Илья Одинец - Импланты
Тропинин так ни разу и не заглянул в мысли нанимателя, хотя ему хотелось этого все больше и больше.
Изначально Кайл казался Алексу пустышкой, слюнтяем, везунчиком с кучей денег, взбалмошным обормотом, несерьезным и не опасным, сейчас же его мнение претерпело некоторые изменения. Суперзвезда был не так прост, как казалось на первый взгляд. Он являлся идеальным кандидатом в противники, которого вечно недооценивают. Возможно, это связано с тем образом, который создали фильмы и средства массовой информации. На экране Кайл чаще всего представал в образе героев-любовников, сексуальных, отважных, спасающих дам от всевозможных опасностей, но не слишком умным.
На деле же все было практически наоборот. Никаких женщин Кайл никогда не спасал, разве только от одиночества, и не больше, чем на пару недель. Зато с легкостью просчитывал выгодные варианты поведения, сделок, интервью и выпуска фильмов, словно суперзвезда обладал врожденным чутьем на потребности общества. Однако Алекс никогда бы не поверил, что обществу необходим не герой, а убийца.
— Собирайся, через пять минут выезжаешь.
Алекс, до этого времени задумчиво смотревший в потолок, лежа на кровати в своей комнате, вскочил.
— Куда ехать? Съемочный день закончен, в планах Кайла только покер да коньяк.
Голицын, а именно он мог в любое время суток заглянуть в комнату Тропинина, улыбнулся.
— Не только. Он едет в ресторан. Оденься соответствующе.
— Сегодня очередь Банана.
— Белозерцев неважно себя чувствует, к тому же я хотел бы, чтобы сопровождающим был именно ты.
— Почему?
Борис Игнатьевич не ответил, лишь выразительно посмотрел на настенные часы.
Алекс поспешно надел синюю рубашку и «парадный костюм»: простой темно-серый пиджак и брюки в тонкую полоску, повязал на шею полосатый серо-синий галстук и обулся.
«Парадный костюм» Тропинину не нравился, в нем он походил на бухгалтера и чувствовал себя скованно — не хватало размаха для рук, а в брюках было не так удобно, как в джинсах. Однако носить подобную одежду входило в его обязанности, Борис Игнатьевич считал, что это самая лучшая маскировка, в серо-синем он выглядит… никем. Пустым местом. Это полезно и для работы Алекса, и для работы Кайла. Никто не должен отвлекать внимание журналистов от звездной персоны, особенно его телохранители.
Сегодня вечером для поездки Кайл выбрал ярко-красный кабриолет, марку которого Алекс не знал и никогда раньше не видел, зато слышал, что за эту машину звезда заплатил очень дорого.
Тропинин опустился на заднее сиденье и улыбнулся. Кабриолет покидал гараж крайне редко, Кайл явно хотел произвести впечатление на спутницу. Вероятно, это не просто очередная моделька с длинными ногами и огромными влажными глазами, а настоящая принцесса.
— Поехали, — приказал Кайл шоферу, едва сев в машину.
Алекс не стал спрашивать, в какой именно ресторан они едут. Его дело — следовать за нанимателем, куда бы тот ни собрался, и обеспечивать безопасность, а место назначения являлось второстепенным фактором. К тому же в ресторане наверняка уже находились десяток охранников, которые прочесали периметр и очистили помещение от нежелательных или подозрительных лиц.
— Останови здесь, — внезапно приказал Кайл. — Ты, — обратился он к Алексу. — Выбери самый большой букет. Нет, лучше возьми роз. Все, что у них там есть. Сколько бы ни было.
— Гм, я не могу.
— Это еще почему?
— Я должен находиться там, где вы. Я ваш телохранитель и не имею права отпускать вас или самовольно отлучаться.
— Ладно, тогда ты сходи, — обратился Кайл к шоферу.
Алекс ожидал, что Кайл рассердится на него за отказ и неповиновение, но звезда сегодня, пребывал в прекрасном настроении, он даже насвистывал что-то себе под нос. Судя по приготовлениям, он ожидал не только приятный вечер, но и страстную ночь.
Шофер вернулся быстро, и путешествие продолжилось.
Тропинин держал на коленях охапку ярко-розовых роз. Видимо, девушка действительно настоящая принцесса — никому и никогда ранее Кайл не дарил такого огромного букета.
Кабриолет остановился около самого шикарного заведения города «Golden Live» — пятизвездочного ресторана с казино, боулингом и элитным гольф-клубом, в котором Кайл, являлся почетным членом.
— Цветы не забудь.
Алекс вышел из машины, пытаясь разглядеть за розами мостовую и не растянуться, и кое-как открыл перед нанимателем дверь. Охранники действительно были на месте. Несмотря на то, что сегодня Кайл решил обойтись минимумом сопровождающих, а в заведение пускают только пропускам, и каждое движение записывается на видеокамеры, их встретили. Кайл недовольно поморщился и прошел в холл. Алекс следовал за нанимателем, ведь несмотря на охрану, только Алекс сумеет заметить опасность на стадии зародыша.
Услужливый метрдотель проводил их к дальнему столику, отодвинув перед Кайлом стул, а Тропинину кивнул на соседний стол, располагавшийся метрах в пяти. В «Golden Live» существовала жесткая дискриминация клиентов по деньгам. Бедняков типа Алекса не подпускали даже к входу пятизвездочного клуба, а перед денежными мешками вроде Кайла расшаркивались, едва не распластовываясь по натертому до блеска мраморному полу.
Розы сложили в корзину и поставили рядом со столиком киноактера на специальный стульчик.
Девушка, которую ждал Кайл, и правда оказалась принцессой: высокая, стройная, гибкая, воздушная, в длинном сиреневом платье с довольно глубоким декольте, она напоминала диснеевскую Спящую Красавицу. Такие же светлые волосы, выразительные голубые глаза, маленькие ушки и красивые руки с тонкими пальцами. Тропинин с большим трудом узнал в прекрасном видении Кристину — исполнительницу главной женской роли в фильме «Командор». В кино девушка практически все время носила мужскую одежду и появлялась перед зрителями в платье только однажды — в сцене прощания с Командором.
Кайл поднялся навстречу прекрасному видению, и Алекс хотел подняться тоже, но передумал. По инструкции ему следовало быть невидимкой, а значит, не привлекать к себе ничье внимание, в том числе, а может и в первую очередь, внимание очаровательной дамы.
— Здравствуй, сладенькая, — улыбнулся Кайл и поцеловал девушку в щеку. — Присаживайся.
К несчастью, прелестнице предназначался стул, стоящий к Тропинину вполоборота, и Алекс оказался лишен возможности любоваться лицом девушки, однако ему вполне хватило и ее профиля: тонкого прямого носа, розовых губ, плавной линии груди…
Алексу было интересно, что может быть общего у звездного засранца и самой прекрасной женщины в мире. Он не слышал, о чем говорили голубки, хотя честно прислушивался, поэтому ему оставалось лишь наблюдать за жестами и мимикой, а также читать мысли Кристины.