Сергей Шубин - Осколки надежд

Шли не долго. Пилот высадил нас с обратной стороны источника радиации. Никто не заметил нашего присутствия. Теперь оставалось найти какую-нибудь высотку для обзора. Достав карту, я увидел возможный единственный вариант. На верхушке железнодорожного моста, в чьей прочности я сильно сомневался, пока карабкался вверх. Может, я залез высоко, но весь комплекс не стоял как на ладони. Единственное, что я мог увидеть, кроме самой высокой его части — энергоблока, это саму дорогу. Однако и этого оказалось достаточно для начала операции. Любая мелочь на этом пути отчётливо показывала себя во всей красе вооружённому биноклем глазу. Сам мост быстро гниёт без должного ухода. Перила, за которые держались мои напарники, трещали по швам. Гром даже чуть не упал, реакция спасла здоровяка».

Корнеев скинул со своих плеч рюкзак и достал противогазы.

- Хм. ППФМ-92? Видать, круто подготовились. — Подметил Громов, зорко озираясь в сторону пристанища военных. — Хотя там радиация. А почему мы не надели противогазы?

- Мы шли по проверенному заранее маршруту. Радиация на нём в пределах нормы. Так сказал генерал, а я ему доверяю как себе. Совершенно забыл. — Шлёпнул себя по макушке Сергей. — Благо вспомнил. Держите ещё. — Протянул каждому по три дополнительных патрона к противогазу и по две обоймы от АКМ.

- Только две? Если в перестрелку ввяжемся, может не хватить. — Громов побеспокоился, но быстренько расфасовал боеприпасы по амуниции.

- Если ввяжемся, не хватит. — Корнеев оглядел каждого, убрал бинокль, достал автомат и на всякий случай проверил, нет ли дефектов в новеньком оружии. После двухминутной сосредоточенности Сергей продолжил. — Но мы не будем этого делать. Скажу лишь, военных добрая сотня, а нас трое. Простая математика говорит сама за себя.

- Классно. Хорошо, напомни-ка мне смысл нашей операции. — Нагло спросил Громов, после чего вальяжно облокотился на хрупкие перила всем весом.

Котов, глядя на командира, также достал оружие. — Проникаем на территорию военных. Дальше ищем документы, флешкарты и прочую ерунду, имеющую ценность для заказчика.

- Ну да. А тебя четвёртый энергоблок не смущает? Там радиации о-го-го. — Возмутился спокойный до безобразия Громов.

- Что с тобой не так? — Вскипел Корнеев, услышав очередную невменяемую реплику. — Ты инструктаж вообще слушал?

- Я уснул. — Совершенно спокойно ответил напарник.

- Что? А ну-ка, повтори-ка ещё раз? — Психанул Сергей.

- Что что. Там постоянно всякую ерунду говорят: вот вы, вот вам, а мы, а если, мы вам. Стандартная речь. Я как раз не доспал той ночью. — Даже корова на пастбище выглядела не так безмятежно, как напарник Корнеева. Как будто тот специально злил командира ради шутки.

- Вообще-то там ещё говорят, что и как делать! — Корнеев едва не выдал врагу место расположения своими всплесками агрессии. Оно и понятно, не каждый день тебе приходиться иметь дело с такой беспросветной тупостью, какую показал во всей красе напарник.

Котов вмешался в разговор. — Знаешь, а он и вправду начал с довольно скучной речи. Я бы тоже поспал, но двое спящих из десятерых присутствующих это слишком, не находишь?

- Серьёзно? — Удивление и отчаяние всплыли на лице Сергея. — Ты видел его спящим на инструктаже? Сам бы поспал, значит?

- Да. А что такого? — Невозмутимо ответил Кот.

- Проехали. Проехали. Проехали. — Медленно, практически шёпотом, проговорил начальник горе бригады. Немного успокоившись, Сергей продолжил. — Тогда слушайте оба. — Командир снова достал карту, но уже другого масштаба. — Вот здесь, предполагаемые сведения о военной операции. Слева от этого сарая, или что там, есть подвал, ведущий изнутри наружу со стороны палаток с солдатами. Под покровом ночи проскользнём обратно, на холм.

- Думаешь, эти ценные бумаги никто не охраняет? И про покров ночи ты тоже серьёзно? — Убедительно спросил Котов. — Я хоть и не спал. — Покосился на Громова. — Но не помню, чтобы про ночь кто-то что-то говорил.

- Охраняют часовые, но они сменяются в наши с вами законные пять минут. За минуты две мы должны пробраться внутрь. А покров ночи для нашего выхода необходим как воздух. — Корнеев кинул взгляд на базу. — За пять минут пробраться вовнутрь и вылезти обратно практически невозможно. Командование разрешило отступать по обстоятельствам. Но если мы всё-таки успеем, то с меня ящик водки или три бутылки коньяка.

- Эй. — Прервал разъяснения наёмник. — Хватит спорить. Посмотрите. — Громов уже стоял с биноклем и наблюдал за большим лагерем.

Корнеев с Котовым подошли поближе, поглядеть, что такого особенного заметил Громов. А увидел он не так много, но в кадр, наконец, попали первые враги. Практически все военные были одеты в антирадиационные костюмы, скорее всего офицеры. Простых солдат оказалось не так уж и много. Пушечное мясо, по-другому не назовёшь, защищены куда слабее тех, кого они охраняли, экипированы как мы, противогаз — единственное средство от радиации. Практически у восточного выхода стояла цель нашего задания. Толи транзисторная будка, из которого давно всё вытащили, толи склад с Бог знает чем. У западного крыла раскинулись палатки армейцев — бараки местного уровня. В метрах трёхсот тот самый энергетический блок, принёсший смерть и разрушение в цветущий город, точнее не он, а людская ошибка.

- Лагерь как лагерь. — Проговорил Котов, протирая свой «Макаров».

- Смотри дальше. Видишь вон тех парней? — Указательным пальцем показал Громов. — Они нас опередили.

- Дай-ка сюда. — Сергей выхватил бинокль у Громова. Четыре лица неизвестной Корнееву наружности осторожно шли от укрытия к укрытию. Всё шло тихо до поры, до времени, пока последнего шпиона не заметил один из военных, случайно пришедший пописать. Он, молодой вояка, тихонько подкрался к нему, приготовив нож в своей руке. Вот что значит неопытность, героем захотелось стать, лавры, почёт, уважение, а вдруг повысят по службе. Романтик чёртов. Молодой уже представлял, как его ставят в пример перед остальными военными, однако, в итоге сам оказался не в удел. Лёгкая рука отставшего незнакомца вколола в шею противника шприц с каким-то веществом. Незадачливый военный потерял сознание мгновенно, ну а троица покарабкалась дальше, не обращая на маленькое недоразумение никакого внимания.

- Какого пса они творят? — Корнеев отдал бинокль обратно.

- Кажется, одного из них я знаю. — Приставляя оптику к глазам, хрипло сказал Громов. — Он наш коллега. Как-то пересекался с ним на работе.

- Мне думалось, мы единственные здесь от компании. — Удивился Корнеев. — И кто это такой?