Александр Байбак - Егерь. Последний билет в рай

Выбравшись из последнего разгромленного ангара, я откинул забрало, с наслаждением втянул свежий вечерний воздух, и тут же поперхнулся: налетевший порыв ветра принес явственный привкус гари, причем гари специфической — от паленого пластика и каких-то химикатов. Глухо чертыхнувшись, я поспешил вновь загерметизироваться и активировать фильтры, однако вскоре передумал — нечего лишать себя естественного ориентира. Не такая уж и резкая вонь, притерпеться можно. В окрестностях эллинга делать больше нечего, пора дальше двигаться, хоть и не хочется до крайности.

— Петрович, доклад!

— Чииссссто!.. — прошипел синтезированный голос в акустике шлема.

— Подробнее давай, — буркнул я, разворачивая на забрале рамку ППМ.

В «стереорежиме» рассмотреть удалось не очень много, и я переключил видеоконтур на баллистический комп, заставив тот «перегонять» поток в режим ночного зрения. Стало чуточку лучше, по крайней мере, теперь я мог различать четкие контуры недалеких предметов. Для Петровича недалеких, я имею в виду.

— Дралисссь, крушшшшили, кровь, ссссмерть… — фыркнул на том конце провода кот. — Живыххх нетсссс…

— Опасность?

— Нетссс…

— За-ши-бись! — по слогам пропел я. — Иду к тебе, встречай.

Ответное согласное «урррммм» коннектор переводить не стал, и так все ясно.

Уже не особо таясь, я размашистым шагом принялся измерять присыпанную гравием узкую дорожку, что вела в обход косогора к таинственным корпусам. Впрочем, кое-какие мысли у меня уже появились, осталось лишь найти им подтверждение.

Система тау Кита, планета Нереида, 22 января 2538 года, вечер

Обогнув косогор, я понял, почему местные обитатели не стали прокладывать дорожку напрямик: со стороны бухты склон был относительно пологий, а вот с противоположной фактически обрывался скалистой, хоть и не особо высокой, стеной. Уж не знаю, по какому капризу природы здесь образовалась обширная вытянутая вглубь острова котловина, но факт имел место быть. Плоская чаша размером с хороший стадион, глубиной около трех метров, была довольно плотно застроена, причем длинные корпуса с плоскими крышами занимали едва ли треть площади. Ноктовизор не давал полной картины, поэтому я вырубил ночной режим — в неровном свете мириад звезд на безоблачном небе и далекого спутника комплекс белоснежных зданий на темном фоне просматривался во всех подробностях. Три длинные одноэтажки образовывали букву «П» перекладиной к бухте, а между ними раскинулся целый лабиринт сетчатых заборов, кое-где разбавленный кучками довольно больших крытых боксов, весьма смахивавших на вольеры. По верху секций тянулись ввысь штыри силовых эмиттеров, еще больше увеличивая сходство с зоопарком под открытым небом. Дальним концом котловина упиралась в скалистый гребень, плавно перетекавший в склон центральной горы, так что с той стороны выбраться из природной чаши было весьма проблематично. Неплохо, совсем неплохо! Местечко уединенное, маскировочным куполом можно весь комплекс накрыть без особого напряга, всего-то и нужно, пару-тройку генераторов поля на господствующих высотах разместить. И хрен кто что разглядит, даже с высокой орбиты. Впрочем, военный спутник сможет, но откуда он тут, военный-то?..

Откуда-то сбоку бесшумной черной тенью вымахнул Петрович, сбросил маскировку и принялся, довольно урча, тереться о мой сапог.

— Ну что, мой рыжий друг, нашел что-нибудь, эммм… неожиданное? — поинтересовался я, одарив напарника традиционным почесыванием.

Тот вместо ответа беззаботно потрусил по тропинке вниз, задрав хвост трубой и даже не потрудившись сменить окрас. Впрочем, в темноте он и с естественным колером не особо выделялся на фоне темной травы и камней, но уже сам факт говорил о многом. Например, что лежащий прямо под нами комплекс никаких сюрпризов не таит, и ходить там можно совершенно спокойно.

— Безопасно, говоришь… — Я задумчиво хмыкнул и не спеша побрел следом за напарником, стараясь держаться центра дорожки.

Тот факт, что Петрович не встретил никого живого и потенциально опасного, совсем не отменял несметного числа неприятностей техногенного характера. Мало радости провалиться в какую-нибудь яму с торчащей арматурой или попасть под завал. На всякий случай я на ходу еще раз осмотрел постройки в ноктовизор, но на сей раз со сменой диапазонов. В терморежиме совершенно неожиданно обнаружилось целых три ярких пятна, по одному в каждом здании, которые отчетливо выделялись на фоне тусклых нитей коммуникаций, запитанных, как и диспетчерская, от аварийных батарей. Сигнатуры совершенно незнакомые, стандартные энергоблоки дают совсем иной рисунок в более теплой гамме, а посему странные источники излучения меня заинтересовали весьма и весьма.

Повода не доверять напарнику у меня не было, а потому я закинул штуцер в захваты на спине, чтобы не мешал, и на всякий случай передернул затвор апээса, дослав унитар в ствол. Извлечь пистолет из кобуры и отоварить любого противника «даблтапом» теперь дело доли мгновения, соответствующий рефлекс и моторика наработаны еще в академии, зато руки свободны и тело не закрепощено длинной дубиной «меркеля». Плюс живой биодетектор — Петрович. Кот размеренно рысил прямиком к центральному шлюзу перекладины буквы «П», так что мне оставалось лишь последовать его примеру.

Против ожидания, ничего похожего на грузовые ворота в пределах видимости не обнаружилось. Шлюз оказался стандартным, сугубо пассажирским, хоть и повышенной пропускной способности. Левая створка красовалась здоровенной проплавленной дырой в рост человека, в которой Петрович и скрылся незамедлительно, даже не пытаясь меня дождаться. Я озабоченно покачал головой — конфигурация отверстия и края без сколов и заусенцев наводили на мысль о баллончике «симплекса» — и нырнул следом, активировав ноктовизор. Изнутри шлюз не поразил абсолютно ничем, если не считать аналогичного пролома во внутренней переборке, и я задерживаться здесь не стал, выбрался в центральный коридор здания. Стоило отойти от входа буквально на пару шагов, как автоматически включилось дежурное освещение, едва не заставив меня присесть от неожиданности, но я быстро справился с потрясением, от души выдав трехэтажную лингвистическую конструкцию. Озадаченный Петрович вымахнул из какого-то закутка в паре десятков шагов впереди, неодобрительно муркнул и как ни в чем не бывало двинулся дальше по коридору. Н-да, что-то у меня как в старом анекдоте про охотника и собаку: знаю, что Шарик, а гадить не перестаю… Нервно хохотнув, я побрел следом за напарником, по пути внимательно оглядывая стены и пол. Мозг уяснил, что автоматика здания все еще жива, а потому на гаснущие за спиной и вспыхивающие прямо по курсу люминесцентные панели я больше не реагировал — эка невидаль, стандартный экономичный режим. Ноктовизор пришлось выключить, в таких условиях все равно от него пользы никакой, а расположение загадочного источника излучения я примерно запомнил. Пока что прямо по коридору, до ближайшего лифта или лестницы, потом на минус первый уровень — по логике, как раз там должен находиться силовой отсек с энергоблоком.