Дмитрий Курмаев - Игры Высоких

Андрей кивнул. Без охранной грамоты они станут жертвами первого же разъезда Черной Вдовы. Интересно, сколько за нее заломят, за грамоту? Кошелек у них уже сильно отощал.

День был хороший, солнечный. По небу неторопливо плыли по каким-то своим делам редкие барашки облаков, плескались в высокой синеве птицы. К полудню разогрелось – осеннее солнце припекало почти по-летнему. Путники устроили короткий привал в тени дерева, на обочине пустынной дороги. Перекусили холодными кусками жареного мяса и пирогами, запивая все это слабым кислым вином. Покончив с едой, Сархен достал и расстелил карту.

– В Сальвейге будем дня через три или четыре… – Монгол сосредоточенно разглядывал карту, смешно наморщив лоб. – Там возьмем охранную грамоту. Сколько у нас осталось денег?

Андрей извлек из потаенного кармана кожаный кошель. Развязал тесемку, высыпал его содержимое на скатерку рядом с картой. Золотых кружочков с чеканным профилем императора оказалось пятнадцать штук.

– Вот и все наследство Ушкуя. Не густо, – сказал монгол. – А нам еще нужно оплатить место в караване к Йоссору. Ставка Черной Вдовы там.

– Может, охранниками наймемся? – лениво спросил Андрей.

Он сложил монеты обратно в кошель и тщательно его спрятал. Потом лег на сухую колкую траву, положил голову на седло. Пара красивых величественных птиц, широко раскинув крылья, парила в вышине. Они перекликались голосами, напомнившими Андрею курлыканье журавлей. А было бы здорово, подумал он, заснуть и проснуться дома. На Земле. В родном мире.

Сархен пожал плечами.

– Можно и охранниками…

Андрей скосил глаз на напряженную спину монгола.

– Что? – спросил он. – У тебя вид как у собаки, почуявшей приближение зверя.

– Дорога, – сказал монгол. – Ни всадника, ни повозки… Не нравится мне это… Как бы на шайку степняков не нарваться.

Оседлав коней, они двинулись дальше. Еще засветло, так никого и не повстречав, они добрались до очередного постоялого двора.

– Вам повезло, господа! – жизнерадостно сообщил хозяин. – Обычно у меня яблоку негде не упасть. А сегодня вот есть свободные комнаты.

– Нам хватит одной комнаты на двоих, только без клопов в постелях. – Андрей царским жестом выложил на обшарпанную стойку мелкую серебряную монету. – И, разумеется, горячего ужина и вина.

Хозяин придирчиво проверил монету на зуб и широко улыбнулся.

– Все будет, господа! Еду подать в вашу комнату или вы отужинаете в общем зале?

– В зале, – ненадолго задумавшись, решил Андрей.

И они пошли вслед за мальчишкой-прислужником, грохоча сапогами по лестнице.

Комната оказалась приличной: чистой и достаточно просторной. Постель застелена свежими простынями. Андрей одобрительно кивнул, взял у мальчишки ключ от комнаты, одарил его медяком и отпустил, наказав принести воды для умывания. Сархен со вздохом облегчения сгрузил в углу тяжелые мешки с доспехами, которые тащил на правах верного слуги.

– Куда они постоянно бегут? – спросил Андрей, опускаясь на табурет.

– Вернее сказать, от кого? – Сархен прикрыл ставни окна. – Кто-то гонит их перед собой.

– Кто? Кто их гонит? Мы прошли по их следу уже половину Империи.

– Если бы знать… – проговорил Сархен.

В дверь громко постучали: кряжистый, с красной от натуги мордой прислужник притащил большой жбан с чуть подогретой водой и полотенца. Андрей и Сархен смыли с себя дорожную пыль, переоделись и спустились в общий зал ужинать.

В зале было немноголюдно: за столом у окна сидел купчина с окладистой бородой, на груди горделиво поблескивал массивный серебряный овал Имперской торговой лиги. Рядом, угодливо изогнувшись, притерся приказчик с лицом продувной бестии. Он что-то нашептывал хозяину на ухо. Возле самой стойки расположились две благородные дамы: одна молодая, с веселыми быстрыми глазами, другая уже в годах, с застывшим брезгливым выражением, словно только что выловила таракана из своего супа. За соседним с дамами столиком несколько мрачных типов при оружии сосредоточенно ели жаркое. В них Андрей безошибочно угадал охрану – без сопровождения дамам путешествовать нельзя даже по относительно безопасному имперскому тракту. Андрей и монгол уселись в дальнем углу, заказали каши, мяса и вина.

Здесь, в Империи, было принято сначала есть, потом пить и разговаривать. И они принялись за еду. Благо, после целого дня в седле жаловаться на отсутствие аппетита не приходилось. Быстро работая ложкой, Андрей временами чувствовал на себе заинтересованный взгляд молоденькой дамы. Сархен, который замечал все, даже то, что творилось у него за спиной, без улыбки хлопнул Андрея по руке:

– Эта востроглазая скоро на тебе дыру протрет.

Комков равнодушно пожал плечами:

– Просто здесь смотреть больше не на кого.

– Так уж и не на кого? – Морщинки собрались в уголках глаз монгола.

– Ну, не на тебя же, чукчу такого, любоваться скромной девушке?

– А «чукча» – это кто? – поинтересовался монгол.

– Великий и очень свирепый воин, – сказал Андрей.

– То же самое ты говорил про «чурбана», – задумчиво сказал Сархен. – Врешь, конечно. Но все равно приятно.

Они выскребли тарелки до блеска и принялись, не торопясь, потягивать густое красное вино. Пожилая матрона, заметив стрельбу глазами, которую устроила ее подопечная, что-то зло прошипела той. Молоденькая покраснела и наконец уставилась в свою чашку с уже остывшей похлебкой. Один из охранников, в одежде чуть побогаче, чем у остальных, оглянулся на Андрея. Тот встретил его хмурый взгляд ясным безмятежным взором.

– Пошли спать, а? – предложил Сархен.

Он чувствовал чуть сгустившуюся атмосферу в зале и не хотел ссор из-за какой-то глупой гусыни.

– Пошли. – Андрей нехотя встал.

Монгол был прав.

Они поднялись в свою комнату. Андрей зажег масляный светильник на столе и сел на свою кровать. Монгол задумчиво посмотрел на полупустой кувшин с вином, который он прихватил с собой.

– И надо спать, а почему-то не хочется… – Комков разделся и лег, закинув руки за голову.

– Спи-спи! – Монгол налил и торопливо выпил две чашки вина. Его тень причудливо изгибалась на потолке. Он удовлетворенно вздохнул и вытер губы. – Вставать рано. Спи.

– Сплю, – лениво отозвался Андрей. И правда, незаметно для себя уснул.

– Что? – спросил Андрей, открывая глаза.

В комнате было темно. Монгол, перегнувшись через стол, смотрел во двор сквозь приоткрытые ставни. Оттуда доносились встревоженные голоса людей, лязг оружия, конское ржание. Красноватый отблеск факелов освещал его бесстрастное лицо.

– Конные, человек десять.

– И чего им?