Historian Riddik - Вселенная Риддика

Дамэ нервно облизала губы, а потом подползла к Риддику, и начала устраиваться рядом. Ее движения приносили ему новую пекущую боль, и Риддик глухо и предупреждающе рычал. Но Дамэ, не обращая на него внимание, движимая только одним желанием согреться, уже легла рядом с ним и затихла.

— Этот мерзкий ком на второй палубе — это бывшие боги, которые не смогли перенести свой разум. На них противно смотреть. Но это они дают силу Святым Мертвым в Храме. Это они постоянно требуют энергию и вытягивают ее из всего, до чего могут дотянуться, — начала шептать Дамэ, когда согрелась. — После долгих перелетов многие криолокеры оказываются пустыми. И я не верю, что те, кто в них были, удостоились чести отправиться в Подвселенную. И еще. Может быть, эта ядовитого цвета зелень и принадлежит Андерверсу, но ни как не Темной Подвселенной, и уж точно не Вселенной Смерти. Я поняла — это разные места… Почему ты молчишь? — вдруг до нее дошло, что с ней никто не спорит и ни о чем не спрашивает.

— Я слушаю.

Ну, хорошо, что хоть слушают. Она привыкла к слушателям.

— Святые Мертвые — не боги. Они боятся смерти и их можно укротить. Я знаю. Я видела это своими глазами, — продолжала она. — И я не понимаю, зачем каждый раз таскать флот в это захолустье. Что здесь делает Лорд-маршал? Лежит на травке и купается в озере? Дикость какая-то…

«Если серые твари ищут здесь дом, то это неподходящее для них место — здесь нет энергии, которую они так любят», — подумал Риддик и вспомнил дикую боль и агонию смерти, обрушившиеся на него на второй палубе. А еще отчаяние сотни существ, которое проступало через все.

— Ты слышала их боль?

— Боль? — переспросила Дамэ и ядовито ответила: — Это не их боль! Это не их чувства! Ар забирают нашу боль и наши чувства! Нам ведь обещали место, где нет боли! Они запутали нас словами, символами и демагогией…

— Как ты сказала? Ртар?

— Нет. Ртар — это отщепенцы, пошедшие против основ, против веры. Принявшие другие догмы и несущие в Мир раздор, смуту и ложные семена знаний, — заучено ответила Дамэ.

«Но ты про них знаешь…» — Риддик попытался пошевелить пальцами левой руки, но ничего не почувствовал.

— А некромангеры, значит, несут только мир? — спросил Риддик.

— Я уже не знаю, кто, что и куда несет. Эти войны придумала не я. И чем друг другу не угодили Ар и Ртар, теперь уже вряд ли кто-то вспомнит.

«Древние расы, контролировавшие всю Галактику. С их знаниями и технологиями, до которых людям еще расти и расти. Своей непримиримостью ко всему они истребили себя. Жалкое зрелище… — подумал Риддик, вспоминая сизо-голубой ком на второй палубе и черную Великую Пустоту на месте планеты Четырех Стихий».

— Больше всего меня волнует, как мы отсюда выберемся, — прошептала Дамэ.

— Лорд-маршал всегда возвращался.

Дамэ только фыркнула, но потом приподнялась на локте и внимательно посмотрела в странные переливающиеся глаза Риддика, и примолкла, пораженная его уверенностью.

Мирно потрескивал костер, поднимая вверх сотни красных огоньков, густыми сладкими пряностями пахла высокая трава, в которой на разные голоса пели ночные насекомые, неподалеку едва слышно баловалось всплесками волн озеро, даже звезды, и те беззаботно сверкали где-то далеко вверху, время от времени прячась за облаками, а небо на горизонте потихоньку натягивало слабый розово-оранжевый цвет, готовясь к восходу.

Всё возвращалось на круги своя, и мир вокруг был прекрасен. Не стоило пока торопиться в тот серый дымчатый покой. Всему своё время.

За всей этой красотой Риддик внезапно услышал отдаленный шум воды, стремительно спускающейся с гор. Он быстро сел, стряхивая с себя пригревшуюся Дамэ, и проверил очки на глазах.

— Скоро откроется переход, — сказал Риддик и подумал: — «Или он запрограммирован открываться в обратную сторону через какое-то время. Или он открывается тогда, когда на планете приземляется корабль».

Он схватил Дамэ за руку и побежал в сторону грота и пещеры в нем.

— Куда ты мчишься? Это же Божественный Прилив! — бешено заверещала Дамэ, она просто летела за Риддиком. — У тебя, что, еще и голова повредилась?

Риддик вскочил в пещеру, едва вместившись в ней, и прижал Дамэ к себе.

Шум быстро нарастал, заглушая собой все остальные звуки, и вскоре стал просто оглушительным. Земля затряслась под ногами, а потом белое ослепительное солнце накрыло собой все.

Риддик зажмурился и уткнулся лицом в спину Дамэ, закрывая глаза от света.

Солнце растаяло, оставив природу в покое, а шум стих также быстро, как и появился.

— А ведь ты прикрывался мною! — возмущенно воскликнула Дамэ, вдруг понимая причину, по которой он прижимал ее к себе.

«Молодец!» — улыбнулся Риддик ее догадке и ответил:

— Ты позволила это сделать.

— Ты воспользовался моей растерянностью!

Риддик равнодушно пожал плечами.

— В следующий раз можешь воспользоваться моей.

Дамэ яростно зашипела, сверкая глазами.

Но Риддик, устремив свой взгляд куда-то за ее спину, уже не обращал на нее внимание. Дамэ мгновенно развернулась.

— Ш-ш-ш… — Риддик зажал Дамэ рот, увлекая ее за собой в темноту грота.

У них были гости.

Не некромангеры.

Через едва просматриваемые в утреннем тумане деревья к ним шли люди. Двое впереди, один посередине, и трое сзади, прикрывая. А еще Риддик увидел свой потухший костер на поляне и мысленно выругался — прятаться было бесполезно. Впихнув Дамэ вглубь пещеры и приказав ей заткнуться, он вылез на поляну.

Уже по тому, как быстро и грубо его сжал холодный воздух, обыскивая с ног до головы, он понял, что это были ртарцы — четыре чистых Воздуха и шестеро в человеческой оболочке.

И было абсолютно понятно, для чего ртарцы появились здесь.

В правой руке уже грелся нож, но левая рука по-прежнему сжимала пальцами какой-то камень и не хотела шевелиться.

Эраим вышел вперед. Святые Стихии, и за этим жалким чвиксом они столько гонялись? Неужели это из-за него Эрион подняла столько шума и возни? Что за вселенская шутка?

— Мне тебя жаль, — презрительно дрожа губами, сказал Эраим, разглядывая Риддика. — Ты даже не сможешь с честью умереть в бою, защищая свою жизнь. Половина твоего тела — сплошная рана, рука не шевелится, ты едва держишься на ногах и пытаешься заставить себя не думать о боли, — комментируя, Эраим морщился. — Впрочем, мы пришли не сражаться с тобой, а мстить. И скажи своему некромангеру, пусть тоже выходит из пещеры, нам пригодится его оболочка, пусть даже с дырками на шее…