Майкл Когг - StarCraft: сборник рассказов

— Пора уходить. Вызывай транспорт. Рой не…

Что-то вдалеке привлекло внимание Чарна. Не осознавая этого, он сделал еще два шага к окну. Он увидел что-то внизу, за стенами базы.

— Мы, эм…

Слова морпеха замерли на губах. Что-то двигалось на горизонте. Собиралось воедино. Роилось.

— Рой! — Чарн выругался, пораженный. — Вон он!

Сотни, нет, тысячи зергов собирались вдалеке от внешней стены базы. Они не приближались, но Чарн чувствовал, как они жужжат от нетерпения. Он видел целые колонии зерглингов, а среди них — тварей покрупнее. Высоко в небе он заметил муталисков, медленно и лениво кружащих над скопищем.

Призрак ничего не ответил.

Чарн подошел к смотровому стеклу.

— Ну все, вызывай! Наводи ракету, и мы покончим с ними одним махом!

Странно, механически, призрак произнес всего два слова.

— Все сделано.

Чарн закрыл глаза. Облегчение накрыло его волной эйфории. Наконец-то они произведут ядерный удар и смогут вернуться домой. Он глубоко вдохнул, убирая пот и волосы с лица. Вдалеке, как ему показалось, он уже слышал рев двигателей приближающегося десантного корабля.

Все было отлично. Все, за исключением красной точки на полу.

Призрак поднял руки и снял шлем; его глаза оказались белыми, затуманенными, безжизненными. Он двинулся вперед, механически дернувшись, и лишь тогда Чарн заметил зеленые щупальца, выходящие из позвоночника, охватывающие шею и голову… Это были щупальца паразита, который теперь управлял всеми действиями призрака.

— Все сделано, — повторил призрак, но его губы не шевельнулись. Вместо этого мускулы вокруг рта начали изгибаться в улыбке. Это был отвратительный, неестественный оскал того, кто не знал, как нужно улыбаться.

Призрак шагнул обратно в тень. Последнее, что увидел Чарн — знакомое мерцание запускаемого устройства маскировки.

Он в ужасе раскрыл рот, чувствуя, как холодеет все тело.

Красная точка на полу продолжала мигать, а рев двигателей становился все громче и громче.

В секторе Копрулу было мало мест, которые Джим Рейнор ненавидел бы больше, чем Гиблый перевал. Однако по долгу службы ему, шерифу Конфедерации, приходилось там бывать, и не раз. Вот и сейчас Рейнор снова направлялся в это пустынное ущелье в самом центре бесплодных земель Мар-Сары — в самую гнусную богом забытую дыру во Вселенной.

Ветер нещадно болтал «Стервятник» Рейнора из стороны в сторону, но тот, не обращая на это внимания, несся по ущелью, выжимая из байка максимум скорости. Лидди, его жена, ждала ребенка, ей нельзя было волноваться — и Рейнор обещал обернуться в два дня. Воздух в ущелье был сухим, жарким и едким. Земля растрескалась под палящими лучами солнца; казалось, с тех пор как на нее последний раз проливался дождь, прошла целая вечность. Рейнор подумал, что человечеству просто не судьба научиться выживать в таких условиях, — но люди все равно не оставляли попыток.

Вдали показались расплывчатые контуры шерифа Гленна Макэйрона, полицейского фургона и средних размеров тюремной камеры конфедеративной сборки, за которым сюда и ехал Рейнор. Их очертания колебались в жарком воздухе пустыни, словно мираж — только такой мираж вряд ли стал бы усладой для глаз уставшего путника.

— Чтоб вы провалились, — пробормотал Рейнор, приближаясь к «миражу», который на глазах обретал четкость. В голове у него внезапно ясно возник образ Лидди, целовавшей его на прощанье. Гиблый перевал находился в самом центре известной на всю Мар-Сару «волновой аномалии». В этой области гироскопическое оборудование часто отказывало, а радиосвязь из-за сильных помех была возможна только на малых расстояниях. Транспортные корабли сюда почти никогда не заглядывали. Снаряжать их было дорого, да к тому же еще и небезопасно. Из-за аномалии участок земли протяженностью почти в две с половиной тысячи километров стал самой неконтролируемой территорией на планете; быть может, и во всей галактике. Но разномастным бандитам и прочему отребью с Мар-Сары это было как раз на руку. Большинство ученых Конфедерации сходилось во мнении, что волновые аномалии в этом регионе вызваны электронным излучением кристаллов, выходивших на поверхность в местах подземных залежей обогащенных минералов. Причина этого явления Рейнора волновала мало, а результатом стало то, что он вынужден был тащиться в самый опасный участок сектора на встречу с шерифом, которого, мягко говоря, недолюбливал, и затем перевезти через всю планету группу заключенных.

— Приехал забрать их или составить им компанию, Рейнор? — Макэйрон осклабился в беззубой ухмылке, приветствуя Рейнора, остановившего рядом с ним свой «Стервятник». Улыбался шериф часто — но никогда не шутил.

— Ну, если ты меня не доведешь до ручки, и я тебя не пристрелю — то забрать. — Рейнор сплюнул на пыльную землю. Макэйрон с годами раздобрел. Над ремнем нависал внушительных размеров живот, и Рейнор подумал, что в прошлый раз шериф выглядел лучше. Впрочем, у шерифа и не было особого стимула держать себя в форме. Он был уже в летах и совсем скоро собирался на пенсию.

— Уж ты-то от тюрьмы не зарекайся, сынок. За тобой столько дел числится, что эти ребята по сравнению с тобой — невинные овечки. Кабы не твои друзья, в Эль Индио сегодня ехал бы и ты.

— Да ладно тебе, шериф. Ты что же, не веришь, что человек может исправиться? — Джим одарил Макэйрона своей самой ослепительной улыбкой и слез с байка. Макэйрон носил звезду шерифа уже много лет и о прошлом Джима был наслышан. Он относился к разряду тех закоренелых упрямцев, которых нипочем не переубедить, если уж они что-то вбили себе в голову. И его неприязненное отношение к бывшему преступнику было чисто профессиональным; ничего личного.

— Люди не меняются, Рейнор. Послужишь с мое — убедишься в этом сам. Потому-то я за тобой и приглядываю.

— Спасибо за заботу, шериф. — Рейнор помолчал немного и продолжил: — Как там наши ребятки?

Он присел на корточки и заглянул в тюремный блок. Такие камеры представляли собой зарешеченные кубы и очень активно использовались в пограничных колониях и на дальних планетах, куда было невыгодно посылать полицейские корабли. Блоки оснащались воздушной подушкой, позволявшей транспортировать их на скорости до 480 километров в час, системой контроля температуры, системой жизнеобеспечения заключенных и вентиляционным модулем, раз в полчаса обогащавшим воздух в блоке чистым кислородом. Джиму на мгновение показалось, что заключенные находятся в куда лучших условиях, чем он сам.

— А что наши ребятки? Вот собираются в самый комфортабельный отель на Мар-Саре — полагаю, надолго. — Шериф внезапно громко гаркнул. — Слышите, парни? Сейчас поедете в тюрьму Эль Индио! — Он захохотал так, что даже закашлялся. Но это был не веселый, а злой и жестокий смех.