Фантастика 2026-189 - Алекс Бредвик
Игорь прошёлся к подоконнику и провёл по нему пальцем. Пыли на нём осталось немного, а значит в комнате недавно убирали.
Елисавета прошлась к шкафчику против кровати, и снова Игорь заметил, какое же всё в её комнате было детское и простенькое. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Девушка совсем недавно переступила тот возраст, когда пора произвести первое обновление интерьера.
Елисавета открыла шкафчик, задумчиво посмотрел на все развешенные внутри него одёжки, и потом стала прямо на глазах Игоря раздеваться.
Она развязала своё платье и стянула его вниз, открывая изящные, белые очень мягкие на вид плечики. Платье свалилось на пол. На девушке остался бюстгальтер. С ним она тоже не церемонилась, но ловко расстегнула и после этого уже ничто не прерывало изгиба её спинки.
Всё это время Игорь сидел на краешке кровати и наблюдал за своей сестрой. Вскоре он заметил про себя, что, по всей видимости, не просто так Елисавета и принцесса Татьяна были подругами, между ними было что-то общее… А ещё что девушка была красивой. Она не была «пышной», но худенькое и стройной, и прямо очень нежной, а потому…
Елисавета, не обращая на Игоря внимания, полезла в шкаф и достала из него тяжёлое и роскошное белое платье. Девушка стала его надевать. Сперва влезла в него своими ножками, которые у неё всё ещё были в чёрных колготках, а затем просунула руки и натянула его на плечи. Оставалась только застёжка на спине. Вдруг Елисавета заговорила, впервые с тех пор, как привела Игоря в свою комнату:
— Помоги, — сказала она.
Юноша молча подошёл к ней со спины и помог завязать белые ниточки застёжки. Всё то время, пока он этим занимался, Елисавета смиренно стояла на месте. Юноша видел её спину и затылок. Он чувствовал приятный, душистый, не замутнённый никакими духами аромат, который исходил от девушки.
Когда он закончил завязывать, Елисавета пригладила платье руками и повернулась. Её лицо всё ещё было совершенно непоколебимым.
— Как я выгляжу? — спросила Елисавета.
Девушка была в громоздком белом платье, таким же пышным и белым, как облако.
Игорь улыбнулся.
Елисавета наклонила голову, сама рассматривая свой наряд, а затем стала монотонным голосом рассказывать:
— Скоро должен случиться важный бал. Мне нужно на нём присутствовать, и я хотела выбрать одежду.
— …И поэтому ты меня пригласила? Чтобы я помог тебе с выбором? — спросил Игорь.
Девушка кивнула.
Игорь кивнул:
— Это тебе точно не идёт… Слишком громоздкое. Есть что-нибудь ещё?..
…
…
В итоге Игорь действительно помог Елисавете определиться с нарядом, в котором она пойдёт на бал. Как ни странно, их у девушки оказалось великое множество, причём все они были чрезвычайно разнообразными. В её шкафчике висели платья, юбки, штаны, даже кимоно и один непонятного происхождения облегающий чёрный костюм… Вот просто всё-всё-всё.
Свой выбор Игорь остановил на простом белом платье без рюшей и даже намёка на декольте. Примерно такое на свадьбу надевают подружки невесты, чтобы не сильно выделяться. Но Елисавета была очень красива в этом простом и нежном наряде и почему-то напоминала Игорю цветок лилии…
После того как они закончили выбирать, Игорь, напоследок, уже стоя в дверном проёме, спросил Елисавету: а по какому случаю был этот праздник? Девушка ему рассказала, что в самое ближайшее время в Москву ожидается визит премьер-министра Британской Империи… Сперва будет дипломатическая встреча, а затем, на следующий день — бал.
Игорь улыбнулся, — вот как, — и прикрыл за собою дверь.
Вернувшись в свою комнату, юноша немедленно попросил принести ему самые свежие газеты. Из них он узнал, что действительно, очень скоро, — уже сегодня, возможно даже в этот самый час, — на главный Московский вокзал прибывает поезд с самым влиятельным человеком в Британской Империи, а может быть и во всём мире — Робертом Эдвардом…
…
…
— Знаете, почему русские железные дороги немного не той размерности, что и наши, ваше высочество? Это очень занимательно…
В роскошном купе движущегося поезда сидели двое, — непринуждённо улыбающийся блондин, на вид молодой, с длинными волосами и белыми перчатками на руках, и неподалёку лакированной красной тросточкой, и против него мальчик с каштановой шевелюрой и в красном жилетике.
Мужчина держал чайник, наливая чай себе и ребёнку, и говорил:
— Это немного неудобно, и в то же время в этом есть оборонительный смысл. Если враг проникнет вглубь страны, ему понадобится много припасов. И тогда разница в устройстве железнодорожной системы сильно подпортит ему жизнь…
— В-вот как, — кивнул мальчик и опустил голову, разглядывая ароматный чёрный напиток в белой чашечке. Мужчина в это время улыбнулся и открыл сахарницу, из которой достал два хрустящих белых кубика. Он закинул их в свою чашку и спросил:
— Вам сколько, принц?
— Мне… Два, спасибо, — немного помявшись ответил мальчик.
— Как скажите, — покорно кивнул мужчина и сбросил два кубика в чашчку ребёнка.
— Не спишете, напиток ещё горячий, — предупредил мужчина бархатным голосом, когда мальчик уже было потянул руки к чаю.
— Хорошо, — немного слишком серьёзно кивнул ребёнок и строго посмотрел на свой чай.
— Мы уже совсем скоро будем на месте. Вы волнуетесь, ваше высочество? — сменил мужчина тему и вдруг снова взялся за сахарницу и засыпал в свой чай ещё три кубика, который стал ритмично размешивать серебристой ложечкой.
— Нет, совсем нет, — помотал головой ребёнок.
— Это впечатляет… Просто мне, если позволите высказать своё мнение, кажется немного излишней эта древняя традиция, что при переговорах наивысшего уровня всегда обязательно должен присутствовать кто-то из королевской семьи. Наше общество слишком завязано на кастах… Разумеется, я бы понял если бы это был ваш отец или брат, но отправлять вас, в таком юном возрасте… Все это мне кажется пустой данью традиции, даже немного неуважительной к персоне королевских кровей…
— Я… — замялся мальчик… — Я знаю, но…. Мне это нужно… Как опыт… Сир Эдвард.
— Может быть, — непринуждённо согласился Роберт Эдвард Ли.
— В таком случае моя обязанность кроме всего прочего состоит в том, чтобы обеспечить вам наиболее демонстративный… Опыт. Положитесь на меня, ваше высочество.
— Нет, в смысле… Да, я благодарю вас, — растерялся, но потом строго кивнул ребёнок.
— Кстати говоря… Что-то я переборщил с сахаром, — разглядывая свою чашку сказаа мужчина.
— Вы будете не против, если мы поменяемся,