Норма Найт - Феномен хищника
Мы волновались за любимую, волнение передавалось даже от Подземной Жительницы.
-«Зато у меня опыт», – с расстояния в три километра ответила Диксон. –«Не волнуйтесь, девочки».
-«Да хранит тебя Великий Лес, да пребудет с тобою Санэла! Не забывай пользоваться ею».
Мы втроём внимательно следили за часовым – он смотрел на реку и не держал палец на спусковом крючке. И всё равно внезапное появление постороннего могло спровоцировать агрессию, кто знает характер этого деревенского? И волосы у Дик такие короткие!
Достигнув вершины, она потянулась правой рукой за спину, сняла со шнурка метательный нож. Солнце светило прямо в глаза, она правильно обратилась к своему внутреннему взору.
Поднялась на плоский бетонный верх шлюза, спрятала в левой руке обычный нож, держа обратным перевёрнутым хватом, в правой сжала метательный. И непринуждённой походкой зашагала к разбойнику. Как мы и надеялись, он заметил Диксон не сразу, внимание было сконцентрировано на реке. Заметив левым глазом движение, молодой парень тут же схватил автомат.
Мы замерли, не в силах помочь любимой, что бы там не случилось. Только изо всех сил внушали деревенскому похотливые мысли.
Разглядев, наконец, что к нему идёт совершенно голая девушка, бандит раскрыл рот. Руки, сжимавшие автомат, опустились. Зато восстало кое-что другое.
Парень встревоженно ущипнул себя за ногу. Веснушчатый и курносый, он не пользовался успехом у односельчанок – решил, что спит на посту, видит сон.
Глянув на Дик его глазами, мы согласились – очень похоже. Освещённая утренним солнцем, длинноногая прекрасная незнакомка бесшумно приближалась лёгким, упругим шагом от бедра. На лице красавицы сияла двусмысленная улыбка (Диксон представляла нас).
Часовой вскочил на ноги, дрожащими пальцами развязывая пояс-верёвку. Автомат остался лежать. Штаны деревенского упали наземь, он перешагнул их и бросился навстречу любви.
В двух шагах от него стриженая брюнетка распахнула объятия. Как прекрасна эта нагая грудь! Юный разбойник успел ещё заметить необычно бесстрастный взгляд, прежде чем объятия сомкнулись, и наивное сердце пронзила холодная сталь.
Поддерживая за подмышки отяжелевшее тело, Дик отволокла его на циновку. Пропитавшуюся кровью рубаху накрыла штанами, придала сторожу естественную позу, выпрямив ноги, чтоб издали казался живым.
Отсоединила от его оружия магазин, разрядила автомат и выбросила в реку затворную раму. Аккуратно закрыв крышку ствольной коробки, подложила бесполезное оружие под правую руку мертвеца. На пальцах заметила кривые синие буквы «Петя».
Вот и познакомились. Всё. Теперь вниз по лестнице, чтоб обойти по берегу шлюз.
-«Давайте, девушки, выдвигайтесь. Верхняя часть шлюза свободна». Это нам.
Отталкиваясь шестами, оставили позади заросли, выбрались на большую воду. Афоню я поставила грести, предупредив: «Вздумаешь прыгать, весло оставь, а то пристрелю».
Лодка двигалась прямо к цели – сужению русла в месте, где вода преодолела плотину. Причиной нашего дополнительного беспокойства стали валявшиеся на дне несчётные обломки железа. Ворота шлюза, металлические каркасы неведомо чего, такие же полусгнившие короба. Русло менее глубоко – река разошлась надвое, обтекая глыбу шлюза с обеих сторон. Заметно возросла скорость течения.
Войти в протоку – полдела. Главное, из неё выйти. Южная сторона совсем узкая, нашей двухкорпусной посудине только-только протиснуться. Каменная махина величаво поплыла справа – казалось, можно веслом дотянуться до странной белой полосы на изъеденном водой камне.
Диксон уже добежала до нижней части шлюза, перекинула на загривок висящие на шнурке метательные ножи, сжала в ладони нож с рукояткой – весь в запёкшейся крови – и бегом к воде. Плыть с ножом в руке не очень-то удобно, потому обошла прибрежные кусты по мелководью. Зашагала по отмели к шлюзу, выцеливая расстояние уверенного броска.
Здешний сторож сидел внизу, у протоки с беснующейся пенной водой. Автомат рядом, тут же десяток багров, верёвки, крючья. Орудия лова банда с собой не забирала, чего без толку туда-сюда таскать.
На этом посту мужик зрелый, солидный – смотрел только из-под руки на невесть откуда взявшуюся срамную девку, но эмоций никаких не обнаруживал. Если б обернулся – увидел бы вдалеке приближающуюся лодку.
-Эй, а Петька-то где? – крикнула Дик, заглушая шум реки. Нахмурившийся было бандит махнул рукой за спину:
-С той стороны… А ты кто такая будешь? Чтой-то я тебя никак не признaю…
Держа ладони на затылке, Диксон неспешно подошла, нарочито бесстыдно потянулась, и – резко выбросила из-за головы руку с метательным ножом. Успев схватиться за автомат, деревенский получил клинком в левый глаз, осел набок и рухнул в воду. Дик не мешкая побежала назад, к оставленному на пляже «калашу».
Тем временем мы чуть ли не со свистом проскочили узкое горло южной протоки. Выброшенная сильным течением, лодка заскользила по речному простору, Джес повернула руль, правя к берегу. Диксон догнала нас бегом, передала через борт автомат, нож и трофейный магазин. Влезла в лодку, мы с Афоней оттолкнулись шестами.
Из всех, кто был на борту, только Лариска не пялилась на голую Дик, пуская слюни. Чувствуя это, она торопливо надела деревенские шмотки. Я велела предателю идти садиться на руль, сама перебралась в левую лодку.
Работая вёслами изо всех сил, мы постарались уйти как можно дальше от чудовищно громадной запруды и деревни Пригоровка с такими негостеприимными жителями. Справа ощущался огромный заброшенный посёлок старых людей – руины тянулись километрами…
Солнце поднималось всё выше, мужичок очень хотел остановиться как можно скорее, но пока это было слишком опасно.
-«А что там за белая полоса была, вдоль всей каменной стены?» – я показала Диксон мысленную картинку.
-«Максимальный уровень в паводок».
Снег… Должно быть, это очень красиво!
Дик, отдышавшись от беготни и схватки, продолжила тему снега и зимы, одинаково неведомую всем нам.
-«Волки, распушившие шерсть, очень красивы в снегу», – она передала изображение запорошенного белыми пушинками матёрого зверя.
В расслабленной, казалось бы, позе – затаённая мощь, взгляд такой же, как у собрата-Вожака. Затем мы узрели зимний лес в яркий солнечный день – белые шапки на деревьях, вся земля под покровом непролазных сугробов.
-«Зима – это не только красота, но холод и голод».
-«Ведь раньше там жили люди», – возразила я.
Ещё несколько картин по теме. Оказывается, северяне работали ещё больше, чем здешние деревенские, делали запасы, как некоторые животные. Запасы еды, топлива, всего, что могли заготовить. Последняя картинка изображала нескольких людей в меховой одежде, откапывавших жилище, занесённое снегом до самой печной трубы. Если б не помощь извне – те, кто оказались в доме, были бы обречены.