Сергей Поташев - Подходящая работа

Поскольку лейтенант сохранял молчание, Стенг продолжил более бодрым тоном:

— Оперативная реакция нашей секции позволила незамедлительно возобновить питание второй зоны и избежать срабатывания процедуры аварийной разморозки других капсул. Разумный, обнаруженный техником Макутой, в данный момент находится в медицинской секции, его здоровью ничего не угрожает, — закончил доклад Стенг.

Лейтенант некоторое время молчал, разглядывая подчиненных. Вздохнув, он сказал:

— Хорошо, объясню как для слабоумных. Сейчас на станции проводится расследование. Причем на очень интересную тему: «Халатность, повлекшая опасность для здоровья и жизни разумного». Если бы аборигена не нашел Макута, то на утро мы бы имели его труп и, возможно, трупы всех, кто был в криокамерах. Поскольку их замораживали в экстренном режиме, то до утра они бы просто не дожили. Вижу, до вас начала доходить вся глубина жопы, в которой мы оказались. По «Регламенту обслуживания капсул», демонтаж накопителей во время работы капсулы категорически запрещен. Как можно перепутать два совершенно разных регламента, мне не понятно.

У Стенга начало дергаться правое веко. Убийство разумного — самое страшное преступление в Содружестве, страшнее только массовое убийство. Халатность, повлекшая смерть, — это почти то же, что и убийство. То есть, если бы Макута не нашел аборигена, им бы грозило до двадцати лет рудников. От одной мысли об этом техника пробил озноб.

Оглядев подчиненных и удостоверившись, что их достаточно проняло, лейтенант продолжил:

— Мне нужно что-то доложить командиру Базы о принятых мерах, поэтому приказываю:

— Технику четвертого ранга Арно Макуте объявить благодарность и премировать месячным окладом, — и пробурчал: — Я ему сам еще бутылку горлодера выставлю, из такой задницы вытащил.

— Идиота четвертого ранга Фаруда, перепутавшего регламент обслуживания накопителей и «Регламент обслуживания капсул», посадить в карцер до окончания расследования. Технику первого ранга Стенгу вынести порицание и наложить взыскание в размере оклада за отсутствие контроля за действиями подчиненных.

Стенг даже возражать не стал, ведь было ясно, что им очень повезет, если все ограничится только этим.

— Наложить на техника первого класса Пилина взыскание в размере половины оклада за нарушение трудовой дисциплины, — и заметив вскинувшегося было техника, сказал: — Накопители были доставлены к зарядной секции за десять минут до окончания рабочего дня, но там уже никого не было. Твоя секция — тебе и отвечать. Может быть, если бы там узнали, откуда дебил приволок накопители, шухера и не было бы. А теперь свободны. Кругом, шагом марш!

Вышедшие из кабинета лейтенанта техники переглянулись.

— Может, пронесет? — с надеждой сказал Стенг. Пилин, сплюнув, ответил:

— Может, и пронесет. А я пошел своим пистона вставлю, а то расслабились, понимаешь, — и направился в сторону зарядной секции.

Евгений Полоз, 29 лет, выпускник КПИ,

специальность — интеллектуальные системы

принятия решений, программист.

Второе пробуждение кардинально отличалось от первого в лучшую сторону. По ощущениям, я лежал на мягкой кровати, укрытый теплым одеялом.

Открыв глаза, я оглядел небольшую комнату, в которой оказался, но ничего интересного не увидел. Мебель, кроме моей кровати, в комнате отсутствовала. Стенные панели либо металлические, либо из похожего материала и такого же типа дверь.

Когда я сел на кровати, то взглядом наткнулся на большой индикатор, встроенный в изголовье. Судя по всему, он отражал мои текущие медицинские параметры. Из них понятны были только пульс, давление и вес. Еще раз, оглядев комнату, снова вернулся к индикатору.

Тут меня как пыльным мешком ударило — табло индикатора отображало надписи на совершенно незнакомом языке, но в то же время с их чтением не возникало абсолютно никаких проблем. Попытка вспомнить, когда же это я успел выучить новый язык, успехом не увенчалась. Пока мозг буксовал, пытаясь найти разумное объяснение происходящему, в комнату вошел мужчина в серебристом комбинезоне.

— Доброе утро! Я вижу ты очнулся, — поприветствовал он меня. — Как тебя зовут? Полное имя, если можно.

— Евгений Дмитриевич Полоз, — ответил я.

— Очень хорошо. Меня зовут доктор Карр. Сейчас я начну называть слова, а ты кивай, если слово понятно, — и почти без паузы продолжил: — Огонь, колесо, планета, электричество, космос, молекула, атом, гравитация, &$#@[email protected], — увидев, что я не кивнул, он повторил: — &$#@[email protected]

А я опять впал в ступор, поскольку понял, что говорили мы не на русском языке и это опять-таки не доставляло мне ни малейших неудобств.

— Судя по тесту, твоя цивилизация находится на довольно высокой ступени развития, поэтому проблем с коммуникацией быть не должно. Это хорошо, поскольку с тобой хочет пообщаться командир крейсера, — сказал он.

После слов о командире крейсера мои мозги оказались на грани закипания.

— Скажите, пожалуйста, а где я? И при чем здесь крейсер, мы в море? — спросил я.

— Причем тут море? — в свою очередь удивился доктор. — Ты находишься в медицинском секторе 58-й базы 3-го флота империи Аратан, — и добавил, жестом останавливая мои дальнейшие вопросы: — Сейчас я включу тебе стандартный тридцатиминутный ролик Службы помощи переселенцам, и думаю, большая часть твоих вопросов отпадет сама собой. После просмотра я приду и отвечу на оставшиеся, договорились?

Дождавшись моего кивка, он направился к двери, а напротив меня на стене появилось изображение спирали галактики, а закадровый голос произнес:

— Здравствуй, дорогой переселенец! Мы рады приветствовать тебя в империи Аратан…

30 минут спустя

Просмотр ролика обогатил меня информацией, что я нахожусь в империи Аратан — самого лучшего и прогрессивного государственного образования в этом углу галактики. Сам же Аратан входит в «Содружество» — союз цивилизаций, который является доминирующей силой в галактике. Технологическими столпами, на которых зиждилась местная цивилизация, были: технология гиперпрыжка и технология нейросетей. И неизвестно, какая из технологий является более важной — то ли гиперпрыжка, позволившая распространиться Содружеству почти на половину галактики, то ли нейросетей, связавшая мозг человека и компьютер, раскрывая этим бездну возможностей — начиная от непосредственного управления техникой и заканчивая процедурой обучения путем прямой записи в мозг.

Меня удивило то, что о Содружестве рассказывалось буквально в двух словах — ни о структуре, ни количестве членов этой организации не упоминалось.