Странный Странник - Ксеном. Дилогия (СИ)

— Наш выход, — телепатически передала Валькирия.

Напевая на пару «Сколько я зарезал, сколько перерезал, сколько я гунганов перебил!», мы приблизились к причитающей над третьим Гайвером зоаледи. Попадавшиеся по пути либертусы принимали позу «зю» и испарялись с глаз долой.

— Кыр… Ыгау? — отреагировал на нас Макисима.

— Повтори, любезнейший, — ласково попросила мисс Лискер. У меня от её тона по спине холодок прошёлся.

— Гайвер-пять? — со священным ужасом спросила Гризельда. Её выпученные глаза довели сходство с гунганом до такой степени, что мне очень захотелось шваркнуть мегасмешером. Невзирая на его отсутствие.

— Шесть, — поправил я. И краем глаза заметил, как Валькирия тянется к грудным пластинам. — Не показывай сись… — я поперхнулся, — в общем, не оценит.

— Да, с его десятью гигами… — согласилась Гайвер-четыре.

— Да я двух Гайверов-недоделков и в обычном виде на куски порву! — пообещал слишком пришедший в себя Макисима.

— Рискни здоровьем, — тут же ощитинилась Валькирия. В прямом смысле, выдвинув виброклинки.

Рискнул. Причём, не убирая гигантика. Что позволило мне действовать со спокойной совестью: своя часть веселухи достанется и Валькирии.

Стоило только Чёрному Гигантику дёрнуться к ней, как я выстрелил в его контрольный шар тщательно рассчитанным лазерным импульсом.

Макисима взвыл от боли. Ещё бы, контролька связана напрямую с мозгом, а тут удар лазером, да ещё и в очень болезненном диапазоне. Всё-таки хорошо иметь на лбу целую базу данных о гайвер-юнитах. Пусть и чужом. Да уж, правы были предки, одна голова хорошо…

Гайвер-три катался по траве почти две минуты. К хорошему зрелищу воющего от боли врага добавилась ещё и убравшаяся броня-гигантик. Нет, ремувером мне побыть, к сожалению, не удалось, просто энергетическая псевдоплоть и прочие усилители не выдержали шока.

— Это тебе за Сванте, — сообщил я, когда «Зевс» смог воспринимать информацию. — И за мои ночные кошмары.

— А это — за Освальда, — сообщила мисс Лискер и ударила по шару звуковым импульсом.

— Не сметь! — о, Гризельда очнулась и бросилась на нас, размахивая ушами.

Что ж, пора выполнять обещание.

Два взмаха виброклинками, и уши отлетели в разные стороны. Да ещё Валькирия добавила оплеуху гравитацией, отчего зоаледи улетела в ближайший терновый куст. Правда, и мне досталось от щедрот так, что я перевернулся вверх тормашками и пропахал рогом борозду до самого псевдо-кладбища. Да, мнению Женщины-Гайвера по поводу занимавшихся зоаморфингом учёных у меня доверия больше, чем пафосному «они отдали жизнь за свободу».

Там и разлёгся.

— А это от меня лично, — донёсся голос Валькирии, а следом — звук смачного пинка бронированного сапога по мягкой плоти.

— Угх… — раздался голос от входа особняка.

Да, стоило повернуть голову ради зрелища первоисточника многих местных разборок. И он стоял в той инстинктивной позе, которая не оставляла сомнений, куда пришёлся удар ноги третьему Гайверу. Даже золотистая броня слегка позеленела.

— Сам явился, значит, — многозначительно сказала мисс Лискер.

Номер Первый побледнел.

— С тобой я потом поговорю…

Парень сделал шаг назад.

— И поцелую. Если захочешь.

Шо в ужасе замотал головой.

— Как хочешь, — Женщина-Гайвер осмотрелась. — Эй, либераст!

Из-за угла дома робко высунулся альтернативно свободный зоаноид.

— Забирай своё начальство, — Валькирия подняла свернувшегося калачиком «Зевса» и кинула его примерно в сторону адресата.

— Есть, мэм! — либертус поймал-таки посылку и почти успел скрыться.

— И самку вашу тоже заберите, — милостиво добавила мисс Лискер.

Два «молниеносных» опрометью бросились к терновнику.

— Так, мальчики, я вас ненадолго покину, — девушка улетела.

— За… — непечатно выразился Гайвер-один. А мне и невдомёк было, что в японском есть такие слова. Или это симбиот экспрессии от себя добавил?

— Тебе ещё повезло, — мне было сильно неохота, но пришлось встать с мягкой земли. — Она тут просто побудет и уйдёт. Со мной.

— Сочувствую, — искренне сказал Шо и убрал био-доспех.

— Да ничего, прорвусь, — немного подумав, я последовал его примеру, при поддержке партнёра доковылял до дома и протянул руку. — Ксеном. Ну а имя Самого Великого Героя Земли…

— Приятно познакомиться, — он тоже протянул руку, и мы обменялись рукопожатиями. — Странно, но до этого дня я думал, что Гайверов всего трое, включая её. А ты, кажется, себя аж шестым назвал.

— Если можно, то в доме. Когда она вернётся. Это всё-таки больше её история.

— Сильно устал со схватки? — Шо всё-таки заметил моё состояние. — Ведь Третий как-никак, был в гигантике.

— Чем больше тело, тем громче оно падает, — я слабо усмехнулся. — Главное, найти слабое место.

— У Макисимы? — изумился Гайвер-один. И поправился. — Ну, кроме того, что Женщина-Гайвер отбила.

Значит, он только разговоры слышал, а действо практически всё пропустил. Поразмыслив, я решил рассказать, а то Третий в следующий раз размажет беднягу тонким слоем по Токио, а затем и за нас с Валькирией примется.

— У всех Гайверов общее слабое место, — намекнул я. — Вспомни, как тебя первый энзайм завалил.

Шо передёрнуло. Да, эпизодец не из приятных, зато так доходчивее получилось.

— Мог бы и сам догадаться, — пробурчал. — И, что, на гигантика тоже действует?

— А чем эта контрольная панель хуже? — я пожал плечами.

Тем временем к дому подошла Валькирия в обычном своём виде, и парень невольно отвлёкся. Было на что.

— Ну, что, можно в дом? — мурлыкнула девушка. И это быстро привело первого Гайвера в чувство.

Он молча и с некоторой опаской жестом пригласил нас пройти.

Впервые за долгое время Валькирия чувствовала себя почти уютно. Единственное, что портило ощущение, так это сидящее рядом чудовище, этот Ксеном. И пусть Гайвер-один с опаской смотрел на неё, но мисс Лискер знала, кто здесь настоящеее чудовище. Правда, страх Шо был смешан с льстящим восхищением, особенно когда взгляд попадал в район груди. За что парень получал от Мизуки подзатыльник. Как и её брат.

А вот само персональное страшилище Валькирии с раздражающим безразличием разглядывал потолок, и какие мысли бродили в голове монстра, никто не мог поручиться.

— Ксеном, — подал голос первый Гайвер, когда коротенькая, всего-то полчаса, чайная церемония завершилась, — ты обещал рассказать про свой номер.