Вадим Филоненко - Гонка на выживание

– Хью, а ты уверен, что это именно он?

– Виктор так сказал. Он провел расследование и… Вик, а ну-ка иди сюда.

Тойер молча подходит. Я пытаюсь поймать его взгляд, но он смотрит только на хозяина.

– Вик, – обращается к нему Хьюго, – расскажи Брайану, что да как.

Тойер поднимает на меня пустые равнодушные глаза и чеканит:

– Этот букмекер замыслил сорвать куш на очередном заезде «Огненной Серии». Он-то и нанял тех самых подонков, которые похитили вас, Брайан. По приказу мистера Милано я провел расследование обстоятельств вашего похищения и установил, что заказчик вот этот человек. Кстати, он и сам признался в содеянном.

Еле удерживаюсь, чтобы не матернуться – признался! Еще бы! Могу себе представить, как из него выколачивали эти признания. Нет, но Виктор-то каков! Он-то лучше всех знает, что этот человек невиновен, так зачем же подставляет его? Или все это очередной замысел таинственных игроков? Но зачем им это? Какой смысл?

– А предложение? – спохватываюсь я. – Хью, ты хотел сделать мне какое-то предложение?

– Да, – торжественно кивает он. – Я предлагаю тебе лично расправиться с этой мразью! Сделай с ним то же, что по его приказу делали с тобой! Пусть он визжит и мучается перед смертью! Это мой подарок тебе, Брайан. Кстати, можешь не благодарить. – Хьюго наклоняется к моему уху и виновато шепчет: – Честно признаться, я хотел было сам с ним разобраться, но Виктор остановил меня, сказал, что будет лучше, если это сделаешь ты. Мол, тебе это будет приятно.

В бешенстве смотрю на Тойера. Мне будет приятно, значит! Ну, ты и сволочь, Виктор! Ох, и сволочь! Или… В моей голове вдруг что-то щелкает, и некоторые фрагменты мозаики внезапно встают на свои места. Кажется, я понял… «Ты должен ответить „да“ на предложение, которое тебе сегодня сделают», – велели мне таинственные Игроки. «Поступай так, как тебе несвойственно. Ломай их игру, сбивай с толку», – советовал Мартин. А ведь, пожалуй…

Но додумать мысль я не успеваю, потому что Хьюго толкает меня к букмекеру и требует:

– Давай, Брайан, отомсти ему!

Человек на коленях весь сжимается и с ужасом смотрит на меня. Я достаю из-под куртки бластер, радуясь, что догадался выпросить у Эрика обойму с парализующими патронами, но Хьюго останавливает меня.

– Не так. Он должен умереть не от пули. Это слишком легко для него. Он должен перед смертью помучиться. Для начала сломай ему ногу, как ее сломали тебе.

Вот блин! Но мне-то ее не ломали! Она же сломалась сама! Что же делать? Перевожу растерянный взгляд с букмекера на Хьюго.

– А может, сразу его пристрелить? – имея в виду свои парализующие патроны, спрашиваю я.

– Нет! – отрезает Милано. – Он должен мучиться!

– А если это не он похитил меня? Что, если он не виноват?

– Он виноват, – хмурится Хьюго. – Ведь так, Виктор?

– Так, – чеканит тот.

Ах, значит, так! Ну, держись, гад! Ты заварил эту кашу для меня, так и есть ее будешь вместе со мной!

– Но я не умею ломать людям ноги, Хью, – говорю. – Я же гонщик, а не пал… э… боевик.

– Ладно, – соглашается Хьюго. – Пусть ребята сами все сделают, а ты просто смотри.

– Нет, – возражаю я. – Мне будет приятно, если это сделает Виктор. Лично.

Смотрю на Тойера. И как ты теперь будешь выкручиваться, гуманоид зачуханный? Ведь не станешь же ты и в самом деле истязать невиновного?

На лице Виктора не отражается ни единого чувства. Он равнодушно кивает и делает знак своим парням оттащить пленника к ближайшему дереву. Хьюго устраивается в гамаке, берет в руки бокал с ледяным коктейлем и предлагает:

– Брайан, садись или ложись, короче, устраивайся поудобнее и наслаждайся. Хочешь еще тоника?

Отрицательно мотаю головой и смотрю, не отрываясь, на Тойера. Он же, в свою очередь, следит за тем, как пленника привязывают к дереву почему-то в положении «сидя», а потом делает своим людям знак отойти в сторонку и зовет меня:

– Идите поближе, Брайан. Я научу вас, как это делается.

Подхожу и шепчу одними губами так, чтобы слышал только Тойер:

– Ты же не собираешься и в самом деле…

– А у меня есть выбор? – так же тихо отвечает он.

– Но ты же знаешь, что этот человек не виноват!

– Знаю. Но это единственный способ вывести из-под удара тебя. Тебя, понял? Хью нужен был виновник. Если бы я не нашел его, Хью поручил бы расследование другому, и тот очень быстро докопался бы до истины. Тогда сейчас к дереву был бы привязан ты. Здесь арифметика простая, Брайан: один из вас должен умереть. Или ты, или он.

– Чего вы там тянете? – недовольно кричит нам Хьюго.

Виктор едва заметно усмехается и кладет под ногу онемевшего от ужаса пленника две деревяшки.

– Видите, Брайан? – громко говорит Тойер. – Таким образом создается рычаг, и теперь для того чтобы сломать кость, потребуется очень незначительное усилие.

Прежде чем я успеваю моргнуть, Тойер резко бьет ногой по «распятой» голени пленника. Хруст костей почти полностью перекрывается истошным криком. Моя ладонь смыкается на рукояти торчащего из-за пояса бластера, но Тойер прожигает меня взглядом и насмешливо шепчет:

– И в кого ты собираешься стрелять? В него, в меня или в себя?

Его голос почти тонет в плаче и вое пленника.

– Так нельзя, Вик! Ты что, не понимаешь? Так нельзя! – Меня колотит нервная дрожь. – Скажи Хью, что он невиновен!

– Его все равно уже не отпустят, – возражает Тойер, – ведь он может обратиться в полицию. Похищение, издевательства… Нет, Милано по-любому не оставит его в живых. Он так и так труп. Но весь вопрос в том, не составишь ли ты ему сейчас компанию?

– Давайте дальше, – требует Хьюго.

– А дальше, – громко говорит Тойер, – есть такая замечательная вещь, как зубочистки. – Он достает из кармана пластиковую коробочку и вынимает остро заточенную палочку. – Смотрите, Брайан, если правильно воткнуть такую занозу человеку в ухо, то ему будет очень и очень больно. Хотите попробовать сами или мне вначале показать вам, как это делается?

Смотрю ему в глаза и вижу в них тщательно скрываемую усмешку. Даже не усмешку – издевку. А ведь он, похоже, провоцирует меня. Что ж, я поддамся на провокацию…

– Хью, я могу с тобой поговорить? – спрашиваю и вижу в глазах Тойера мимолетную тень облегчения и снисходительного презрения одновременно.

– О чем? – удивляется Милано.

– О похищении. Я хочу рассказать тебе, что же там было на самом деле.

– Да? – заинтересованно вскидывается Хьюго. – Ну, говори!

– Наедине, – отрезаю я, краем глаза замечая, как Тойер задумчиво хмурится и изучает мое лицо внимательным взглядом.

– Пойдем в дом, – предлагает Хьюго. Я киваю, прикидывая, много ли там «жучков». Впрочем, наплевать.