Елизавета Сагирова - Сбывшаяся сказка

 Я сделал глубокий вдох и, выскочив из-за будки, припустила в соседний двор, в сторону противоположную той, куда ушли Колотун, Кактус и Шухлый. Оглянулась, желая убедиться, что монолитовцы видят меня… А они оказались гораздо ближе, чем я думала! Уже были ясно различимы одинаковые тёмно-серые костюмы, такого же цвета автоматы в руках. Автоматы или..? От неожиданности я споткнулась, но удержалась на ногах и побежала дальше. Монолитовцы были вооружены точно такими же автомтно-гранатомётными комплексами, как и два странных мертвеца, обнаруженные мною на Агропроме.

 Думать, что бы это значило, я не стала. До того ли сейчас? Куда сильнее беспокоило, как монолитовцы смогли так быстро приблизиться за те считанные секунды, что я провела за будкой? Они ведь даже не торопились.

 Они не торопились и сейчас. Это я увидела, когда оглянулась, остановившись на миг, у угла пятиэтажки, во двор которой собиралась забежать. Остановилась, как выяснилось - напрасно. Монолитовцы, может, не очень метко стреляли из гранатомёта, но оказались хороши в пулевой стрельбе. Стоило мне замереть на месте, как раздался одиночный выстрел, и что-то сильно дёрнуло правую ногу. Сильно и больно. Вскрикнув, я упала на одно колено, застонала, увидев, как стремительно темнеет штанина чуть выше шнуровки берца. Но сквозь застившую сознание пелену боли, пришло понимание - в ногу попали не случайно. Не стали убивать, лишь поубавили резвости. Зачем? Хотят узнать, что мы здесь делали, и куда подевались остальные? Скорее всего, так, только мне от этого не легче, даже наоборот. Когда вытрясут всё, что им нужно... или что там ещё они задумали... всё равно в живых не оставят.

 Эта мысль придала сил, боль отступила на задний план, ей на смену пришла здоровая злость. Я поднялась и, расставив руки в стороны для равновесия, на одной ноге запрыгала по прежнему маршруту. От резких толчков раненую голень словно объяло огнём, но я не остановилась, пока угол пятиэтажки не отрезал меня от преследователей. Конечно, эта была лишь краткая иллюзия безопасности, и поэтому медлить я не стала.

 Прислонилась к стене, левой рукой потянула вниз молнию куртки, правую сомкнула на рукоятке "интратека". Спасибо за подарок, Весёлый. Ты даже не представляешь, как меня выручил. Двадцать патронов было в магазине, один достался Флористу. Значит теперь - семнадцать для сектантов, и один, если успею - для себя.

 Жаль, не увижу больше ни друзей, ни Джуля. Очень жаль, что я так и не нашла брата. Невыносимо жаль, что в результате поисков погибли Весёлый и Дымок. Но может именно поэтому мне сейчас совсем не страшно? Скоро они оба встретят меня, я попрошу у них прощенья и дальше мы пойдём вместе. В том, что это "дальше" обязательно будет, я не сомневалась. В Зоне мной уже были увидены такие невероятные вещи, что загробная жизнь казалась самым обычным делом.

 Я никогда не задумывалась о том, какая смерть считается достойной, а какая нет. Тем более не выбирала смерть для себя. Но сейчас показалось, что умереть, стоя лицом к противнику, с оружием в руках - далеко не худший вариант. А значит - мне опять повезло. Может, правы те, кто считал меня Выбранной Зоной?

 А ещё я поняла, что последние секунды не хочу омрачать ничьей смертью. Хватит убийств. Это путь мужчин - уходя из жизни, забрать с собой как можно больше чужих. Я так делать не стану. Больше никогда никому не будет плохо из-за меня.

 Правая рука была как чужая. Даже непрерывная пульсация в раненой ладони перестала ощущаться. Я смотрела, как она поднимает тяжёлый пистолет, последний и такой полезный подарок Весёлого, почувствовала прикосновение холодного металла к виску и закрыла глаза. Осталось последнее и очень малое - двинуть указательным пальцем, лежащим на спусковом крючке.

 За углом послышались приближающиеся шаги множества ног. Давай же!

 Но я так и не сделала этого. Нет, не страх остановил меня, а ощущение неправильности такого конца. Я не хочу никого убивать, как же могу убить себя? И зачем? Вот они - те, кто сделает это.

 Первые слуги Монолита выходили из-за угла. Спокойно, не торопясь. Да и куда торопиться? У каждого в руках - по знакомому автоматно-гранатомётному комплексу.

 Я поняла, что нужно делать. Выстрелю поверх голов, но так, чтобы выглядело, будто целюсь в них. Тогда у сектантов не останется иного выхода, кроме как открыть ответный огонь. Всё произойдёт быстро, и надеюсь не очень больно. И я не запачкаю руки ни чужой, ни своей кровью.

 Я взяла пистолет двумя руками и вытянула перед собой. Монолитовцы ещё не увидели меня - сталкерская куртка сливалась с серой стеной дома, к которой я прижималась. И они наверняка думали, что раненый чужак попытается уковылять подальше или спрятаться, а не станет ждать их прямо за углом. Поэтому, чтобы привлечь к себе внимание, я негромко свистнула, вытянув губы трубочкой. Поудобнее перехватила "интратек" и приготовилась стрелять.

 А в следующую секунду, он упал к моим ногам и разом ослабевшие руки плетьми повисли вдоль тела. Окружающий мир завертевшись с сумасшедшей скоростью, начал уплывать. Нет, не было выстрелов, не было пуль, вонзающихся в моё тело, не было спасительной смерти. Просто очередной монолитовец показавшийся из-за угла, оказался моим братом Юркой.

 Они остановились, глядя на меня. Ни один не попытался поднять оружие или подойти ближе. Просто смотрели и молчали, неподвижные, как восковые фигуры. И Юрка тоже. Он выглядел куда старше, чем тогда, когда я видела его последний раз. Словно тут время шло намного быстрее, и за год, пролетевший во внешнем мире, мой брат успел из весёлого парня превратиться в хмурого мужчину с морщинами на лбу. Но это был он. И я потянулась к нему всей душой, измученной долгим одиночеством. Потянулась и телом - оттолкнулась спиной от стены и сделала шаг вперёд. В прострелянной ноге полыхнула боль, и я, не ожидавшая этого, упала на колени. Но и тогда не оторвала взгляда от лица Юрки. От такого родного лица, на котором не дрогнул ни один мускул.

 Подняться на ноги мне не удалось, то ли я ослабела от пережитого потрясения, то ли начала сказываться потеря крови, продолжающей вытекать из раны. И после двух неудачных попыток, я позвала на помощь брата, как звала его в детстве, когда не могла слезть с дерева, на которое сдуру залезла, или не справлялась с трудной задачкой в домашнем задании.

 - Юр! Юра, помоги!

 Я протянула вперёд обе руки ладонями вверх, так, чтобы ему было удобно взять меня за них и поднять на ноги. Но брат не пошевелился.

 - Юра, ты не узнал меня? Это я - Слава. Я пришла за тобой. Я изменилась? Ты тоже... немного.

 Он не ответил, не пошевелился. И остальные сектанты тоже стояли без движения.