Е Пикринов - Находка в метро

— Разумно. Получиться этакий хутор в лесу.

— Пойдемте в дом, перекусите с дороги, — на правах хозяина предложил Виктор.

Увиденное в доме поразило гостя не меньше, чем снаружи. Тепло поздоровался со всеми, а детям преподнёс целую коробку с фруктами. Да, давно они не видели бананов с ананасами и киви с манго. У меня чуть было не вырвался вопрос, где он смог сейчас их купить, но вовремя спохватился.

За обедом, без спиртного, на чём настоял Анатолий, разговор вёлся исключительно на нейтральную тему: о погоде, об устройстве базы, запасах продовольствия и прочем подобном. Когда убрали со стола и женщины ушли к детям, гость достал и разложил карту наших окрестностей.

— Расскажите, что знаете по факту подрыва экспортного газопровода и крушения при этом вертолёта.

Мы описали, как всё происходило в ту ночь, и как мы воспользовались ситуацией, чтобы избавиться от жмуров и отвести от себя всякую к ним причастность.

— Удалось узнать, кто на самом деле совершил эту диверсию?

— Сам понимаешь, никто об этом не распространяется, а самим расспрашивать… Спросил было у участкового, а он сослался, что ему не докладывают. Похоже, что свалят на тех грабителей, что к нам лезли, — я объяснил, как мог.

— Почему они так вцепились в этот газопровод, других, что ли, нет? — с досадой произнёс Виктор.

— Другие есть. Но по многим газ так и не начали перекачивать, из-за последствий аварии на Правохеттинском Кресту.

— Его до сих пор не починили!? — удивился я.

— Представь себе, нет. Заработало только три нитки. Одна внутрироссийская и две экспортные.

— Кто занимается восстановлением, наши?

— Нет. Иностранцы.

— Почему?

— Всё компрессорное и газоперекачивающее оборудование, которое там стояло, произведено за границей. И поставить новое они согласились на том условии, что и монтировать будут они. А это, в основном, американские компании. И они явно не заинтересованы, чтобы Россия имела доход от экспорта и газа, а также, чтобы ослабить Европу предстоящей очень морозной зимой.

— Что, зима действительно будет очень холодная?

— Да, это факт. Так, что утепляйте всё, что только сможете.

— Ты приехал, чтобы предупредить нас только об этом?

— А, что, этого мало? Ладно, шутки в сторону. Европейцам недавние события только на руку. Они добились отстранения «Блэквотера» от охраны объектов на территории России. Взамен направляют нам в «помощь» силы НАТО.

— А какая разница, под чьим флагом будут вояки? Те же яйца, только в профиль, — в свою очередь спросил Сергей.

— Не скажи. Частники, они и есть частники. А другое дело, когда за ними стоит государство, да не одно. Тем более, военный союз.

— Что, теперь НАТО станет искать тех, кто их обстреливает? — не унимался Сергей.

— Сам должен понять, не тот масштаб. Всё гораздо серьёзнее. И правовую базу под это заблаговременно заложили несколько лет назад. И мы, в смысле, Россия, с этим согласились, одобрили. И провели Законом. За подписью президента.

— И в чём подвох?

Анатолий тяжко вздохнул и продолжил.

— По этому соглашению с НАТО в рамках Программы «Партнёрство во имя мира», любое посягательство на жизнь сотрудника контингента НАТО, будь-то генерал или посудомойка, а также членов их семей, является преступлением, наказывать за которое любыми средствами, берётся пострадавшая сторона. Проще говоря, если они решат, что преступник скрылся в деревне Кукуево или городе Владимире, без разницы, то они имеют право сравнять эти населённые пункты с землёй. Вместе с жителями. Юрисдикция России на места дислокации контингента и на сам контингент, не распространяется

Возникла пауза. Каждый переваривал услышанное, пытаясь убедить себя, что он, наверное, чего-то не так понял.

— Это не ошибка? — спросил, доселе молчавший Пётр Степанович.

— Я ожидал этот вопрос, поэтому привёз распечатку этого Соглашения и Свидетельство о его ратификации Госдумой.

Анатолий достал из кармана рюкзака файл с несколькими листами бумаги и подал Степанычу. Он вынул их и стал внимательно читать, передавая прочитанные листы Сергею, а тот, в свою очередь, своему соседу. Так прошло с полчаса, пока каждый не прочёл документ.

— Чем думали те, кто подписывал это соглашение и ратифицировал?

— Встретишь и сам спросишь.

— Выходит, Президент утвердил, что бороться с оккупацией своей страны юридически незаконно? Он в своём уме? Чей, тогда он Президент? — посыпались вопросы один за другим.

— Как думаешь, сколько людей знают об этом документе? Я не беру в расчёт тех, кто его готовил и утверждал. Несколько сотен. А больше никто.

— Разве это секретное соглашение? — задаю ему вопрос.

— Отнюдь. Оно даже опубликовано в «Российской Газете», как и положено. Но кто её читает, кроме юристов?

— Значит, раз те, кто оказывает сопротивление, не увидят разницы в принадлежности вертолётов или машин, то своими действиями они развязывают руки карательным мерам против населения? — резюмировал Виктор.

— И заметь, с полного одобрения своей Высшей Власти. Можешь себе представить, чтобы подобное было во время Великой Отечественной? — наседал на него Анатолий.

— Да, «А мужики-то не знают…», — словами из рекламы ответил Сергей.

— В самую точку! — согласился Виктор.

— Что же тогда будет?… Ведь вполне возможно, что после сбитого вертолёта, пара звеньев пролетит в районе трассы и сожжёт ракетами все окрестные деревни и сёла. И под раздачу попадут абсолютно непричастные люди. Тогда нам только и остаётся, что печатать и раскидывать листовки с призывом не сопротивляться? Просто тупик, какой-то! — я в сердцах чуть не стукнул по столу кулаком, в последний момент, вспомнил об уложенных спать детях.

— Анатолий, раз ты приехал к нам, то вовсе не для того, чтобы рассказать о Соглашении с НАТО. У тебя, скорее всего, есть план, как нанести им урон, не подставив других. Я прав? — задал вопрос в лоб Виктор.

— Абсолютно! — также прямо ответил нежданный гость.

— На днях, на ближайший к вам аэродром, доставят пятьдесят штук многоцелевых Eurocopter PAN-2 Tiger. Наша задача — их уничтожить.

— Как же мы справимся с таким количеством? Разве после этого не последуют репрессии? — спросил Сергей.

— Если бы я не был уверен в этом, то и не взялся бы.

— Почему их столько много?

— Это будет единственная перевалочная база для Европейской части России. Вертолёты для патрулирования будут доставлены «Русланами». Долго они здесь не задержаться. Дальше вертолёты полетят своим ходом. Вот этим моментом и нужно воспользоваться.