Аарон Розенберг - Королева Клинков

Джиму осталось преодолеть всего один перевал, чтобы попасть в лагерь пришельцев. Он замедлил шаг, чтобы лишний раз не нервировать протоссов. В конце концов, на них охотились зерги и, вполне может быть, что любое вторжение на их территорию чужаки могут воспринять как угрозу. Конечно, в броне и с «карателем» он был куда более опасным, чем просто с пистолетом, однако и в таком случае Джиму не хватало уверенности в том, что он сможет одолеть протосского воина — не говоря уж о том, чтобы выстоять против нескольких. К тому же, он пришел к ним не для того чтобы воевать.

Рейнор остановился на минуту, чтобы собраться с мыслями и окончательно определиться со стратегией поведения.

Ему нужны переговоры.

В прошлый раз Тассадар не оставил без внимания его претензии, и Джим был уверен, что сейчас протосс тоже выслушает его. Он до сих пор ощущал некоторую злость на протоссов за то, что они уничтожили его корабли, но в основном гнев ушел. Он понял их мотивы, и согласился с ними. Он бы поступил так же.

Теперь Джима волновало лишь одно — доставить выживших рейдеров в безопасное место.

И, чтобы осуществить это, ему необходима помощь пришельцев.

Убедившись, что он столь же спокоен и дружелюбен, как и намерен получить требуемое, Рейнор поднялся на седловину перевала и осмотрел раскинувшуюся внизу долину.

Он опоздал.

Протоссы уходили. Последние воины уже исчезали за горным хребтом с противоположной стороны долины.

— Проклятье, только не это! — бросаясь вниз, чертыхнулся Джим. В быстром темпе он пересек долину и бросился по следам уходящих протоссов. Поднявшись наверх, он увидел цепочку уходящих зилотов. Энергетические клинки воинов не были активированы, броня выглядела как обычно, но что-то в их фигурах и манере марша подсказывало Рейнору, что протоссы идут на бой.

— Опять я не вовремя. — Джим проклял все и прибавил шагу. Как бы он того не хотел, но переговоры срывались. Вряд ли протоссы будут настроены на общение, в преддверии грядущего сражения. Они могут убить его чисто на рефлексе, еще до того, как он успеет раскрыть рот. Однако в любом случае терять их из виду не следовало — ведь на новый поиск сможет уйти еще одна неделя, а то и больше. Зерги же могут заявиться в лагерь в любую минуту.

Поэтому Джим был готов рискнуть собой, но не своими людьми.

Так что шпионские игры продолжались.

Он следовал за протоссами, стараясь не терять их из виду но, в тоже время выдерживая приличную дистанцию, чтобы они его не заметили. По крайней мере, Джим надеялся на то, что золотые воины пока еще не обнаружили его.

«Возможно», — следуя по пятам за протоссами, думал он, — «мне выпадет шанс помочь им в бою против зергов. Это послужит неплохим доказательством того, что я не враг. И тогда у них появится больше поводов мне помогать. Точно».

Чем больше он об этом думал, тем больше ему нравилась эта затея. Теперь, когда на нем был боевой скафандр, у него просто руки чесались задать трепку зергам. Чтобы твари кровью расплатились за всех рейдеров, которых он потерял в пещерах, не говоря уж о кораблях. И, кажется, ему представлялась отличная возможность. Он сможет сорвать накопившуюся злость, показать зергам, что люди тоже могут постоять за себя и, одновременно с этим наладить отношения с протоссами.

Это был хороший план.

Но, как и большинство хороших планов, при контакте с противником он рассыпался как карточный домик.

В данном случае, именно в противнике и оказалась загвоздка.

Джим выбрался из очередного ущелья и увидел, что протосский отряд не двигается. Воины пересекали широкое плато, и вдруг остановились примерно на середине пути. Через мгновение Рейнор увидел и их противников.

И это не были зерги.

«Приветствую, Тассадар, верховный тамплиер и Вершитель протоссов», — воззвал Зератул. Лидер темных тамплиеров находился у дальнего края плато, преградив дорогу светлым. Остальные темные стояли за спиной предводителя, образуя полукруг.

Рейнор отметил, что ментальный голос странного протосса был также сух, как и раньше, но на этот раз ему не хватало большей части силы, что проявилась в нем, когда Зератул разговаривал с Керриган.

«Ну, по крайней мере, в голове хоть не звенит», — подумал Джим, выискивая глазами подходящую точку для наблюдения.

Найдя подходящее место близ вершины окаймляющего плато хребта, он пополз туда, не выпуская при этом из виду протоссов.

«Темный тамплиер», — сказал Тассадар, делая несколько шагов навстречу Зератулу.

Джим подумал, что голос и этого протосса прозвучал как-то странно.

Неужели это отвращение?

Он видел, как Тассадар разговаривал с Керриган или зергами. Тон того голоса был другим. Тогда в нем звучала ненависть. Этот же казался не столько яростным, сколько…

Горьким?

«Я почувствовал ваше присутствие», — выдержав паузу, закончил Тассадар. Тем временем зилоты позади него беззвучно выстроились в боевой порядок. Рейнор отметил, что их построение полностью совпадает с построением темных тамплиеров. В голове мужчины промелькнула мысль — было ли это преднамеренным?

«Я — Зератул, Прелат темных тамплиеров», — представился незваный гость.

Точно также, насколько помнил Джим, лидер темных представился Заззу. Но сейчас, эти же самые слова звучали совершенно иначе! В тот раз в них ощущалась сила, достаточная для того, чтобы представиться заклятым врагам — бросить им в лицо свое имя и ранг. Теперь же слова Зератула звучали мягче, почти апологетически. Если бы протоссы были людьми, Джим бы решил, что Зератул смущен, но в то же время гордится своей принадлежностью к темным.

«Я знаю, кто вы такие», — ответил Тассадар, и его отвращение было почти осязаемым. — «Вы — еретики, изгнанные собственным народом. Вас предали анафеме».

Воины за его спиной напряглись, готовые в любой момент рвануться в бой. Запястья некоторых зилотов засветились, предвещая активацию энергетических клинков.

Зератул поднял руки и выставил ладонями вперед, в жесте мира, совсем как при встрече с Заззом. Но кое в чем отличие все же было. Джим присутствовал при разговоре Прелата с Заззом, и знал, что в тот раз подобный жест был просто уловкой, чтобы заполучить возможность успешно провести атаку.

Сейчас призыв к миру выглядел искренним.

«Я не хочу сражаться с тобой, брат мой», — слова Зератула пронеслись через все плато, и Тассадар вздрогнул, ошеломленный. — «Хоть ты меня и презираешь, но у нас нет поводов для ссоры. Здесь мы союзники, в этом мире, в этой битве. Цели у нас одни и те же. Неужели ты этого не видишь?»

«Я вижу лишь другого врага», — проворчал в ответ Тассадар. Руки верховного тамплиера сжимались в кулаки. — «Того, кто бросил тень на заветы тамплиеров и запятнал нашу честь.