Pferd Mantel - Колокола Обречённых

– Эй! Калина! Волчёк! – громко крикнул Срамнов. – Валите-ка сюда, оба!

Через минуту друзья, бурно обсуждая подъём Фединых парней, жестикулируя притопали к ожидавшему их Срамнову.

– Мужики! Рассказывайте давайте – что тут у вас, пока нас не было?

– Да всё путём, Федь. – начал Ваня. – Видишь вон – технику оживили всю. Только «КАМАЗ» этот остался.

– Закис сильно. – перебивая друга, принялся объяснять Саня. – Ну ничего, мы и его заставим шевелиться. Аккумуляторы все – в дерьмо. Хорошо ещё, что свои взяли с Села. А, вообще, Федя, это вопросом номер один становится. Без аккумуляторов ведь жопа совсем.

– Да знаю. -почесал свой ёжик на голове Фёдор. – Там, кстати, Волчок, магазин запчастей обнаружили, но не пошли. На следующий раз его вскроем, наверное. Может там чем разживёмся?

– Это хорошо, да надежды мало. – отмахнулся, скривившись Санёк. – Все аккумуляторы уже дохлые – что новые, что старые. Но по-любому собирать их надо.

– Да это-то ладно. Вон, – показал пальцем на притащенный на тросу «Урал» Срамнов. – там таких ещё пять осталось. Ништяк-то мы вопотрошили, а машины на следующий раз забирать надо. Плюс к этому, БТР на площади торчит. Очень хочу его на ходу увидеть, Сань.

– Ды ты чё, Федя! – взмахнул руками Волчёк.

– Вообще, техники в городе море. Клондайк. – закурил снова Федя. – Мы сейчас вот что сделаем. У тебя, Сань, тут вроде порядок? Эти вон, – показал рукой на техов, загружающих «шишигу». – что делают?

– Эти-то? – переспросил Волчок. – Да они калибровочную машину раздербанили. Ну, для изготовления оцилиндровки которая. Да там полно всего – электромоторы, фрезы, инструмент.

– О, это вы молодцы.

– Нуёпта! – подмигнул Саня.

– Не рвите жопу только. Зараз всё одно не вытащим. – сказал Федя. – На будущее скажи чтоб оставили. Расширенным составом явимся и…. Вань! А где дьякон-то?

– Да не спрашивай. – поткпив глаза в землю, сплюнул Иван. – Шарит по домам вон на той стороне – иконы и книги церковные спасает. И Маха с ним.

– Вань, ну ты не ебанулся часом, а? -всплеснул руками ошалевший Срамнов. -Я ж просил тебя, как человека – не на шаг от себя этих двоих! По домам брошенным шарит, ну не хуя себе, Ваня! Ломись бегом, бери Парата, его парней, Папу и…

– Да тормозни ты, Срамнов!!!! Послушай!

– Да нехуя тут слушать! Иди, говорю! – бесчинствовал Фёдор. – А то сам не знаешь, что там по домам тёмным сидеть может!

– Да подожди ты, ебицкая же сила! И так с ним четверо парней паратовских там. Они уже дважды сходили и вернулись – ворох икон и всякой всячины приволокли. Да и Маша шухер отменила через какое-то время как вы снялись. Да Федь! – в сердцах сплюнул Иван. – Думаешь, не пытался его призвать к совести?! Где там! Все слова мои ему похую, как об стену горох. Упёрся – и пипец. И эта тоже зараза хороша. Наша Маша, блин. Хоть парней Валера приклеил к ним своих, и то… Да пошёл он в жопу, мародёр, бля, доморощенный. Генетический. Ништяк свой припёр – глаза горят, бородень колом… Я говорил, Папа… Илюха… Всё мимо.

– Ну это ж пиздец, Вань. – натирая виски, пробормотал Фёдор. – Порядок – ни к чёрту. А случись что – с кого Батя спросит?!

– Да молчи – ничего не говори. – отмахнулся Иван. – Поверь на слово – упёрся, что убырь.

