Илья Бердников - Вояж Проходимца

— Putain! Je vais te casser la gueule![22]

— Ну-ну-ну… — Шварц повис на одной из верхних конечностей скафандра. — Жюль, остынь. Нам сейчас нельзя ссориться! — Толстяк повернулся ко мне: — А вы, Алексей, после расскажете о своей подруге. Подробнейшим образом. Под-роб-ней-шим!

— Что сказал этот человек в биокостюме? — спросила у меня Ками.

— Тебе этого лучше не знать, — быстро проговорил я, помня о некоторой горячности девушки. Еще башку Жюлю отхватит… Хотя где там у него голова под этим горбом?

— Мы так и будем здесь стоять? — спросил до сих пор сидящий на мостовой Санёк. — Сейчас же чертовы партизаны привалят!

— Shiiit!

«Ну вот, нам только английских ругательств не хватало для полной космополитичности!» — устало подумал я, оборачиваясь.

Профессор кафедры биологии и биохимии в Университете штата Мичиган медленно брела на четвереньках, пытаясь, по-видимому, уйти как можно дальше от нашей компании. Получалось это у Дженнифер плохо: руки и ноги не слушались, подгибались, так что профессор то и дело тыкалась высоконаучным лицом в камни Древнего Пути.

— Ты с ней что сделала? — тихонько спросил я у Ками.

— Парализующий игломет, — пожала чешуйчатыми плечами девушка.

Замерцала и погасла совсем низко опустившаяся «лампа». Практически в тот же миг с крыши вездехода вылетела вторая, повисла, медленно плывя с воздушным потоком. Значит, мы уже больше пяти минут толчемся у закрытых дверей. Шварц колобком подскочил ко мне, ткнул коротким пальцем в грудь:

— Алексей, что делать будем? Мы уже больше пяти минут толчемся у закрытых дверей!

— Ситуация хреновая, Фридрих Францевич!

— Это я и сам вижу! — вскипел коротышка. — Партизаны на подходе. Что может твоя подруга? Мы можем ей доверять?!

— Не советую ничего предпринимать… — завел свою песню Чино.

— Я много чего могу, — обворожительно улыбнулась Ками. — У меня с собой модуль боевой поддержки.

Девушка повернулась к джунглям, луч, бьющий оттуда, практически угас, осталось только легкое свечение, обозначившее плывущий в полуметре над землей предмет. Предмет этот направлялся к нам и напоминал собой боб около двух с половиной метров в длину, ощетинившийся целым набором непонятных выростов. За модулем шел человек. Сначала я не понял, кто это, но, когда человек шагнул в свет от фар вездехода, я с удивлением увидел Контину в камуфляжных штанах и безрукавке. Одежда и лицо девушки были перепачканы, на щеке — свежая царапина. Однако она все равно была привлекательна.

— Вот те на! — присвистнул Санёк. — А Лука тебя уже похоронил! Ты как?

Контина потупила глаза и старалась держаться поближе к Ками.

— Я вытащила девочку из перевернутой машины, — равнодушно сказала шебекчанка. — Подумала: вдруг пригодится как информатор, для обмена или как заложница.

— Скажи еще, что как запас провизии ее с собой взяла! — ляпнул я.

Ками подобралась, миндалевидные глаза сузились:

— Она тебе дорога?

Вот, блин!

— Она, похоже, дорога моему другу, что сидит на гранате за этой дверью.

— Хватит болтать! — взревел Шварц. — Оружие к бою и отходим к джунглям! Алексей, пусть твоя подруга прикрывает тыл!

— Никуда вы не пойдете! — заорал с крыши вездехода Чино. — Иначе я расстреляю врача! И военных в придачу!

Вверх одна за другой взлетели еще две «лампы» — очевидно охотник совсем разнервничался. Стало совсем светло, так что видимость увеличилась до километра, словно на небе несколько лун светили.

— Что же это за фигня? — расстроился Санёк. — Лёха, ну что делать?!

Если бы я знал!

— Сюда едет техника, — вдруг сказала Ками. — Тяжелая техника, больше пяти единиц, с ними еще другие…

— Откуда она знает? — спросил почему-то у меня Шварц.

— Я послала несколько видеодатчиков в обе стороны по дороге. Те, что позади нас, засекли передвижение колонны техники.

— Партизаны? — предположил затравленно озирающийся Санёк.

— Вряд ли, — пропыхтел Шварц. — Эй, Чино! У партизан есть бронетехника? Машины пехоты, например?

— Если б были, нам ваш вездеход был бы без нужды! — откликнулся охотник. — А в чем дело?

— Да сюда танки какие-то едут!

Чино замолчал, видимо переваривая услышанное.

— Подождите, сеньор Шварц, — наконец крикнул он, — это правительственные войска, скорее всего!

— Ну и что?

— Ну я готов пересмотреть условия, — неуверенно проговорил Чино. — Алехо не успевает подойти, вот я и думаю…

Что-то ввинтилось в воздух, пронеслось мимо и ударилось в камни мостовой. Вспышка. Резкий, сухой грохот взрыва ударил по ушам, заставляя пригнуться, осколки камня стегнули по вездеходу, несколько из них задели меня, но куртка в который раз защитила своего хозяина.

— Чино! Открывай дверь!!!

— Это танки? Это танки? — спрашивал неизвестно у кого лежащий на мостовой и прикрывающий голову руками Санёк.

Приближающийся стрекот объяснил, откуда и кто нас атакует. Утыканное навесным вооружением брюхо мелькнуло над нами, грохот двигателя и свист винтов удалились, потом снова стали приближаться.

— Идет на второй заход! — крикнул Шварц. — Чино! Открой…

Трап с лязганьем откинулся. В проеме появилась тощая фигура охотника.

— Сеньоры, сеньоры…

Шварц взлетел вверх по трапу, саданул Чино в живот и тут же, крюком — в висок. Охотник завалился в вездеход. Фридрих Францевич оглянулся на секунду:

— Алексей, в кабину!

Ками толкнула меня к дверям, куда уже успели прошмыгнуть Санёк и Жюль, несший на широченном плече Контину:

— Давай, Лё-ша!

— А ты?

Ками нетерпеливо отмахнулась, ее фигура вновь потеряла четкость, чешуя задымилась черными струями…

На этот раз вертолет ударил из системы залпового огня. Неуправляемые ракеты взрыли мостовую Древнего Пути, и на прямой траектории огненного шквала стояла только стройная черная фигурка с размытым контуром.

Пространство вывернулось винтом, черный пузырь мелькнул на доли секунды, пожирая ярость ракетного роя. Я рухнул на мостовую, зажимая уши, успев только заметить, как взрывом одной из ракет снесло откинутый трап. Меня снова уберегла куртка и, как ни странно, американская армейская каска, которую я так и не снял.

К счастью.

Вертолет было пронесся мимо, но два бледно-голубых всплеска выметнулись из модуля Ками и настигли винтокрылую машину. Пару мгновений казалось, что никакого вреда «крокодил» боевой поддержки не получил, но тут машина окуталась сеточкой голубых молний, вильнула в сторону и стала буквально разваливаться налету. Вспучился сияющий пузырь: распыленное в воздухе топливо вспыхнуло, и части вертолета, выпав из огненного шара, усыпали мостовую, словно свидетельство наказания безумцев, дерзнувших покуситься на Древний Путь.