Игорь Поль - Знакомьтесь — Юджин Уэллс, Капитан

— Спасибо, милый. Теперь хоть будет, чем за такси рассчитаться, — Мишель одаряет меня ослепительной улыбкой. — Эй, как там тебя! Мадхукар! Поехали!

Усевшись в машину, капрал Четана Пател вновь вытирает лоб.

— Поедем, Нараян, — говорит он.

— Сколько отдал? — интересуется напарник.

— Десять тысяч, — проникновенно врет капрал. — Сам понимаешь, надо содержать семью. И родственникам помогать. Племянница — Чандраканта, — хочет улететь на другую планету, выучиться на медсестру. Или даже на учительницу. Сколько ей можно вкалывать за гроши, вместе с мужем катая туристов на старом катере в Кочи.

— Хорошо купил. Выгодно, — хвалит напарник.

— Ты не беспокойся, Нараян, я не жадный. Пятьсот рупий — твои.

— Спасибо, Четана. Ты хороший человек.

Некоторое время они едут молча, лишь то и дело чертыхаясь, когда машина проваливается в особенно большую яму. Капралу очень хочется отругать напарника, чтобы тот вел машину аккуратнее, ведь сержант-механик из гаража — такой жадный скорпион, не приведите боги: сломается машина — всю кровь выпьет. Только за замену колеса требует сто рупий, сын шакала! Но, пока не забылась удачная сделка, приходится терпеть. А не то Нараян может запросить больше.

— Пришла ориентировка из управления, — нарушает молчание напарник. — Ищут мужчину и женщину, торговцев оружием, очень опасных.

— Ай-ай-ай, — только и говорит капрал. — Как нам повезло! Нашли их первыми! Мне этот мужчина сразу показался таким опасным! Так и сверлил меня взглядом. И все целился в меня из своей большой винтовки!

— Из этой?

— Ага.

— Ты молодец. Смелый, — хвалит Нараян, и некоторое время они снова едут молча, слушая лишь бренчание подвески да невнятное бормотание рации.

— А знаешь, дело-то и впрямь опасное, — вновь нарушает молчание напарник. — Розыск имперцы контролируют. Из контрразведки. Чуть не так — поминай, как звали! Звери. Никакого уважения к людям!

— Контрразведка, говоришь? — капрал делается серьезным. Напряженно думает. Наконец, изрекает: — Да, контрразведка — это совсем другое дело. Серьезное. Тысяча рупий.

— Идет! — соглашается Нараян.

И мир воцаряется между этими хорошими людьми. И ничем не омрачается до самого конца дежурства.

— Ферма — Канюкам. Доложите обстановку!

— Ферма, я Канюк-два. Объекты не обнаружены. Опрос свидетелей ничего не дал.

— Ферма, я Канюк-один. Оружие не обнаружено. Сканеры реагируют только на полицейские патрули. Патрули проверены — захватов машин не зафиксировано, экипажи на местах.

— Принято. Продолжать поиск.

— Надо переодеться, — говорю я.

— Согласна. Ужасный климат. Я вся взмокла.

— Я не это имел в виду. Нам надо купить местную одежду.

— Х-м-м. Ты продолжаешь меня удивлять. Я как-то не подумала про это. Ты в прошлой жизни не работал на этих, “молчи-молчи”?

— Да нет... вроде бы. Я летчик.

— Действуешь профессионально, — хвалит Мишель.

— Это все Триста двадцатый.

— Кто?

— Ну, мой чип.

— Неплохая оболочка, — одобрительно кивает моя спутница. — Эй, Мадхукар! Нам нужен магазин одежды. Только не говори, что у тебя там есть родственник.

— Нет, госпожа, — грустно отзывается подавленный результатом давешней сделки водитель. — Родственника нет. Но я знаю хороший магазин! Очень хороший! И недорогой! Совсем рядом! Как раз по пути!

И водитель снова веселеет.

— Мадхукар, мы сейчас остановимся и спросим первого встречного — как проехать к магазину одежды. Если окажется, что он укажет на другой магазин, ты останешься без чаевых.

Улыбка таксиста несколько вянет.

— Госпожа сказала “хороший магазин”. Если госпоже нужен ближайший, то это здесь, за углом.

— Ну, вот и замечательно.

Скрежетнув тормозами, машина замирает у невзрачной лавки, сквозь пыльное стекло которой едва виднеются кое-как развешанные тряпки непонятного назначения.

— Сэр, госпожа, не покупайте индийскую одежду, — советует нам таксист, услужливо распахивая дверцу.

— Почему?

— Белые люди не умеют ее носить. И совершенно не разбираются в местных традициях. Вам могут продать сари для траурных церемоний или для вдов, и вы не будете знать, почему на вас все оглядываются. Вам ведь не нужно, чтобы на вас оглядывались?

— C чего ты взял? — подозрительно интересуюсь я.

— Ну, мне так показалось, сэр, — прячет глаза водитель.

— И что бы ты нам посоветовал, чтобы мы могли осмотреть город так, чтобы к нам не цеплялись нищие? — спрашивает Мишель.

— Ну, обычную одежду, которую носят местные белые сахибы. Длинные шорты или светлые брюки, темные очки, панамы с козырьками, легкие рубахи с длинными рукавами.

— Почему не с короткими?

— По ночам у нас бывает прохладно. К тому же с короткими рукавами солнце спалит вам кожу за день, госпожа. Наши богатые люди одеваются так же. Вы не будете от них отличаться.

— Хм. Что ж, вот тебе за консультацию, — и счастливый водитель быстро прячет в нагрудный карман цветную бумажку.

— Госпожа, сэр, не желаете билет на посещение храма Чандела? Очень недорого, большая экскурсия. Могу предложить индивидуальный тур, в котором я выступаю в качестве гида. Вы приобщитесь к великому искусству любви, госпожа, сэр! Всего за сто рупий! — рука небольшого человечка с бегающими глазками вцепляется в мой рукав.

— Сэр, не хотите почистить обувь? Очень недорого, сэр!

— Бусы для госпожи, сэр! Сделаны из священного камня, сэр!

— Господин, подайте на пропитание...

— Госпожа, выпейте сока! Очень полезный сок, будит женскую силу!

Руки тянутся со всех сторон. Мишель смело бросается вперед, набрав воздуха, как перед прыжком в воду. Изо всех сил стараюсь не отстать от нее.

— Господин! — доносится голос таксиста. — Придерживайте карман рукой!

Я запоздало следую его совету. Продавец встречает нас у порога, привлеченный людской суетой. Кланяясь, пропускает нас в полумрак помещения. Захлопывает дверь перед носом устремившихся за нами людей. Закрывает ее на задвижку. Любопытные физиономии, сверкая улыбками, прилипают к грязному стеклу.

— Вы не ошиблись, что зашли именно в мой магазин! Лучшая одежда для белых господ! Настоящий хлопок, очень тонкая выделка!

Я понимаю, что мне начинает надоедать эта необычная страна. Наверное, это какая-то другая экзотика, не та, о которой пишут в книгах. Больше всего на свете мне хочется взять и придушить какого-нибудь смуглого босоного человечка в чалме, с лица которого не сходит счастливая улыбка. А потом встать под душ и долго смывать с себя липкую вонючую дрянь, которая пропитала меня до самых печенок.