Джоанна Болтон - Звездные коммандос

Винтер не знала, что сказать, и побалтывала недопитым кофе. Дэвид наблюдал за ней, замечая те изменения, которые произошли в ней за последние месяцы. Она по-прежнему до мозга костей оставалась капитаном, но похудела и приобрела какие-то привычки, которые наводили на мысль, что она злоупотребляет своей нервной системой. Она была недалека от нервного срыва.

- Винтер, как я могу помочь тебе? - мягко спросил доктор.

- Никак. Некоторые решения я должна принимать сама, но перед этим полезно бывает поговорить с кем-нибудь. - Ее голос понизился. - Иногда мне кажется, что ты прав, но мне трудно... То, что ты говоришь, идет против моих убеждений.

- Никогда не поздно исправить то, что ошибочно.

- Но знать, что ты жил во лжи...

- Не будь к себе так сурова, - посоветовал Дэвид.

- Нет, я не сурова, но то, что случилось, я никак не могу объяснить. Я встревожена.

- Ты справишься. Я верю в тебя.

- Спасибо, - она грустно улыбнулась. - Приятно слышать, даже если я и не исправлюсь.

Дэвид сгорал от любопытства по поводу ее разговора с Шоу. Но он понимал, что лучше сейчас ничего не спрашивать. Если нужно, Винтер сама все расскажет. Дэвид спрашивал себя, стоит ли сейчас упомянуть о записях про Карт. Он решил подождать, пока не подвернется более подходящий случай. К тому же у него самого будет возможность более детально ознакомиться с ними, а до этого не стоит и говорить, так как она сейчас слишком обеспокоена судьбой Шоу.

- Где Шоу? - неожиданно спросила Винтер. - Ты его видел?

- Нет. Я работал над этими дурацкими докладами. Насколько я знаю, он либо в каюте, либо в спортзале.

- В спортзале? Разве он начал тренироваться?

- Я водил его туда пару дней назад. Он почти не отличается от нас. Даже ал*лаанцы не могут вечно жить без упражнений, а жизнь у нас начала уже сказываться на нем.

Дэвид не мог устоять против соблазна еще раз попытаться вернуть Шоу свободу, хотя он и был до конца предан Винтер.

Капитан поставила кофе и поднялась.

- Спасибо, - тихо поблагодарила она.

Винтер сама не знала, что хотела сказать Шоу, но ей было необходимо снова увидеть его, прежде чем начать составление доклада. После беседы с Дэвидом ее еще больше волновала проблема Шоу и его передачи Командованию.

Винтер мучила не только ответственность за ал*лаанца. Она постоянно принимала решения, связанные с безопасностью экипажа "Вентуры". Хотя эти решения порой и были связаны с опасностью, капитану никогда не приходилось выносить приговор кому-либо. Дэвид утверждал, что в отношении Шоу ей придется его вынести.

Винтер уважала суждения Дэвида, хотя иногда ей не хватало терпения их выслушивать и она злилась от излишней заботы доктора. Но несмотря на слова Дэвида, она не могла поверить, что Федерация может лишить Шоу его прав. Винтер не хотела в это верить.

Не в ее правилах было обсуждать приказы, даже если они ей не нравились. Военные силы состоят из частей, каждая из которых взаимодействует с другой под управлением Командования. Только командование знает, как действие каждой части вписывается в общий план. И все же Винтер разрывалась между долгом и чувствами. Такая дилемма впервые возникла перед ней, нарушив хорошо организованную жизнь.

Шоу забавлялся. Он крутил сальто и нырял через кольцо, закрепленное в самом центре зала нулевой гравитации. Сосредоточившись на движениях тела, он полуприкрыл глаза и, кажется, не замечал Винтер.

Она наблюдала, как ал*лаанец легким прикосновением ног отрикошетил от стены и, раскачивая тело, с изгибом пролетел через кольцо. Он изменил направление и грациозно проплыл вокруг кольца, контролируя свое тело с такой легкостью, которая возможна после долгих тренировок. А может быть, сказывалась его врожденная способность к полету.

Наблюдать за ним было одно удовольствие, и Винтер едва не присоединилась к нему, чтобы в простом движении по кругу выразить все могущество тела и его красоту. Внутри капитана росло какое-то странное побуждение, но она заставила себя не обращать на него внимания.

Чтобы не вызвать нового конфликта, Винтер решила не мешать Шоу и вернуться к своим обязанностям. Она не заметила сожалеющего взгляда, брошенного ей вслед.

С недавних пор Джеммсон начал догадываться, что за его спиной происходит нечто неправильное, что Командование принимает решения без его ведома и согласия. И эти предположения не были бредовыми, так как он получал подтверждения им на каждом собрании высшего командного состава. Его присутствие казалось необходимым лишь для одобрения каких-либо действий, о которых в штабе договорились заранее, даже не повстречавшись с ним.

Обсуждая проблему ал*лаанца Шоу со своими подчиненными, Джеммсон снова почувствовал это подозрение. Он почему-то казался себе старым и беспомощным, глядя на молодые лица вокруг. Он никого не знал, кроме Герни. Их прислали с Земли выполнять поручения, связанные с военными действиями, и, несмотря на разницу в чинах, именно они управляли базой. Эта мысль наполнила его обидой. Он служил в мирное время и утратил инстинкты хищника. Именно поэтому эти люди сейчас здесь.

Джеммсону показалось, что он вполне мог стать и невидимкой и никто ничего бы не заметил среди потока слов. Адмирал знал, что нужно "подчиненным". Они вынуждали его согласиться с одной акцией, и Джеммсон все более и более ощущал себя окутанным туманом. Почему бы им без всяких разглагольствований не сказать, чего они хотят?

Но вот что-то пробилось сквозь туман, привлекая его внимание.

- ...рыбака, - услышал он. - Через восемь часов он будет в нужном месте.

- Мне казалось, что мы отвергли подобный проект, - услышал адмирал свой собственный голос. - Разве не мы решили, что он нуждается в доработке?

- Так точно, адмирал, - согласился Вильяме, своим вечно мокрым носом напоминавший школьника. - Проект был лучшим из когда-либо предложенных Стоктонскими Верфями, но не было подходящего двигателя. Когда появился двигатель Диллинджера, кто-то из изобретателей предложил соединить принцип регулятора деформации с двигателем. Работа, естественно, засекречена. Все проверки закончились успешно. Теперь у нас есть гибкий ускоритель, позволяющий достигнуть деформированного пространства.

- "Рыбаки" - маленькие корабли, - добавил Герни. - Ими управляют четыре человека, но их скорость по крайней мере в десять раз больше, чем у кораблей с обычным ускорителем.

- Вы предлагаете послать одного из "рыбаков" за "Вентурой" и привезти Шоу сюда, на Альфа-базу семь - уточнил Джеммсон.