Сергей Симонов - Древний свет

— Куда же запропастилась твоя подружка, Игорек? — спросил Лугарева сидевший справа Голдштейн. — Не иначе, как отсыпается после ночной корриды…

— Не знаю, — пожал плечами Лугарев. — Может, рога в двери застряли? Наконец появилась Селестиэль со свертком в руках. По ее виду невозможно было даже предположить о ночном происшествии. Она уселась рядом с Лугаревым, как ни в чем не бывало. В ее глазах бегали веселые искорки, как у школьницы, задумавшей отмочить не совсем приличную шутку.

— Куда ты уселась, Селестиэль? — сказал Феанор, — Мы только тебя и ждем. Покажи нам наше знамя.

— Сейчас, — ответила она. — Ломион должен принести древко. Ломион вошел в зал, неся в руке тонкий полированный шест длиной метра три. Селестиэль положила сверток на стол, частично развернув его. Зашелестел шелк, сверкающий чистым серебром. Селестиэль вдела шест в тканевую трубку, пришитую к серебряному краю. Ломион поставил шест вертикально, Селестиэль развернула знамя. Традиционные цвета нолдоров — серебряный и ярко-голубой — разделяла по диагонали яркая желтая молния. В центре знамени молнию закрывал большой черный круг, в который был вписан белый геральдический щит с суженой «талией». Нижнюю часть щита окаймляла желтая лента с вышитыми на ней алыми рунами, что делало композицию похожей на эмблему какого-нибудь авиакрыла. Все поле щита занимал алый контурный лотарингский крест.

— Очень хорошо, — одобрил король Финве, выразив общее мнение. — Очень красиво.

— А что это за черный круг? — тихо спросил её Лугарев. — как-то не вяжется со всем остальным — слишком мрачно…

— Ничего подобного, — так же шёпотом ответила Селестиэль. — Черный — не только цвет Зла. Это еще цвет тайны и цвет мести. А черный круг — главный символ нашего Ордена.

— Да? И что же он означает? Что-то вроде Круглого Стола короля Артура?

— Мимо. Но к столу имеет отношение. Попробуй еще.

— Гм…, - Лугарев задумался. Король пригласил всех садиться и продолжить совещание.

— Ну? Придумал? — Селестиэль ткнула Лугарева локтем в бок.

— Ммм… погоди…, - он вдруг беззвучно рассмеялся, стараясь не привлекать внимания. — Да уж… Вот уж не думал, что у тебя такое сочное чувство юмора.

— Ну, так… с кем поведешься, — пожала плечами Селестиэль.

— М-да… Так издеваться над процессом творения истории…

Интересно, что сказали бы все эти короли нолдоров, — риторически произнес Лугарев, — если бы узнали, что на знамени их священного крестового похода изображена тефлоновая сковорода?

Им оставалось решить еще всего лишь пару неотложных вопросов, как вдруг за дверью тронного зала послышался шум, а затем голос:

— У меня срочное известие для короля! Двери распахнулись, и в зал влетел растрепанный эльф, темноволосый и темноглазый, по виду — из мореходов — тэлери, населявших гавань Альквалонде и берега Эльдамарского залива. Он подбежал к трону и опустился на одно колено шагах в десяти от короля Финве.

— Что случилось? — спросил король.

— Государь, беда! Летающие крабы Моргота напали на Альквалонде! — выпалил посланец. — Есть раненые, много домов разрушено. Но хуже всего другое. Они похитили славного короля Эльве Синголло и его супругу, майю Мелиан!

— Тингол похищен?! — вскочила с места Галадриэль. — И Мелиан тоже? Но зачем?

— Что же ваши машины? — недовольно спросил король, глядя на Лугарева и Голдштейна. — Не вы ли обещали прикрыть Валинор с воздуха?

