Дэйл Браун - Железный волк

Он опознал Брэда Маклэнэхэна по описаниям из конфиденциальных отчетов капитана Розек. В них она описывала единственного сына легендарного генерала Маклэнэхэна как обладателя выдающихся командирских и тактических навыков. Судя по всему, он воздал слаженную команду из группы самодовольных элитных пилотов с поразительной быстротой. Опять же, подумал Вильк, судя по некоторым другим слухам, это было не все, чего Брэд добился за это время.

В душе он надеялся, что молодой американец знал, что делал. Надя Розек была очень подготовленным и способным офицером спецназа. Если он разобьет ей сердце, ей не составит труда сломать ему шею. Или любую другую часть тела, которая придет ей в голову.

Вильк быстро пожал все присутствующим руки, кроме КПУ, который стоял без движения или каких-либо признаков жизни. Был ли внутри пилот, подумал он? Или это была просто пустая машина, доставленная сюда со склада, чтобы судить наглядным пособиями на этой срочной встрече?

Кевин Мартиндейл жестом указал ему на стол и стулья.

— Я надеюсь, господин президент, что вы не будете возражать, если мы пропустим обычные подробности. Времени у нас чертовски мало.

— Вовсе нет, — сказал, садясь, Вильк. Остальные также заняли свои места. — Я хорошо знаю, что, как бы сказали вы, американцы, мы все в дерьме по самые ноздри. — Его демонстрация познаний в американском сленге заставило Макомбера и Брэда улыбнуться, а Мартиндейл со страдальческим видом неохотно кивнул.

— Что вы можете сказать о том, как эти автоматы и оборудование, не говоря уже о теле капитана Яника, оказались в руках русских? — Спросил глава «Скайон».

Вильк с сожалением покачал головой.

— Пока нет, — нахмурился он. — Но серийные номера на представленном Москвой оружии соответствуют тому, что мы когда-то приобрели в Соединенных Штатах. Мы отследили их настолько, насколько могли, но все они числятся в наших документах как неисправное или утилизированное.

— Кто вел эти документ? — Спросил Брэд. — Возможно, кто-то мог их просто стырить?

— В данном случае, «стырить», похоже, мог сержант снабжения в одном из наших подразделений, — сказал Вильк. — К сожалению, мы не можем подтвердить это посредством допроса. Сержант Горски умер более недели назад — сгорел заживо при пожаре, который полиция сочла случайным.

— Охрененно… удачно вышло, — прорычал Макомбер.

— Верно, — мрачно кивнул Вильк. — Но только не для нас.

— А что Казимир? — Брэд выглядел еще более обеспокоено. — Надя… То есть капитан Розек и я, похоже, были последними, кто видел его живым. Он был пьян в стельку и никак, черт подери, не мог готовиться к тайной операции на Украине!

— Мы полагаем, что капитан Яник был похищен тем же вечером, — ответил Вильк, не скрывая гнева. — Но у нас нет никаких доказательств за исключением того, что его подруга заявила о пропаже. Никаких свидетельств того, что он как-либо пересекал границу. Он словно просто исчез прямо с улицы в Варшаве, а затем — уже мертвым — появился на занятой русские авиабазе.

— Вашу страну действительно качественно подставили, — сказал Макомбер сквозь стиснутые зубы. — И теперь бросили этому козлиному выродку Грызлову и его компании.

— Согласен, — горько признал Вильк. — Следователи ведут поиск, но у меня мало надежд на то, что они откроют правду. И в любом случае, это имеет мало значения.

— Я хотел бы не согласиться, — сказал Мартиндейл, глядя на собственные руки. — Однако, это правда. Ущерб уже нанесен. Мои источники сообщают, что президент Барбо исключила любую военную помощь со стороны США.

— Мне также об этом сообщили, — поник плечами Вильк. — Американский посол позвонил мне — направляясь в аэропорт. Вашингтон вызвал его для «срочных консультаций».

— Господи, — прошипел Макомбер. Его лицо потемнело. — Почему был этой суке Барбо просто не передать ему хороший острый нож, чтобы самостоятельно всадить себе в спину?

— Эй, эй, майор, — укоризненно сказал Мартиндейл, хотя его лицо было столь же злым. — Стейси Энн Барбо никогда не сделает чего-то такого прямого и честного. Она предпочитает убивать словом, а не делом.

— Если США отступают и бегут, я полагаю, остальные страны НАТО сделают то же самое, — сказал Брэд.

— Да, — тяжело согласился Вильк. — Немцы, французы и англичане не предоставят нам ни военной, не даже дипломатической поддержки без американцев. Даже лидеры стран Балтии, которые знают, что также находятся под прицелом у Грызлова, парализованы, и пребывают в страхе и неопределенности. Они предлагают мне моральную поддержку, но не более того.

— Ну, у вас есть мы, — мрачно сказал Брэд.

Удивленный его словами, Вильк покачал головой.

— Нет, мистер Маклэнэхэн. Мы, поляки, сами за себя. Если весь мир поверил лжи о нас, я не могу просить вас и остальную эскадрилью разделить нашу судьбу.

— Вам не нужно о чем-то нас просить, Петр. У нас есть контакт, — вмешался Кевин Мартиндейл. Седоволосый бывший президент США окинул собравшихся с усмешкой. — Никто не заставлял никого подписать данный контракт. И ранее я сказал, что «Скайон» выполняет достигнутые договоренности. Что же, пришло время это доказать.

Брэд и Макомбер торжественно кивнули, хотя Макомбер немного подпортил момент, бормоча:

— Да, черт подери. Ничто не может быть лучше, чем смертельный бой без шансов на победу. Главное, чтобы началось не слишком рано утром.

— Вот видите? — Сказал Вильку Мартиндейл с тончайшим намеком на улыбку. — Эскадрилья «Железный волк» в вашем распоряжении, господин президент. — Он прямо посмотрел на президента Польши. — Но возникает довольно резонный вопрос: как именно вы планируете ответить на российский ультиматум?

— Польша не примет этого ультиматума, — прямо сказал Вильк. — Это будет самоубийство.

— То есть война, — сказал Брэд, покосившись на «Кибернетическое пехотное устройство», неподвижно стоящее у стола переговоров.

— Да. Мы будем драться, — сказал Вильк. — И если Польше снова суждено погибнуть, мы умрем с честью.

Вдруг КПУ повернул к нему голову. — Господин президент, у меня есть лучшее предложение. Выиграть эту войну, — сказал робот глубоким, но определенно синтезированным голосом. — Пускай русские умирают.

Вильк пораженно посмотрел на огромного человекоподобного робота. Несмотря на странные электронные искажения, этот голос был… Знакомым.

— А ты кто такой? — Спросил он. — И почему прячешься в этом… Устройстве, вместо того, чтобы так же храбро обсуждать это с нами лицом к лицу?

— Мы встречались ранее, — ответил КПУ. — Хотя кратко и давно. — Он слегка поклонился. — Меня зовут Патрик Маклэнэхэн.