Василий Скородумов - Слияние

Тут из двери показалась голова Монаха. Он подозрительно зыркнул на Шнайдера и спросил:

— Ты тут шалишь?

— Я. Только я делом занимаюсь. Тут весь бар окружён трамплинами, — угрюмо ответил Шнайдер.

— Что прямо-таки весь? — не поверил Монах.

— Нет, конечно. Есть лазейка, узкая, маленькая, но человек пройдёт.

— Спасибо, успокоил, — улыбнулся Монах и скрылся в баре.

Шнайдер вздохнул. Как бы это было ни печально, нужно пробираться сквозь аномалии, рискуя здоровьем, нервами, а может быть даже и жизнью. Не сидеть же, право слово, в «Акрополе» до следующей недели, дожидаясь, пока трамплины не рассеются — ведь на их месте могли возникнуть аномалии и посерьёзнее, к примеру электра.

Сначала Шнайдер кинул в узкий проём между трамплинами свой рюкзак. По счастью он не задел аномалий и теперь валялся на пожухлой траве вне зоны опасности. Рюкзак бы помешал сталкеру при проходе, поэтому сначала он кинул его, а потом уже пошёл сам.

Медленно и осторожно, затая дыхание, Шнайдер боком продвигался через проём между аномалиями. Так страшно сталкеру не было уже давно. Стоило только представить; одно неверное движение и всё, придётся Шнайдера от стены «Акрополя» шпателем отскребать.

Сталкеру совсем не хотелось умереть такой быстрой, но и в то же время страшной смертью.

Однако всё закончилось хорошо. Шнайдер успешно перешёл через аномалии и теперь был в безопасности. Следом за ним в щель прошмыгнул Тур, быстро и легко. Похоже, он вообще не ощущал страха.

— Ну что, дружище, пойдём? — Шнайдер взглянул в жёлтые глаза пса.

Тур радостно (по крайней мере, так сталкеру показалось) гавкнул и завилял обрубком хвоста. Сталкер знал, что это означает согласие.

Путь для Шнайдера и Тура был намного осложнён. Толстые могучие деревья, стоявшие до выброса по обеим сторонам тропы, теперь были почти все повалены. Устояли только самые сильные, которые успели пустить свои корни глубоко под землю.

Для псевдопса упавшие деревья особой проблемой не являлись. Он просто вскакивал на ствол и спокойно перемахивал через него. Шнайдеру же пришлось гораздо хуже. Обойти дерево было сложно, перелезть через него — ещё сложнее.

Но путём упорного труда, приложив немало усилий и пролив много пота, Шнайдер прошёл-таки завал.

Несколько раз дорогу им перебегали мутанты: псевдоплоть, слепые псы и прочая нечисть. Кто-то из них, кто был посмелее, нападали на сталкера, но даже ранить его не удавалось никому. Те остальные, кто был умнее, в бой вообще не ввязывались.

Шнайдер не стал пока пробовать своё новое приобретение, так как в этом не было никакой нужды. Однако скоро такая возможность представилась.

Ближе к часу дня Шнайдер и Тур вышли на небольшую полянку, собираясь сделать там небольшой пятиминутный привал. Впрочем, это место полянкой назвать можно было с большой натяжкой, так как никакой растительности, ничего того, что могло хотя бы показаться живым, на ней не наблюдалось. Всё, наверняка, умерло ещё при первом же выбросе.

Как только сталкер расположился: снял рюкзак, сел по-турецки на землю и вскрыл пачку галет, собираясь немного перекусить, откуда-то издалека раздался странный звук, похожий на тот, что издаёт металлическая пустая бочка, когда по ней чем-нибудь ударить. Представили?

Источником этого звука оказался ни кто иной, как псевдогигант, возникший непонятно откуда, словно по волшебству. Если бы он просто вышел из частокола деревьев, Тур обязательно бы его учуял и лаем оповестил об этом хозяина, но псевдопёс этого не сделал.

И теперь огромная трёхметровая туша, весом никак не меньше пяти центнеров, неслась на сталкера с той максимальной скоростью, которую только могла развить.

Шнайдер действовал неторопливо. Благо расстояние между ним и псевдогигантом, а также скорость последнего, позволяли сталкеру не спешить. Он извлёк из автомата обойму и вставил новую, с электрическими патронами. Самое время их опробовать! Стрелять по псевдогиганту обычными патронами — гиблое дело. А если новинка не сработает как надо, Шнайдер ещё успеет убежать.

Он почти не целился. Зачем? В такую громадину трудно не попасть, даже если совсем не умеешь стрелять.

Выстрела Шнайдер не почувствовал, как будто его и не было вовсе. Пуля с тихим хлопком, словно через глушитель, вылетела из дула МР5 и через мгновение вонзилась в тугую и прочную плоть псевдогиганта. Кожа у мутанта была на редкость крепкая, поэтому пробить её не удалось бы даже разрывной пулей.

Фатум посоветовал Шнайдеру стрелять этими патронами в монстров не туда, где у них слабые места, а в середину их туловища. Шнайдер сейчас так и сделал, хотя было это не очень просто. Псевдогигант передвигался на четырёх лапах и грудная клетка была не самым лучшим объектом для поражения в такой позиции. Почему нужно стрелять именно туда, сталкер не спросил. Просто потому, что с детства привык не задавать ненужных вопросов. Если Фатум так сказал, значит так надо, хозяин "Акрополя" никогда слов на ветер не бросал. Это знал каждый сталкер, который хотя бы один раз заходил к нему в бар.

Шнайдер вскоре получил ответ на этот вопрос.

Смерть псевдогиганта была красивой и одновременно ужасной. Мелкая, бледно-синего цвета, паутина молний разошлась от места попадания пули по всему телу. Кожа под воздействием электричества стала буквально слезать со скелета мутанта.

Всего через каких-то пятнадцать секунд от псевдогиганта остались лишь немного обугленные кости да жидкая лужица, в которую превратилась его плоть.

Результатом Шнайдер остался доволен. Ну, ещё бы! Попробуйте найти хоть одного сталкера, которому с одного выстрела удалось бы расправиться с псевдогигантом. Шнайдер был первым. И это вселяло в его душу ещё больше того восхитительного чувства, которое именуется восторгом.

Он отложил автомат в сторону и откусил большой кусок от галеты. Будто минуту назад ничего не произошло.

Шнайдер протянул печенье Туру. Пёс обнюхал галету и, поведя носом, отвернулся.

— Что такое? Не хочешь? — Удивился Шнайдер. — Ты же всегда их ешь.

Тур, естественно, ничего не ответил.

Сталкер лишь пожал плечами и сам доел пачку с галетами.

На этом их привал закончился. Шнайдер встал, закинул рюкзак на плечи и вместо того, чтобы пойти на восток, как он и планировал, подошёл к трупу псевдогиганта (а вернее тому, что от него осталось). Шёл инстинктивно, его какая-то потусторонняя сила, с которой он был хорошо знаком. Сейчас у Шнайдера рябило в глазах и пульсировали вены.

Такое с ним происходило, когда он чувствовал артефакт. И чем сильнее и мощнее он был, тем больше была рябь в глазах и чаще пульсировали вены.