Кристофер Раули - Основатель

— Неслабый ветер задувает, — сказал Флекер. Стрэнг был в одном из своих припадков молчаливости — Флекер заметил эти признаки. Ну что ж, Стрэнг таков, каков он есть, заключил Флекер. Короткие взрывы бешеной деятельности сменяются долгими периодами самопогружения, когда он вряд ли осознает, что творится вокруг.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — продолжил Флекер.

Стрэнг ничем не показал, что слышит. Вскоре Флекер оставил свои попытки и собрался уходить. Ветер с причудливым посвистом огибал углы крыши.

Стрэнг пошел за ним к лестнице. Его глаза горели.

— У нас есть работа, Флекер. Надо закончить лодку.

Из-под своей кровати в отделении Стрэнг достал тубу с керамазом и аппликатор.

Вдвоем с Флекером они спустились на берег.

Там Иги развел костер из обломков кнуко и поджаривал вкусно пахнущие куски добытой острогой рыбы. Увидев, что к нему идут небесные демоны, фейн поднялся. Это был тот, которого звали «Флека», и еще один незнакомый.

На лице Стрэнга почти комично сменилась серия выражений, пока он соображал, что перед ним такое. Потом он шагнул вперед, протянул руку и хлопнул по ладони Иги в энергичном пожатии.

— Тигровый Кот Гамильтон во плоти, — сказал он радостно.

В Новом Дворце братья Халифи мрачно слушали доклад Раса Ордера. Ибрагим подвергался резкой критике со стороны Мерцика и остальных.

Были высланы патрули, но никаких следов сбежавших Фанданов и инопланетянки не обнаружили.

Теперь еще доклад Раса Ордера о катастрофической «охоте на монстра».

— Твое заключение, принц? — спросил наконец Фарук.

— Нам нужно оружие большего калибра. От винтовок зверь почти не пострадал. Они выдерживают даже прямое попадание гранаты.

Фарук повернулся к Ибрагиму:

— Каковы наши возможности возобновить производство оружия?

— На это нужно не меньше месяца. Наши станки сейчас полностью загружены производством строительных машин и оборудования. А для производства оружия их придется полностью перенастраивать.

— Каковы шансы, что есть еще такие твари? — спросил Фейсал.

— Я бы сказал, весьма ограниченные, — ответил Ибрагим.

— Но в других местах их может быть больше. Ибрагим поднял руки.

— Может быть. Все возможно. Мерцик наклонился вперед.

— Итак, у нас хватило глупости лишить себя возможности производства нового, более тяжелого оружия?

Ибрагим вздохнул:

— Трудно было вообразить, что нам понадобится оружие мощнее двадцатимиллиметровой пушки.

— Сколько их у нас?

— Не знаю.

— А тебе не кажется, что стоило бы это выяснить? — полыхнул взглядом Мерцик.

— Но здесь мы в безопасности, — не уступал Ибрагим.

— Ха! Ты уже с момента катастрофы выпустил все из рук. Проиграл этому проклятому предателю Фандану и потерял хватку.

Повисла пауза. Было ясно, что Фарук и Фейсал склоняются на сторону Мерцика.

— Братья мои, давайте не будем ссориться. Перед нами стоят серьезные задачи.

— А где Тарик? — спросил Фейсал. Теперь в положении защищающегося оказался Мерцик. Тарика держали на транквилизаторах. Он полностью лишился рассудка.

С помощью Иги сборка лодки пошла в несколько раз быстрее. У фейна хватало сил в одиночку сдвинуть половину любой секции лодки.

Иги ударил по рукам с «человеками» и пригласил их к костру. Буря надвигалась, и ветер был силен. Иги подложил еще кнуковых дров, и они тут же занялись.

Стрэнг присел возле огня и смотрел на фейна завороженно, как посетитель зоопарка. Иги жарил рыбу. Он отрезал куски от главных костей и насаживал их на палочку кнуко, закрепляя над огнем.

— Слушай, раз уж у нас есть жареная рыбка, так надо бы и пива! — сказал Флекер и направился к зданию больницы. Вернулся он с двухлитровой канистрой лучшего «Хибби» и тремя кружками.

Иги подозрительно понюхал пиво и осторожно попробовал. Глаза его округлились: это было как лучшее варево! Только на вкус послабее.

Он облизнул губы длинным розово-серым языком — жест очень человекоподобный и комичный. Флекер улыбнулся и посмотрел на Стрэнга. Тот был просто захвачен зрелищем.

— Мне кажется, пиво ему понравилось, — сказал Флекер. — Надо было мне это учесть. Иги протянул ему пустую кружку.

Послушайте, мне очень жаль, но поймите наше положение. Мы здесь — избранные представители. Шаттлы летают без остановок, но все равно на корабле еще полно озверевшего народу, и все рвутся на планету.

— Но как вы не понимаете? Если я права, эти люди спустятся сюда на верную смерть!

— А если вы не правы? Тогда кто окажется крайним? Мы. Значит, нам и судить.

— Слушайте, это же не спортивное состязание, в этих деревьях затаилась страшная опасность. У нас нет времени ни на что, кроме срочной эвакуации с мыса.

Председатель собрания Дегалия Веере в конце концов потеряла терпение:

— Слушайте, в этом лагере больше тысячи человек. Даже если мы каждый обратный шаттл будем забивать под завязку, за несколько дней нам всех не вывезти. У нас заправочных мощностей не хватит. Оборудования жуткий недокомплект.

— Это почему? — спросила Аделаида. — Проектировщики Фанданов предусмотрели размещение оборудования.

— Из-за проклятых Халифи. Свои посадочные площадки они построили в лесах и сперли половину всего барахла.

Аделаида застонала. Веере продолжила:

— Так что вы видите, что ставите перед советом неразрешимую задачу. Вы выносите на совет вопрос, который невозможно решить. Если вам все это приснилось, а мы остановим рейсы шаттлов, на следующих выборах мы слетим.

Веере вздохнула. С Фанданами иметь дело — как зубы рвать. В лагере их было больше двадцати, и каждый требовал обращаться с ним согласно его высокому происхождению.

— Вы знаете, что монстры существуют. Там на дороге — труп одного из них.

— Мы знаем, что они время от времени встречаются, но что их целая армия — это бред.

— И к тому же, — вмешалась Джармела Бутте, — в следующий раз мы будем готовы.

— У вас двадцать человек и хилая баррикада.

— Баррикада вполне адекватна. Над ней трудились тридцать человек.

— Того, что напал прошлой ночью, убили пять человек с винтовками, — самоуверенно сказала Веере.

— Когда он уже убил троих!

— Это все не важно. Совет проголосовал по этому вопросу, и поставим на этом точку. Раздался чей-то отчетливый шепот:

— Чертовы норамы, они воображают, что это их планета.

— Ладно, Аделаида, пойдем лучше кофе выпьем, — сказала Лейла, обняв подругу за плечи. — Эти люди так же слепы, как и Халифи.

— Да что они вообще из себя воображают? — поднялся с места толстомордый Бозов, представитель бетоноварочных бригад.