— Огненные стрелы смертных не подвели, — ответил вместо них посланец. — Они сбили шестнадцать летающих крабов, но четырем удалось уйти; они уходили плотной группой, и у них были похищенные заложники. Люди не могли стрелять…

— Понятно, — произнес король. — Не обижайтесь на мои слова, я лишь беспокоился о старом друге.

— А что с субмариной? — спросил Лугарев. — Подводный корабль? Он не пострадал?

— Его не было в гавани, — ответил эльф.

— Странно все это, — задумчиво произнес Феанор. — Зачем Морготу это понадобилось?

В то время как экспедиционный корпус нолдоров готовился к переброске на помощь Гондору, в самом Гондоре происходили не менее серьезные события. Моргот и его подручные паукообразные не теряли времени даром.

Прошло всего лишь три дня после высадки, а они уже разгрузили свои планетолеты, рассредоточили технику, обезопасив ее от дальнейших ракетных ударов, и начали продвижение на запад двумя колоннами.

Первая из них шла из восточных степей через бесплодную и труднопроходимую равнину Дагорлад вдоль северного края Пепельных гор. Вторая продвигалась через жаркие песчаные пустыни Харада к его столице — Хриссааде. От этого города уходил на северо-северо-запад наезженный тракт, по которому шли купеческие караваны — из Харада в Гондор и дальше, в другие страны Северного мира. Вторая колонна, собственно, сформировалась лишь на подступах к Хриссааде; до этого войска Моргота шли отдельными группами от каждой посадочной зоны, что еще более затрудняло борьбу с ними. Летающие крабоиды прикрывали с воздуха каждую группу, встречая градом плазменных сгустков атакующие самолеты Вечности. К 25 августа отдельные отряды объединились и подошли к Хриссааде.

По предложению Бартона данная группировка получила условное название «Пустыня». Северная группировка в переговорах и документах союзников именовалась «Прерия», центральная группировка, остававшаяся пока что в Черной стране, обозначалась у союзников как «Оперативная группа „Горгорат“» — по названию бесплодного глинистого плато в Черной стране, где концентрировалась большая часть ее сил. Кроме этого, как уже указывалось ранее, воздушные подразделения Моргота дважды атаковали Валинор и постоянно совершали рейды на Гондор.

Столица Соединенной империи пребывала в эти дни под постоянной угрозой атаки с воздуха. По шесть — семь раз в день над Минас-Анором прокатывался вой сирен воздушной тревоги — радары раннего обнаружения засекали приближающиеся с востока группы летающих крабоидов. Горожане прятались по подвалам, несколько звеньев истребителей Вечности, барражировавших над городом, уходили на перехват, обычно это были Су-27, дежурная эскадрилья перехватчиков поднималась с базы Минас-Анор, а немногих прорвавшихся к городу крабоидов встречали зенитные ракеты. Тем не менее, отдельные вражеские аппараты все же прорывались к городу и к базе, обстреливая наземные объекты сгустками плазмы. В целом ПВО восточной части Гондора была возложена на базирующийся возле Минас-Анора полк Су-27. Остальные подразделения авиации союзников работали непосредственно с баз в Вечности, на 258-й линии времени, сосредоточившись в основном на базе Инджирлик на территории Турции. Самой Турции, как и других государств, на опустевшей 258-й линии не существовало, но необходимые Вечности объекты, такие, как Инджирлик, поддерживались в работоспособном состоянии. Вечность использовала этот конфликт для тренировки своих летчиков, поэтому предполагалось, что подразделения будут быстро сменять друг друга. В данный момент по группам «Пустыня» и «Прерия» действовали два полка бомбардировщиков Су-24М и два полка вертолетов Ми-24, а по менее маневренной группе «Горгорат» работало переброшенное с острова Диего — Гарсия на базу Оранж на территории Франции крыло стратегических B-52G. Наземные силы союзников лишь начали подтягиваться к зоне действий. Пока что в Гондор прибыли только гномы Агларонда и ополчение из Приозерного королевства, спешно переброшенное вниз по Андуину на ховеркрафтах — десантных катерах на воздушной подушке.