Тимофей Григорьев - Очень не просто
Особенно прибыльным стал обыск резиденции Бруков, дворец скрывал в себе целый сонм сокровищ — ковры, затканные золотом гобелены, утварь, инкрустированная драгоценными камнями, и многое другое — все это стоило огромное количество золи. Один только паркет из тронного зала, изготовленный полторы тысячи лет назад из редчайших пород дерева, добываемого с большим риском на окраинах эльфийских лесов, стоил сотни тысяч золотых — сейчас его нельзя было достать ни за какие деньги, так как эльфы стали отстреливать дровосеков. Ла Шумигу намекнули, что весь паркет оставил за собой Чемен XXIII — так что о скромном коменданте знал сам король. Целый месяц из города вывозили имущество Бруков и только потом взялись за дворянские особняки.
В начале осени поисковым работам сильно мешали разлагающиеся трупы — вонь и мухи производили тяжелое впечатление на солдат, но потом похолодало, да и народ привык, так что на тела перестали обращать внимание, лишь отодвинули те, которые затрудняли переноску грузов. Город наводнили одичавшие собаки, они сбивались в стаи и временами становились опасны для одиноких прохожих — привыкнув к вкусу человечины, хищники не ограничивались только падалью, но и пытались добыть себе свежего мяса. Солдаты в последнее время старались ходить по трое и никогда не расставались с оружием, наблюдатели докладывали, что на окраинах видели волков.
Коменданта не волновали все эти сложности — весной его сменит постоянный представитель администрации, сюда привезут тысячи человек, которые и займутся приведением в порядок пустого города. Из-за эпидемии народ боялся ехать на свободные земли, так что в первых партиях поселенцев будут в большинстве своем должники с семьями, для которых работа здесь пойдет в счет погашения обязательств перед государством.
Сун ла Шумиг должен был к весне изъять все ценное из Брука — Чедану надо было покрывать убытки от эпидемии и летней военной компании против орков. Человек был весьма доволен текущим состоянием дел, так как еще никогда под его руководством не было столько народу и через его руки не проходило такое огромное количество материальных ценностей, но безоблачное счастье закончилось неделю назад — явились жрецы Че от Правящей Пятерки вместе с сотней своей охраны. Маги тут же дали понять, кто в городе хозяин и коменданту пришлось в срочном порядке покидать уже обжитые апартаменты во дворце и ютиться в особняке около казарм. Особенно ла Шумигу было жаль содержимого винных подвалов (денщик успел прихватить лишь пару сотен бутылок коллекционного вина), на эти бочки, покрытые пылью и паутиной, у него были отдельные планы… Оставалось надеяться, что жрецы быстро закончат свои дела и уедут обратно в Чедан.
Прибывшие влиятельные лица заняли королевский дворец, выставили свою охрану и запретили остальным даже приближаться. Солдатам было любопытно, чем же заняты маги в резиденции Бруков, но чужаки помалкивали, отгоняли излишне назойливых, так что узнать ничего не удалось. Правда, на второй день (как доложил коменданту его денщик) парке что-то жгли, потом кого-то гоняли, скорее всего, одичавших собак, но от предложения помощи часовые у ворот категорически отказались.
— Что он копается? — недовольно пробурчал под нос голодный комендант, ожидая появления денщика. — Давно пришло время перекусить.
Каждое утро Сун ла Шумиг начинал с пары бокалов великолепного вина, степенно закусывая его ломтиками острого сыра, которым славилась Брукиния еще совсем недавно — пора было вырабатывать у себя привычки богатого человека, который мог позволить себе многое…
— Ну, наконец-то! — произнес он, услышав шум за дверью. — Где тебя носит, мерзавец? Почему я должен тебя ждать…
Подойдя к двери, ла Шумиг резко ее отворил и тут ему на руки упал денщик, изо рта подчиненного что-то хлынуло, попав на лицо дворянина.
— Опять нажрался! — комендант оттолкнул денщика в сторону и стал брезгливо вытираться платком, мимоходом удивившись, что грязь какая-то красная. — Ты за всю жизнь не рассчитаешься со мной за испорченный костюм!
Тут за его спиной кто-то сказал гулким басом.
— Думаю, мы договоримся…
Испуганно обернувшись, человек увидел огромного, гнусно ухмыляющегося орка.
* * *Все шло по плану, почти…
Наблюдателей вырезали тихо и без потерь с нашей стороны — люди оказались на удивление слабы и беспечны. Казармы тоже не доставили особых хлопот и застигнутые спросонья солдаты не оказали практически никакого сопротивления, а коменданта перед допросом пришлось отмывать — такое орки произвели на него незабываемое впечатление. Все шло, как по маслу, но эта феноменальная легкость захвата города меня совершенно не радовала, да и старейшины не спешили праздновать победу — мы чувствовали в воздухе запах грядущих неприятностей.
Постепенно королевский дворец был окружен, и выбраться оттуда без нашего ведома не представлялось возможным, но и мы не могли в него попасть — по парковой ограде шла граница печально знакомого "огненного полога". Хотя нет, полог был связан с огнем, но не был сплошным, как при попытке захвата тайного орочьего поселения. Мы стояли на крыше одного из дворянских особняков, окружающих резиденцию Бруков и обсуждали сложившееся положение.
— Плетение интересное, — Зуррин задумчиво изучал препятствие, мешающее нашим планам. — Дворец не прикрыт сплошным пологом, а доступа все равно нет.
— И среди людей встречаются затейники, — лениво констатировал дед и лишь пристальный взгляд свидетельствовал о его интересе. — Заставить стену огня перемещаться вдоль охраняемого периметра не каждый бы догадался.
Тут в беседу включился Кенос ла Брук.
— В ограду вмурованы камни-якоря, на них выбиты руны, позволяющие привязывать к ним целый комплекс разнообразных плетений.
— Надо же, как предусмотрительно, — Зуррин скептически хмыкнул. — Значит, не все твои предки были наивными простаками, уверенными в своей неуязвимости. Как вашу династию не уничтожили раньше, не понимаю, видимо, боги покровительствуют избранным детям…. И дуракам.
Я решил вмешаться, так как формально старейшина унижал не просто ла Брука, а моего сына, т. е. — меня, а этого допускать нельзя.
— Зуррин, пинать упавшего — занятие недостойное для шамана и вождя. Тебе есть что нам предложить?
— Эчеррин, я не издеваюсь над мальчишкой, просто это его дом и он должен знать пути тайного доступа во дворец, а он молчит.
Кенос на удивление спокойно прислушивался к нашему разговору и даже не пытался встать на защиту своих предков.