда выполните задание, получите ещё две таких же игрушки. Думаю Бармен, при всей жадности, за каждую даст тысяч по сорок. А если вдруг расщедрится, то и по пятьдесят пять.

— А чего это ты нам вот так сразу всё и вывалил? — подозрительно уточнил Эрудит.

— Чтобы вы знали, от чего отказываетесь. А теперь, как я понял, вы готовы оказать мне любую помощь?

— Гад ты, Немо. Никогда б не подумал, что легенды бывают такими гадскими. Ведь чую я, не просто поглазеть там нам придётся. Верно?

— Конечно не только. Ещё и послушать, временами побегать, а то и пострелять, если ваши шкуры вам дороги. Но разве не за то же самое вам платил Бармен? Причём платит вовсе не так, как я.

— Тоже верно, — хмуро бросил Эру.

— Так что скажете?

— А то ты не знаешь. Говори, что делать придётся? Уж про смотреть и слушать-то наверняка наврал.

— Я не вру, — причем в его голосе послышался какой-то оттенок, который добавил к этой фразе ещё одно слово. Никогда. — Вам придётся разделиться и провести некоторое время в разных местах. Вы только и будете смотреть, кто и когда пришёл и что сделал. А уж стрелять и бегать вам придется, если смотрели недостаточно скрытно.

— А зачем тебе это надо?

— А зачем тебе надо знать, зачем мне это надо? Ты часто спрашиваешь у Бармена, зачем ему именно эти артефакты и кто заказал шкуру псевдопса?

— Это меня не касается. Но вот ты какие-то странные задания даёшь. Уж тебе и самому не тяжело все разнюхать.

— Эру, да гонит он всё! — как обычно первым вспылил Москит. — Он же специально нас разделяет, чтобы легче прибить, да шмотки с патронами собрать!

— Думаешь, я не сумел бы сделать это когда вы петляли между аномалиями на поле? — не повышая голоса, Немо перевёл взгляд на брызжущего пеной скандалиста. — Или может, считаешь, что Бармен не отвалит те же самые патроны и жратву за мой артефакт?

— Москит заткнулся. Немо, говори что делать…

— Немо, ты хоть поясни, что мы делать должны? — взвыл Перун на третье утро ожидания в засаде, на самом севере Тёплого луга — долине получившей название за обильные Жарки, разбросанные по вей её территории.

— Ждать, — сталкер уже часа три неподвижно лежал на поросшем жидким кустарником пригорке, положив справа от себя Винторез, а бинокль — слева.

— Ну это понятно. А потом?

— Смотреть.

— И это ясно. А после?

— Идём и встречаем твоих друзей.

— А когда встретим?

— Они расскажут мне, что видели, я отдам вам обещанные два артефакта и больше мы друг о друге не услышим.

— Ну и ну! Что же такое мы здесь увидеть должны?

— Увидим.

— Да на фига тебе всё это вообще надо! — закипел Перун от односложных и абсолютно ничего не проясняющих ответов.

— Надо…

Окончательно сбитый с толку, мокрый от росы и обиженный, Перун сунул галету в рот и зло захрустел.