Александр Горобец - В лабиринте "Ведьм"

Рябинин выполнял все приказы майора Тяжина, будто он был и не майором вовсе, а как минимум Министром обороны. Хотя… По большому счёту, так оно и было.

Пока Рябинин умывался, Китяж начал осматривать комнату, в которой они находились. Обычная бетонная коробка, с вмонтированными в стену кольцами. К ним крепились наручники, на которых болтался сначала Китяж, а потом и Рябинин. Умывальник, стол с телефоном, два стула. Вот собственно и всё. Да! Ещё две аккуратные железные двери расположенные в разных концах комнаты, друг напротив друга.

— Типичная комната проведения допроса, — вслух выдохнул Кирилл.

— Не типичная, — с хрустом вправляя нос над умывальником, гундося сказал Рябинин, — Личная.

— Да вы батенька, я слышал, садист.

— Ты на счёт того, что я якобы выхожу народ пострелять? Да ты что, Кирилл Александрович. Я — офицер. Эти байки Ведьмак с братцем очень хорошо через своих девочек, в массы кидает. Дэза это. Он же — комитетчик. И что самое поганое, везде у него свои люди. И эти люди не верят никому, кроме братьев. Им по барабану на власть, на законы, на совесть, — Генерал смачно сморкнулся кровавыми ошмётками, — Ну и силища у тебя, Кирилл Александрович.

— Меня этому учили, Андрей Александрович, — передразнил его Тяжин.

— Что верно, то верно, — кивнул генерал, — А что касаемо этой комнатки, то тут уж извини. Положена она мне, по штатному расписанию.

— Куда ведут эти двери?

— Одна в карцер.

— Парни мои там?

— Там.

— Я надеюсь их не били?

— За кого ты нас держишь, товарищ майор? Мы как радиоперехват Ведьм получили, так сразу и засаду на них и организовали. Так эти твари шестерых моих бойцов положили, прежде чем угомониться.

— А где они сами?

— Одна угомонилась совсем… А вторая… — Рябинин улыбнулся, — Вторая на больничке. Ей не много осталось. Внутреннее кровотечение сильное, а у меня с докторами — напряг.

Кирилл задумался…

— А как считаешь, Андрей Александрович, есть смысл её в живых оставлять?

Вопрос Китяжа ввёл Рябинина в ступор.

— Зачем??? — она же до конца жизни своей Ведьмаку служить будет…

— Не будет, — загадочно ухмыльнулся Китяж, — Я попробую её уговорить.

— Смысл? Ей всё равно осталось, от силы часа четыре… Доктора нет.

— Как это нет, — вспылил Китяж, — Генерал, ты что, ориентировку на мою группу не видел?

— Видеть-то — видел. Вот только про доктора там ничего не сказано.

— Есть доктор. И очень не плохой.

— Тогда, пошли, — Рябинин наконец стал похож сам на себя. Осталось только переодеться и он был бы вообще, как огурчик. Генерал подошёл к столу и снял трубку, — Здесь Рябинин. Берцы ко мне в кабинет. Размер сорок три. Бегом! — положив трубку, он посмотрел на Китяжа и шагнул ко второй двери.

— А куда ведёт эта дверь?

— А эта дверь ведёт непосредственно в мой кабинет.

— У тебя свой кабинет?

— А ты как думал, — усмехнулся молодой генерал, — Я ведь, всё-таки зам. Ком. ЛенВО.

— Ты зам Поспелова старшего??? — удивился Китяж, — так какого же хрена ты мне решился помочь?

— Видишь ли, майор… В жизни наступает такой момент, когда из зама нужно или становиться командующим, или пускать себе пулю меж глаз. Ты бы видел, во что они народ превратили. А я, между прочим не так стар. И присягу не забыл. Я когда-то поклялся защищать этот народ, до последнего вздоха. И вот чувствуется, что дышать становится всё труднее и труднее. Я свою клятву выполню… Если конечно мне прикажет представитель Министра Обороны.

Кирилл внимательно смотрел на этого молодого парня. Он пытался заглянуть ему в душу. Он пытался понять, правду ли говорит генерал или врёт.

И понял — НЕ ВРЁТ…

— Прикажет, Андрей Александрович. Обязательно прикажет, — он хлопнул Рябинина по плечу, — Вот только с центром свяжется и план продумает. А сейчас, давай к тебе. Надо переодеться…

Поднявшись по бетонной винтовой лестнице, Китяж очутился в «кабинете» генерала Рябинина. То, что Андрей Александрович называл кабинетом, скорее напоминало хорошую четырёхкомнатную квартиру. С ванной, туалетом, кухней и так далее. Были даже Шторы, за которыми были Окна. В которых светило солнце. Правда, функцию солнца выполняли диоды, которые светили ярко или тускло, в зависимости от времени суток.

— Здорово живёшь, Андрей Александрович.

— Приходится, — пожал плечами Рябинин, будто его заставляют, — Да, я не жалуюсь. Пройдёмте в гардеробную, товарищ майор.

В гардеробной висела форма всех родов войск, включая и парадные мундиры. Не было только обуви. Кирилл нашёл обычный маскхалат «берёзка» и моментом переоделся. В ней ему было привычнее чем в «оливе». Любил он эту раскраску. Не успел он завязать последнюю тесёмку на капюшоне, как в дверь постучали. На пороге стоял раскрасневшийся сержант интендантской службы. В руках он держал берцы.

— Товарищ генерал, разрешите?

— Заходи, — махнул ему рукой Рябинин.

— Вот, товарищ генерал, — он протянул ботинки, — Как и приказывали, сорок третий. Ой, а что это с вами, — сержант заметил-таки расквашенный нос и пару ссадин на лице генерала.

— Ты ничего не путаешь, сержант, — изменился в лице Рябинин, — Ты с кем разговариваешь? Ты кому вопросы задаешь? Трое суток ареста!!! КРУГОМ!!! На гауптвахту, БЕГООМ АРШ!!!

Сержанту ничего не оставалось делать, как развернуться и побежать на гауптвахту.

— Ишь ты, — рассержено дёрнул головой генерал, — что со мной… На лестнице я пи…улся! Майор, тебе кеды принесли!

— Отлично, товарищ генерал. Давай намеряю, — Кирилл втиснул ноги в ещё не ношеные ботинки, — О! Как по мне сшиты. А на кого это ты тут ругался, Андрей Александрович?

— Да, — махнул рукой Рябинин, — Был тут один… Что, говорит, у вас с лицом, товарищ генерал, — передразнил он сержанта.

— А ты чего, — с неподдельным интересом спросил Кирилл, пританцовывая в новеньких ботинках.

— А ничего. Влепил ему трое суток, за излишнее любопытство, вот и всё.

— Круто в вашем департаменте, — покачал головой Китяж.

— Да, нет… как везде. Давай-ка, майор, обсудим, что дальше делать будем.

— Первым делом прикажи доставить всех моих людей в твой тайный подвальчик. Есть у тебя надёжные люди, которые в особый отел не бегают?

— Найду.

— Отлично. Эти люди должны принести сюда Ведьму.

— А почему сюда?

— Потому, что здесь её будет оперировать мой доктор.

— Не, — покачал головой Рябинин, — здесь же всё в кровище будет. А мне здесь жить ещё…

Кирилл посмотрел на него зверем.

— Поздно, генерал, заднюю включать. Если уж взялся мне помогать, то изволь выполнять все мои приказы. Какими бы нелепыми они тебе не казались. Ясно?