Денис Запорожец - Новая реальность

— Всё ещё думаете, что положение не безвыходное? — тихо спросил старпом.

Он остановился напротив дверей одной и кают, Геннадий же продолжал идти, глубоко задумавшись.

— Вы разве не к себе шли? — окликнул его старпом.

— Да… — Озимцев, остановился. — Всё верно. Прости, я просто задумался. Сообщение адмирала выбило из колеи.

— Могу представить, — старпом невесело усмехнулся.

— Но, — Гена поднял палец, — я всё ещё считаю, что война не проиграна. Причём не только формально, и не только потому, что последний бой пока не состоялся.

— Прошу вас, — старпом нажал на одну из кнопок на панели сбоку от двери, и та отъехала в сторону.

— Спасибо, — Озимцев приметил нажатую кнопку на будущее и остановился на пороге. — Так вот, не стоит отчаиваться. Хотя бы потому, что лучше нам от этого точно не станет. Я жду от вас исчерпывающий отчёт о повреждениях, а также сводку по убитым и раненым.

— Так точно, — старпом отдал честь и пошёл обратно на мостик, а Гена вошёл в теперь уже свою каюту и закрыл за собой дверь.

— Мостик, говорит главный инженер. Взрыв повредил добрую половину систем корабля, большинство из которых — основные, а с ними накрылись все двигатели, включая квантовые. К счастью, система жизнеобеспечения не пострадала.

— Что насчёт ремонта? — спросил Романенко.

— Не раньше, чем через 5–6 дней, и то, только самое необходимое.

— Тогда за дело. В первую очередь займитесь двигателями, без них нам по любому крышка.

— Я тоже так подумал, поэтому мои люди уже занимаются решением этой проблемы.

— Капитан, со всего корабля поступают отчёты о повреждениях и о погибших. Число последних достигло уже 20 человек, — бывший второй помощник, ныне старпом, выжидательно посмотрел на Лёшу.

— Хотелось бы надеяться, что их количество не увеличится, — Романенко задумчиво потёр подбородок. — Вот что, соберите пока что полную сводку по кораблю. Плюс, мне нужно увидеться с капитаном «Феникса».

— С этим есть проблемы, — «обрадовал» Алексея старпом. — Телепорты на обоих кораблях не работают, — здесь у Романенко расширились глаза (надо же, уже такое придумали), но этого никто не заметил, — у нас — из-за выхода из строя управляющих систем, у них — из-за обесточивания. На шаттле тоже не получится, у «Феникса» заклинило гидравлические механизмы ангара, а стыковочный шлюз не предназначен для таких маленьких судов. Единственная возможность — выйти в космос в скафандре, и добраться до «Феникса» своим ходом.

— Что, если пристыковать с помощью шлюза не шаттл, а сам корабль? — спросил Лёша.

— Маневровые двигатели не работают, так же, как и остальные. Но как раз их можно починить довольно быстро, я думаю.

— Тогда займитесь ими в первую очередь. Передайте на «Феникс» запрос на стыковку и обрисуйте ситуацию, — Алексей кивнул офицеру по связи. — Если что, я — в своей каюте.

— Принято, — пальцы офицера забегали по экрану контрольного терминала.

Покинув мостик и пройдя по коридору с десяток метров, Романенко вдруг осознал, что понятия не имеет, где находится его каюта. Возвращаться назад и спрашивать было бы верхом глупости. Пришлось идти наугад, в надежде обнаружить какие-либо указатели. И Лёша их обнаружил. По пути ему попадались небольшие экраны, вмонтированные в переборки, вначале Алексей не сильно обращал на них внимания. Наконец, пройдя мимо двух из них, он решил всё же подойти к третьему. Экран оказался терминалом общеинформационной системы, с помощью которой можно было в общих чертах узнать о состоянии корабля, о меню в столовой на текущий день и, кроме всего прочего, проложить кратчайший маршрут в любую точку на любой палубе. Когда Романенко приблизился к приветливо светящемуся монитору, ожили встроенные рядом динамики и компьютерный голос произнёс:

— Приветствую вас, Виктор Делькапо. Пожалуйста, произнесите ваш запрос.

«Виктор Делькапо… Так вот как меня зовут, надо бы не забыть», — подумал Романенко, затем он придвинулся к экрану поближе и понизил голос, несмотря на то, что коридор был пуст. — Я хочу узнать местоположение своей каюты.

— Пожалуйста, проследуйте на 25-ю палубу, секция 1, каюта номер 2514, — на дисплее по схеме палуб пробежала красная нитка, вычерчивая маршрут движения. — Нуждаетесь ли вы в подсказках во время движения?

— Да, благодарю, — Лёша на скорую руку изучил маршрут.

Найти нужную каюту оказалось совсем не сложно. Как и было обещано, инфосистема подсказывала направление движения, один раз даже пришлось прокатиться на турболифте, впрочем, с его интерфейсом сложностей тоже не возникло. Войдя внутрь, Лёша увидел внушительных размеров помещение, которое могло посоревноваться по своим размерам и интерьеру с номерами люкс некоторых отелей. Каюта была действительно огромная, примерно 100–120 квадратных метров. Прямо напротив двери находился широкий диван, а перед ним стоял стол с компьютером, слева располагалась спальня, за ней туалет и душевая.

— Нехилая у старпома каюта, — Романенко присвистнул.

Справа от входа находился шкаф, встроенный в переборку каюты. В нём Лёша нашёл с дюжину кителей, штанов и столько же пар обуви на разные случаи — от парадов до повседневной службы, однако погоны во всех вариантах формы по-прежнему находились на плечах и не сильно видоизменились с XXI века. Там же висели кители нескольких цветов и оттенков, например, одни из них имели малиновый цвет с градиентной заливкой, которая светлела от верха к низу с такими же градиентными вставками малинового цвета вдоль рук. Штаны тоже имели градиентную заливку синего цвета, которая также светлела от верха к низу, но уже с малиновыми вставками в тон кителю. Рукава же кителя имели синий градиентный цвет в тон штанам. Другие варианты формы имели отличные цвета. По пути в свою каюту Лёша встретил нескольких человек, которые были одеты в форму с другой расцветкой. По-видимому, так разделялись люди разных званий или должностей.

В одной из дверц шкафа было зеркало, в отражении Лёша увидел себя. Вот только он себя не узнал. В зеркале был совершенно непохожий на него человек, которому на вид было лет 40, с черными, как смоль, волосами, черты лица его слегка напоминали оные у жителей Латинской Америки, но не сильно. Было видно, что в этом человеке текло сразу несколько кровей.

Это всё объясняло. Вот почему его называли чужим именем и принимали за своего. Вместо того, чтобы переместиться как отдельная личность, он почему-то вселился в тело этого человека. Романенко сразу вспомнил слова учёного, отправлявшего их в прошлое. Тот сказал, что система доставки не отлажена, но не до такой же степени! Время, место, даже собственная личность — всё пошло наперекосяк. Правда, в данном случае «переселение» в чужое тело было даже на руку. Постороннему человеку, скорее всего, светила бы гауптвахта.