Асмунд Торм - Восход Андромеды

— Товарищ старшина, а откуда вы нового ротного знаете? — полюбопытствовал в столовой служивший ранее где-то под Киевом широкоскулый младший сержант.

— Скажи ему, Сидорчук, откуда, — со своим неповторимым акцентом подначил старшину сержант Рахимов. — Чтобы знал и не спрашивал.

— Старая шутка, Гурбон, и совсем не смешная, — не поддержал весёлого настроя ветеранов старшина. — Не расслабляй мне, Рахимов, личный состав. Ну-ка, шевели веселее ложками, бойцы! Выходной никто не объявлял, если нет занятий, в новой казарме всегда найдётся работа. Уж я-то это знаю. А ты, младший сержант, знай — мы с товарищем старшим лейтенантом дошли до Эль-Кута, где и схлестнулись с индусами. Товарищ старший лейтенант за Эль-Кут орден и осколок получил. Командир он справедливый и правильный. Вот так вот.

— Ты лучше про себя расскажи и про негров, — произнёс всегда невозмутимый и молчаливый сержант Мирзоев. — Они теперь в Красной Армии служат, эти негры.

— Не негры, а африканские товарищи, кенийцы, товарищ сержант, — старшина грозно шевельнул бровями. — Отставить разговоры за столом. Пищу принимать молча. А то сами вокруг казармы будете бегать с брёвнами на плечах. Не расслабляйте мне молодёжь, товарищи ветераны. Ешьте быстрее и покажите пример, как надо наводить уют и обустраивать пункт постоянной дислокации.

Под удивлёнными взглядами новых сослуживцев улыбающиеся ветераны налегли на гречневую кашу. К вечеру вся рота знала историю предварительно испытанных кроссом с хворостом и поставленных в строй кенийцев. А через полгода по армии пошла гулять байка о первой в Красной Армии бронепехотной бригаде, в которой в физическую подготовку личного состава входит бег с бревном на плече.

Лондон. Даунинг-стрит, 10. Десятое августа

Раскурив новую сигару, Черчилль выпустил в сторону собеседника целое облако дыма. Откинулся в кресле, секунд десять посмаковал свою сигару и вновь вернулся к разговору.

— Сэр Паунд, я должен вам признаться, что сейчас я больше боюсь этого азиата Сталина, чем берлинского ефрейтора. Русские могли нас полностью раскатать в тонкий блин, уничтожив ударами с воздуха остатки Королевского флота. Они этого не сделали. Почему? Потому что считают себя сильными. Но они совершили ошибку. Англия никогда не забудет о гибели тысяч своих граждан, моряков военного флота, и об унижении, которое она испытала. В дальнейшем противодействие Советам мы станем вести чужими руками. Ещё раз напомните, сколько новых кораблей основных классов будет у нас через год в строю?

— Господин премьер-министр, к августу следующего года в строю Королевского флота будет три новых линейных корабля, четыре новых бронепалубных авианосца, десять лёгких крейсеров. Ещё через год мы будем иметь два линкора и не менее десяти лёгких крейсеров, — точно и кратко доложил Черчиллю о графике пополнения Королевского флота первый лорд Адмиралтейства.

— Сэр Паунд, когда начнётся модернизация старых линкоров? Наши «старики» должны иметь возможность отомстить русским за норвежский позор и гибель «Бархэма». — По кабинету расползлось новое облако дыма.

— Модернизацию старых кораблей планируется проводить в два этапа, — чуть помедлив, ответил Паунд. — Сейчас идут круглосуточные работы на «Куин Элизабет». За нею на верфи встанут два корабля типа «R», после чего начнутся работы на «Малайе», «Уорспайте» и «Вэлианте». Все работы по модернизации будут вестись круглосуточно. К концу сорок второго года все старые линейные корабли возвратятся в состав флота.

— Почему в Адмиралтействе решили поставить первыми на верфи «Ривенджи», а не тройку типа «Вэлиэнт»? — Черчилль уже задавал этот вопрос ранее, но, похоже, успел об этом забыть.

— Господин премьер-министр, в Адмиралтействе опасаются германского вторжения на остров, поэтому наиболее боеспособные корабли вошли в состав флота Канала, — объяснил свою позицию Паунд.

— Германского вторжения в Англию не будет, — зазвучал металл в голосе премьера, — если Гитлер станет нашим союзником и партнёром. Мы заключим с немцами военный союз, либо присоединимся к оси Рим-Берлин-Токио. Это наш шанс отомстить Советам чужими руками, подтолкнув Гитлера к войне.

— Господин премьер-министр, я восхищён вашей логикой, — подумав, произнёс Паунд. — Но что будет, если Гитлер не захочет нападать на Россию?

— Желания самого Гитлера больше ничего не значат, — менторским тоном произнёс Черчилль. — Уничтожение большевистской России стало основной задачей для всего демократического мира. Люди, вложившие в экономику Германии огромные деньги, не желают больше видеть на карте мира красное пятно коммунизма. И Гитлер станет тем инструментом, с помощью которого Россия будет уничтожена.

— Господин премьер-министр, а если Германия проиграет войну с Россией? — задал болезненный вопрос Паунд.

— Не исключена и такая вероятность событий, — признался Черчилль. — Но за немцами будут стоять Соединённые Штаты и мы, Великобритания. Гитлер получит нашу скрытую поддержку и помощь. Мы пропустим его войска через территорию Палестины и разрешим германским военным кораблям пользоваться Суэцким каналом. И это ещё не всё, сэр Паунд. Мы будем готовы вступить в войну с Советами, чтобы помочь Гитлеру в его политике уничтожения неполноценных народов. Вернёмся к делам флота. Какие самолёты для флота заказало в Америке Адмиралтейство и когда они начнут к нам поступать?

— К сожалению, в данный момент американцы готовы поставлять только «Мартлеты» в небольшом количестве, — со вздохом произнёс первый лорд. — Нам нужен новый ударный самолёт для замены «Суордфишей» и «Альбакоров». Может, гонять арабов эти бипланы ещё годятся, но они абсолютно бесполезны для войны с русским флотом. Скажу откровенно, авиации флота, как таковой, у нас сейчас нет вообще.

— Ничего, через год наши авиационные фирмы помогут флоту, — опять пыхнул облаком дыма Черчилль. — Сэр Паунд, как идёт проектирование способных реально противостоять русским монстрам новых линейных кораблей и крейсеров?

Белоруссия. Пятнадцатое августа

— Товарищ капитан, разрешите обратиться! Вас комбат вызывает, сказал срочно, — затараторил посыльный, молоденький курносый рядовой из последнего призыва.

— Хорошо. Идите, боец. Передайте комбату, я сейчас приду, — отвлёкшись от чертежей, произнёс капитан Максим Леонов. Вот, опять нет времени лично вникнуть в проект установки пулемёта ДШК на башне танка БТ-7МР. Не хватает времени даже в чертежах самостоятельно разобраться.