– Волчок! – повернулся к слушающему их перепалку Сане Фёдор. – А ты чего ждёшь? Дуй к своим. Пускай отцепляют «прицеп» да глянут, может оживёт? На тросу его волочь чё-та неохота. И ГТСку овободить надо, святой наш мародёр явится – в храм надо наведаться. Только смотри там – в ГТСке бухло, курево, шмот. Чтоб без сюрпризов там, понял?

– Ого! – расплылся в дебильной улыбке Волков. – Всё, я пошёл…

– Короче, Вань… – примирительно обратился к другу Федя. – Хрен с ним, с дьяконом. Скажи, у тебя в кунге вода есть?

– Конечно.

– Слушай, я пойду попью да умоюсь. Сил уже нет никаких. Потом берём Аслана и Политыча. И этого подвижника, блин, мародёра. И в храм рванём по-быстрому, оберём там и уже валить отсюда край. Иначе…

– Иди давай. Попей, отдохни, братан. Я тут посмотрю.

– Ладно. Ну давай…

Отец Феофан, дьякон, согнувшись под гнётом тюка, который обливаясь потом он тащил на спине, под дружные аплодисменты охранников и техов, ввалился в ворота базы. За ним, прижимая к груди икону, как всегда прячущая своё лицо под капюшоном, шла Маша, а уже за нею волокли каждый свой скарб недовольные мужики из команды Валеры Паратова.

– С почином Божиим! – изображая живое участие, ехидно приветствовал дьякона Фёдор. – Бог в помощь, отче! Не помочь, с намародёренным-то? А то, гляжу я, надрываешься вкрай. Ох, не бережёшь ты себя, дьякон… Ты тюк-то свой ставь вон, да пошли-ка в сторонку сходим с тобой – на богоугодную беседу.

Взяв батюшку за рукав,с дурацкой улыбкой кивая ухмыляющимся на творящийся на их глазах спектакль, мужикам, Фёдор отвёл его, непонимающего что происходит, за грузовик.

– Что ж ты, отец Феофан, творишь-то такое, мать твою?! – начал распекать священника сощуривший глаза Фёдор, держа его за грудки. – Ты не охренел ли часом, отче?!

– Фёдор! Ты… -вытаращив глаза, пытался что-то сказать ему Феофан.

– Я-то – Фёдор, это ты прав. А вот ты кто, дьякон? Скажи мне. Потому что я теперь уже не понимаю. То ли ты мудак – без мозгов и сознания, то ли ты возгордился до того, что меня, грешного, как командира группы и твоего хорошего друга, не в хуй не ставишь? Как оно обстоит-то? Ты объясни мне, давай.

– Ну я подумал, Федя… – попытался снова начать Феофан, но Срамнов его перебил.

– Подумал, говоришь? Это ты правильно сделал. А получилось хуёво. Ванин авторитет при всех мужиках в нужник слил. Не понимаешь, какие гвозди ты людям в мозг заколачиваешь?! Если каждый будет считать, что на старшего можно хуй класть с колокольни, то не за горами и расчёт за такой порядок. Если кто, например, к тебе в храм явится, на службу, и вместо того, чтобы пристойно молиться во время выхода, орать начнёт или ещё что непотребное творить, ты что сделаешь с таким прихожанином?

– Федь, ну я…

– Молчи, не надо объяснять. – затыкая рот, вытянул руку ладонью вперёд Федя. – На порог храма не пустите и ущемите везде и во всём – где только можно, так?

Дьякон, опустив глаза кивнул и вытер нос рукавом.

– Почему же, блять, в моей епархии ты, духовный, позволяешь себе такие выходки? Объясни мне, дьякон – чтоб я понял. Очень хочу понять я это. Потому что в следующий раз, когда ты так сделаешь, как сегодня, я тоже накажу тебя наказанием, как это у меня принято, достойно совершённому тобой поступку. Как вы там у себя в церкви делаете. А у меня оно будет таким: набью лицо, сильно, больно. Свяжу и посажу в кунг, до возвращения на Село. А там передам под трибунал – в общем порядке, невзирая на сан, как оно у нас принято в общине. Потому что мне в команде люди, нарушающие приказы не нужны. От них беспорядок, беда и смерть. А я не хочу чтобы мои люди погибали, понял ты меня?!