Валентин Горблюк - Хроники московского провала [СИ]
Лена-Финера от свежего воздуха просторного фойе пришла в себя и через несколько минут услышала этот странный шепот в громкоговорителях. Кто это? Нет, только не ее герой. Голос какой-то знакомый, где она его слышала. Да это же Грундис! Она слышала этот шепот, когда чудовище признавалось ей в любви во время коротких свиданий.
Перед глазами возник образ худощавого мальчика-очкарика. Цербер однажды показывал ей свою фотографию до генетического перерождения. Она услышала в шепоте голос обиженного ребенка. Затем зазвучал голос ведущего, который сообщил публике, что Цербер бредит, и пригласил на арену санитаров. Когда девушка вбежала из фойе в зал, то увидела, что санитаров пригласили для Вячеслава Ивановича-Борла, а Герундиса уносили с арены два огромных Цербера. Один из санитаров извлек из чемоданчика шприц и вколол его в Коженина. Затем они ловко подхватили безжизненное тело, швырнули на носилки и понесли с поля боя. Девушка кинулась следом, но Роман-Элум схватил ее за руку:
– Туда нельзя сейчас, Финера. Они уже усыпили его. И тебя могут схватить. Я пойду к начальнику Департамента.
Девушка истерично пыталась вырваться, но мужчина крепко держал ее. Когда она, наконец, успокоилась, Роман – Элум повел ее прочь из зала. Их догнал Глоин. Присяжные вынесли оправдательный вердикт Галамасу. Роман-Элум попросил друга-ученого, чтобы тот отвел девушку к себе на квартиру, а сам вернулся в Манеж. Охрана Церберов, проверив его чип личности, беспрепятственно пропустила к начальнику Департамента в служебный отсек.
На квартире их уже ждал Дорн и Алексей Васильевич-Фовас с ними был их новый знакомый Ануер. Лена-Финера кинулась в объятья Казакову. Она очень соскучилась по этому доброму человеку. Они долго беседовали. Девушка рассказала старику о последних событиях, потрясла его открытием братьев-ученых. Сказала, что она спокойна за Наталью Сергеевну в свете новых обстоятельств и уверена, что разум к ней обязательно вернется.
Когда наступили вторые сутки отсутствия Романа-Элума, то у друзей появилась основательная тревога. Где он, что с Вячеславом Ивановичем-Борлом? Едва Дорн решил отправиться на поиски, как в в дверь позвонили. Почему в этом жутком обществе приходилось всего бояться. Ученый спрятал в карман пистолет и направился в коридор. Оставшиеся в комнате с напряжением ждали гостей. И они появились. Сразу четверо- Роман-Элум с сынишкой, сестрой, и невредимый Вячеслав Иванович-Борл. Лена-Финера опять испытала чувство невероятной радости, она с визгом кинулась на шею своего мужчины.
Когда они расстались около Манежа, Роман-Элум прошел в комнату к начальнику Департамента. Там, как всегда, делили прибыль от представления. Этот гнусный чиновник стал орать на него, что ему здесь надо, что он должен знать о решении присяжных и скоро получит своих родственников. Затем выяснилось, что Коженина должны отправить на переработку, так как он был практически мертв от падения, да еще с оторванной рукой. Алчный чиновник не отдавал просителю тела победителя, ибо по правилам, победитель имеет право получить приличную сумму от прибыли. Зачем ПРОСТОЛЮДИНУ деньги, так и сказал. И только, когда Роман-Элум написал отказную от вознаграждения, начальник Департамента махнул рукой, забирай труп и делай что хочешь. Благо ему снова помог все тот же телеведущий. Он настолько проникся симпатией к герою-победителю, что счел своим долгом помочь ему до конца. Погрузили бездыханное тело Коженина в санитарную машину и поехали в тюремный участок. После предъявления бумаги с оправдательным приговором, им отдали мальчика и женщину. Вернулись в магазин. Роман-Элум был безмерно счастлив, а сын его просто не отходил от отца ни на шаг. Галамас в заточении сильно похудел от недоедания и плохого обращения. Сестра сказала, что он часто плакал и сильно скучал по отцу и мог от этого совсем зачахнуть. Сама женщина, пойдя сквозь унижения издевательства Церберов, изменилась до неузнаваемости в худшую сторону. Поседевшие волосы и множество новых морщин на лице.
Почти двое суток они присматривали за Кожениным, и тот быстро восстанавливался. Поначалу пришел в себя и попросил рассказать, чем все закончилось. Рука регенерировалась за восемь-десять часов. И вот они здесь, опять с друзьями.
Дорн сообщил, что Неоден велел прибыть за материалом, это он так называл больную женщину, через пять дней.
Событие потрясшее Афроевразианию.
Хаос и клоака.
Тайный поход в метро.
В ожидании время тянулось медленно, испытывая терпение людей. Ануер, посвященный во все дела друзей и узнавший от Дорна тайну происхождения пришельцев, предложил отправиться в подземелья метро. Как выяснилось, его отец когда- то в одном ряду с легендарным Элендали – спасителем ЗАРАЗНЫХ от огня, создавал тайную организацию сопротивления режиму – Семиум. Он очень был расстроен, когда узнал, что несколько лет дружил с провокатором Блискетом, и не смог распознать в доброжелательном и умном юноше врага.
Война ускорила их планы. По телевидению в выпусках новостей все чаще передавали тревожные сообщения о применении Правительством Австралоамерикании какого-то страшного оружия, уничтожавшего целые города Афроевразиании. Подробности не сообщались, но к Москвичам постоянно обращались чиновники в военной форме и призывали быть готовыми к смерти во имя благополучия Родины.
Оружие возмездия противника обрушилось на Москву внезапно. Произошло это днем. Впервые за всю историю в городе рассеялся туман. Люди, нарушая комендантский час, высыпали на улицу и любовались чистыми видами города. Но вскоре сильный ураганный ветер разогнал москвичей по квартирам и пригнал густые черные тучи. Из их чрева на окраины города по всему периметру обрушились десятка два мощных смерчей. Все они планомерно двигались в центр. Небоскребы спальных районов пропускали их через огромные проломы, возникающие от мощного потока воздуха. Из чудовищных черных плетей вылетали огромные глыбы льда и на большой скорости неслись над поверхностью земли, сметая все на своем пути. Это были необычные смерчи. Они ничего не всасывали в себя, а словно электрические пилы кромсали все вокруг. Горожане гибли тысячами. Воздушные завихрения метались по Москве. Сталкивались и вновь разбегались. Спасения не было нигде. Горожане увидели, как в самом центре Москвы возник мощный плазменный купол, высотой около километра Он переливался светом мощных разрядов тысяч молний. Огромные воронки притягивались к этому сгустку энергетической материи. Толпы несчастных ринулись в центр, ища спасения внутри купола, но словно глупые мотыльки в пламени свечи превращались в пепел или разлетались от вихревых потоков воздуха. Люди напирали в ужасе друг на друга и прижимали передовые ряды к адской стене. Те, кто оказался впереди, не могли вырваться из панической толпы и шли на смерть против своего желания.