Е Пикринов - Находка в метро

Тех двоих, возле дома больше не было. Значит, пошли искать себе приключения в другом месте. Благополучно, но с большим трудом поднялись на свой этаж. Михаил открыл, удивившись обилию багажа.

— Так ты значит надолго сюда приехал?

— Там видно будет, а пока тут поживём.

— Обустроишься, заходи, поговорим.

— Зайду обязательно, — ответил ему, открывая дверь в квартиру. Зашли, по привычку щёлкнул выключатель в прихожей. Света, естественно не было. Но это всё ерунда, мы дома.

В шесть вечера, в дверь постучал Михаил.

— Заходи, сосед. Хоть расскажешь, что в Москве твориться.

— Да я сам, мало что знаю.

— Ты же тут живёшь. В окно смотришь.

— Мы с зятем здесь вахтовым методом. По пять дней. Я уже третьи сутки.

— А сын что, не хочет помогать нести вахту?

— Он не может. Ему нужно ходить на работу, их организация функционирует.

Я вспомнил, что его сын работает в структуре МЧС. Сам Михаил уже года три, как военный отставник.

— Давно стали охранять этаж?

— А мы никогда его и не оставляли без присмотра. Иначе, ничего бы на этаже не осталось ценного. Да и квартиры могли сгореть.

— Кто же их поджигает и зачем?

— В основном, горят из-за раздолбайства. Наделают каких-то печек, а пользоваться не умеют. Или на паяльных лампах начинают готовить. Бензин брызнул, вот и сгорела квартира. Тушить-то нечем.

— А по квартирам кто лазит?

— Все, кому не лень. Начиная от своих же соседей по дому и кончая областными жителями. А про гастарбайтеров я даже молчу. Это сейчас у них основной вид деятельности. Тащат всё подряд. Или заселяться в квартиру, живут в ней столько, пока не спалят или хозяева не заедут проведать. Загадят её полностью.

— А милиция что?

— Да ничего. Как её вызовешь? Только если сбегать, благо РОВД рядом находиться. А если и приедут, что с ними делать?

— Как, что? Привлекать!

— Их надо где-то держать, кормить. А с этим проблемы. Тем более что недостатка в арестантах сейчас нет. Сажают, в основном, за разбой и бандитизм.

— А этим совсем ничего?

— Да почти. Отвезут. Перепишут. Отмудохают дубинами и выгонят. За повторное обещают строже наказать.

— А вообще, как в городе обстановка? Что работает, что нет? Власть что-то делает?

— Если рядом есть предприятие непрерывного цикла или очень жизненно важное, которого питают электроэнергией, то немного электричества перепадает и окрестным жителям. Также и с водой.

— Остальным ничего не достаётся с самого начала?

— Ты знаешь, у нас пару раз появлялся и свет и вода. Правда, на несколько часов. Думаю, что случайно было. Наверное, где-то на подстанции, делали переключение на важных потребителей. Обещали, что запустят несколько ТЭЦ, переведя их на мазут. Может, тогда легче станет.

— Для этого надо, чтобы железная дорога работала.

— Не обязательно. Мазут с Капотни можно и автоцистернами возить.

— На улицах и дорогах как, спокойно?

— Толком не понятно. Всё зависит от места. В Восточных и Южных округах такой беспредел твориться, что жуть. Там проживало и до сих пор осталось много тех, кто приезжал работать на рынках. Да и вообще, там и рядом, в ближнем Подмосковье традиционно селятся приезжие из южных республик СНГ и регионов России. Сейчас они остались практически без работы и средств. Вот и совершают налёты на продовольственные рынки и базы. Те, в свою очередь, грабят работников с рынка там, где они живут. На самом рынке или в квартирах. Те в полицию не идут заявлять. Собираются толпой и устраивают побоище. Достаётся и правым и виноватым. Москвичам, тем, кто никуда не уехал, приходиться там жить как в оккупации. Вакханалия начинает расползаться по всей Москве.

— А власти, почему не наводят порядок?

— Говорят, что наводят. Но тут же ссылаются на нехватку горючего, транспорта, мест для размещения задержанных. Да и непонятно, какая власть имеет власть.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что Московская власть почти не властвует. Не видно и не слышно. Префектуры и Управы немного шевелятся. Но вот федеральная и новая, те берут всё под себя.

— Что ещё за новая?

— Некоторые её называют «оккупационная», что ближе к истине. Под предлогом восстановления и защиты газотранспортной системы, Европа и США, ввели частную армию. Потом их озаботила судьба нашей нефтяной отрасли. Теперь, уже они очень обеспокоены, чтобы наше оружие не досталось террористам. Якобы, им известны их планы. Перекрыли подъезды ко многим арсеналам и частям постоянной готовности.

А сейчас началась истерия, что в нынешних условиях Россия не в состоянии обеспечить безопасное хранение и надёжную защиту оружия массового поражения и в первую очередь, ядерного. Конгресс США выделил безвозмездно необходимую сумму, и разрешил направить достаточное число технических специалистов и военнослужащих.

А на днях, наши признали, что не могут обеспечить безопасность иностранных граждан и их интересы в России. И в первую очередь, в Москве. Поэтому, следует ожидать приезда сюда иностранных полицейских. Создадут какое-то совместное командование.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Сын многое рассказывает, да и по телевизору новости смотрю.

— У тебя здесь телевизор работает? От генератора?

— Нет, не от генератора. У меня автомобильный, от двенадцати вольт. Когда меняемся, везём свежезаряженный аккумулятор. А на даче у нас есть электричество. Если помнишь, мы в Завидове дом купили, а там от Калининской АЭС линия запитана. Спутниковую тарелку мы как раз летом поставили. И здесь и там.

— Так вы там живёте как белые люди!

— Отчасти, да.

— И чем же ты недоволен?

— С продуктами проблема. Огород почти не сажали. Так, петрушка, укропчик, зелёный лучок. Цветов много росло. Ни картошки, ни капусты, ни даже лука с морковкой не выращивали. А нас там три семьи, считай, девять человек живёт.

— Почему девять? Восемь должно быть.

— Дочь, две недели назад второго родила.

— Поздравляю трижды деда!

— Спасибо. Но забот очень прибавилось. Детское питание не достать. Подгузники, тем более.

— А вы как раньше, в пелёнки заворачивайте. А потом стирайте.

— Так их тоже нигде не найти. Хорошо, что повезло в одном магазине достать подходящую ткань. Стиральная машинка не простаивает ни одного дня. Не представляю, чтобы мы делали, живи мы здесь, а не будь у нас дома.

— А ведь кто-то так и живёт в городе, без воды и света. И, что ещё хуже, без еды.

— Должно же скоро наладиться, не вечно, же так будет продолжаться.

— Миш, я не только думаю, но и знаю, что станет только гораздо хуже.