Анна Китаева - Одержимые Зоной

- Так лучше, чем от водки и от простуд, - пробормотал вслух Кайман.

- Что? - переспросила Мышка сквозь слезы.

- "Так лучше, чем от водки и от простуд", - повторил Кайман. - Это сказал в прошлом веке Владимир Высоцкий, знаешь такого? Про смерть альпинистов. Но, я думаю, про сталкеров он сказал бы так же. "И пусть говорят, да, пусть говорят, но нет, никто не гибнет зря..."

Мышка разревелась сильнее. Вот черт! Рептилия бесчувственная. Не можешь утешить девушку - лучше и не пытайся.

Надо Мышонка отправлять за Периметр. Хватит с нее опасностей и переживаний. Бандиты, конечно, не ожидали такого отпора, думали взять тепленькими практически безоружных лиманских, а напоролись на пулеметный огонь. Конечно, им пришлось отступить. Но далеко контролеровцы не ушли, на ПДА было видно, что они выбрались из кольца аномалий и остановились сразу за его пределами. Хрен их знает, что они собираются дальше делать, штурмовать дом снова или ждать подмогу, но девушке незачем участвовать в продолжении боя.

Кайман поискал взглядом дядю Мишу.

Тут кто-то сунулся в дверь со словами:

- Корсаков здесь? Слышь, командир, там Васька тяжело ранило. Ну, вообще-то его почти убило...

Корсар буркнул ругательство и вышел. Ага, значит, не только Мышку надо отправить подальше отсюда, но и раненых. И надо пошевеливаться, пока бандиты не стреляют.

- Пойдем-ка, Мышонок, устроим тебя прилечь где-нибудь в тихом месте.

Тихое место оказалось, разумеется, подвалом. Там же Кайман нашел и дядю Мишу, который разговаривал с Везунчиком.

- Выведешь девчонку из Зоны? - спросил сталкер вполголоса, чтобы Мышка не услышала.

Проводник с сомнением поскреб седую щетину на подбородке.

- Ох, боюсь, не получится. Раньше надо было. Сразу как только мужики объявились. А сейчас, чую, отлив пошел. Откатилась Зона-матушка по эту сторону Периметра... Но ладно, я попробую.

"Прыгунок" дяди Миши относился к тем артефактам, которые действуют только в аномальном поле Зоны. Он позволял проводнику перемещаться в пространстве внутри более-менее круглого пятна с радиусом около пяти километров. В центре его как раз находился хуторок дяди Миши, и Кайман обоснованно подозревал, что и сам "прыгунок" был родом отсюда же, то есть порождением комплекса аномальных полей вокруг хутора. Подробностей сталкер никогда не выспрашивал.

Действительная граница Зоны не была постоянной, как линия Периметра, а колебалась, как линия морского прибоя во время прилива и отлива. Когда шел "прилив", аномальное воздействие Зоны на пару километров захлестывало за Периметр, и дядя Миша мог с помощью "прыгунка" переместиться туда. Именно так он подобрал по ту сторону границы Каймана с Мышкой три недели назад, а Везунчика - всего несколько часов назад.

Многолетний опыт научил проводника чувствовать колыхания поля Зоны, которые не поддавались прогнозам, поскольку в них не было математической закономерности - как и в выбросах. Зона жила, Зона дышала. И если дядя Миша говорит, что сейчас отлив, то... ёшкин кот! Плохо дело. И как они раньше не подумали?

А раньше было не до того. Слишком быстро все закрутилось.

- Ну ты хоть попытайся, - попросил Кайман.

Проводник молча сделал шаг в сторону, совершил в движении элегантный разворот - и исчез. Всколыхнулся стоячий воздух подвала. Танцевальные па дяди Миши всегда смотрелись ошеломляюще, потому что очень уж не вязались с его засаленным ватником. А ватник он, кажется, не снимал вообще никогда.

Сталкер вспомнил, что Можай со своим "прыгунком" обращался иначе и уходил в другую точку пространства прямо с места. Ну что ж, артефакты, как и люди, все разные. Только заводская штамповка дает одинаковые детали. Кстати, Можай просил сообщить ему, когда они найдут Мышкиного брата. А они нашли или не нашли? Кайман искоса глянул на Везунчика. Когда им уже дадут толком поговорить?

Дядя Миша возник посредине подвала и сокрушенно покачал головой.

- Не допрыгнул я туда. На полпути разворачивает. Теперь пару дней придется ждать прилива. Такое мое ощущение. Эй, Гена, ты чего?

Сталкер пялился на него так, словно увидел впервые в жизни.

- Дурак я, - медленно сказал Кайман. - Да, если честно, не я один. Везунчик тоже мог бы сообразить... Дядя Миша! Ты у нас знаешь кто?

- Кто? - перепугался проводник.

- Ты у нас стратегическое оружие большой мощности, - торжественно произнес сталкер. - А ну, быстро пошли к Корсару!

Лиманских сталкеров они нашли во дворе. Хмурый, осунувшийся Корсаков отдавал распоряжения своим. Он посмотрел на дядю Мишу.

- Что у вас в том сарайчике? Я мужикам велел Вадима и Василия пока что туда отнести. Позже похороним.

 - Ну... ладно, пусть лежат ребята. Ничего там нужного нет, в сарайчике. - Дядя Миша огорченно махнул рукой. - Эх... Молодые, жить бы да жить... Дима, друган мой... Помянуть надо ребят.

- Стой, дядя Миша! - быстро сказал Кайман. - Слушай, Корсар, это важно. У дяди Миши есть "прыгунок". Знаешь такой артефакт? Настраивается на проводника лично. Дядя Миша с "прыгун-ком" может перемещаться на пару километров в радиусе хуторка. Предел - до пяти кэмэ. С собой он может прихватить одного человека. Снайпера с винтовкой, а? Что скажешь?

- Эпическая сила! - с чувством сказал Корсар. - Ну, вы это... Да-а... Ты меня, мужик, просто в блинчик раскатал. Что у вас еще есть в запасе? Признавайтесь сразу! Тактическая ядерная бомба в погребе? Ракетный комплекс в огороде? "Команч" с полным баком горючего, уж не знаю где... в сарае?

Дядя Миша вдруг просветлел.

- О, точно, вот куда я его дел! За стропила в сарае засунул! И вспомнить потом не смог.

- Кого? - подозрительно спросил Корсар.

- Дак этот, гаусс же, - объяснил дядя Миша. - Достался мне по случаю от святого человека. Ну, это, гостил у меня здесь один человек, а святость на него внезапно снизошла, после четвертой бутылки. Он тогда отказался от пушки, отдал мне, сказал - негоже святому человеку руки пачкать. Ну, я не святой, я взял, конечно. Он-то потом передумал, когда протрезвел, и я бы отдал ствол, только найти не сумел. А сейчас вот вспомнил! Патронов только к нему мало...

- Хорошо. Снайпер с гауссом в тылу противника - это очень хорошо.

Корсар прищурился, оглядывая своих бойцов - кому поручить задание.

- Везунчик - снайпер, - сказал Кайман. Везунчик утвердительно хмыкнул.

- И я снайпер, - прозвучал за спиной у Каймана Мышкин голосок.

Ёшкин кот! Сталкер обернулся. Глаза у девчонки опухли от слез, зато губы были упрямо сжаты. Ну да, разумеется! Как он мог подумать, что Мышка останется лежать в тихом безопасном месте? Вот если бы он ее цепями приковал - тогда еще можно было надеяться, и то вряд ли.