Михаил Бычков - Подземка

«Газель» описала дугу, опасно накренилась, но потом стала как вкопанная. Я приподнял очки и вытер выступивший на лбу холодный пот.

Правая передняя дверца распахнулась, из нее вывалился Ботвинник. Раненый и, похоже, не очень сильно. Димка не упал, он шатался, но все равно держался на ногах. Я подскочил к нему, но старшина отстранился и коротко приказал:

– Отставить. Я справлюсь. – И добавил, с трудом шевеля разбитыми губами: – Разгружаемся и уходим. В темпе…

Вскинул автомат и уставил ствол в небо. Все верно, кому-то придется прикрывать. Скоро здесь будет кишмя кишеть разная нечисть.

Я машинально посмотрел на подсвеченный циферблат наручных часов. Еще минут сорок мы можем оставаться на поверхности, но гарпии справятся с нами гораздо быстрей.

АКС Ботвинника застучал короткими очередями. Под аккомпанемент выстрелов мы похватали добычу и поволокли к станции.

– Мать твою! – выругался Толик.

Дорогу к спасению перегородила целая орава ходячих трупов. Похоже, их привлек шум, и они умудрились перекрыть нам путь. Хочешь – не хочешь, придется прорываться сквозь плотный строй.

Я поднял автомат и, удерживая его в правой руке, стал методично, будто на учении, отстреливать одного зомбаря за другим. Мертвецы падали, но место окончательно почившего в бозе занимал следующий неупокоенный. Казалось, этому не будет конца. Патронов на всю ораву просто не хватит, а орудовать прикладами в таком скоплении невозможно. Нас могли задавить количеством, мы теряли драгоценные секунды. Этим не преминули воспользоваться гарпии.

Они с клекотом пронеслись над нами на бреющем полете, будто штурмовики. Две замыкающие строй гадины ловко подхватили когтями Славку Терехина и без особых усилий подняли в небо. Это случилось так быстро, что никто не успел среагировать. Антон как раз расстрелял последнюю автоматную обойму и лез в кобуру за пистолетом, а мы были слишком увлечены мертвецами.

Толик поднял автомат и тут же опустил: Славку утащили на такую высоту, что, если бы даже удалось сбить гарпий, не зацепив его случайной пулей, при падении он все равно бы разбился насмерть.

Караван потерял еще одного поисковика.

Что ж, мы знали, на что идем. Бравада на острие бритвы не может быть вечной. Рано или поздно наступает расплата. Прощай, Славка! Ты был отличным парнем.

Стая, сделав над площадью круг, возвращалась. Тогда я понял, что мы влипли. Патроны на исходе, бери голыми руками – не хочу.

Безоружному с крылатой тварью не совладать, а уж когда их штук по десять на одного, о сопротивлении можно и не мечтать. Осталось одно: продать наши жизни как можно дороже, а перед уходом в небытие выпустить в висок прибереженный по такому случаю последний патрон.

Что же, в какой-то степени моя жизнь удалась. Не все, разумеется, переделал, не все довел до конца, но перед смертью будет что вспомнить, а ради этого стоило жить и умереть. Жаль, рубаха на мне не чистая, ну да ладно. Кому надо, поймет и простит.

Я вставил новую обойму, отбросил старую и попер на скопище зомби, как бульдозер. Выстрел, горячая гильза падает на асфальт, во лбу жертвы расцветает розовым бутон-дырка, следующая пуля укладывает другого монстра, и так шаг за шагом. Наверное, моя песенка спета, но последний куплет просто обязан остаться бравурным.

И тут ситуация коренным образом изменилась. Вмешалась другая, дотоле неведомая сила.

Я присвистнул от удивления, не поверил своим глазам. Здоровенный черный джип размером с вагон ворвался на площадь и врезался прямиком в скопление тварей, принеся с собой сумасшедшую какофонию: оглушающий рев двигателя, протяжный звук клаксона и громогласная музыка из колонок – что-то хардроковое, похожее на гитарный «запил».

Не знаю, что за «металлюга» в этом «вагоне» сидел, но ловкости водителю прожорливого механического чудовища было не занимать. Джип десятками давил ходячих трупов, валил приземлившихся и потому не очень поворотливых гарпий, сминал нечисть поменьше калибром.

Теперь к какофонии примешались треск ломаемых костей, хлопки кожистых крыльев и хлюпанье крови.

Помощь пришла как нельзя вовремя. Еще немного, и нам был бы каюк.

Что касается личности водилы – сейчас меня мало интересовал вопрос, кто сидит за рулем. Если уничтожает наших врагов, значит, пока что он на нашей стороне.

Водитель, утюживший монстров, решил перейти к более активным действиям. Джип остановился метрах в десяти от нас, блестящая лакированная дверца распахнулась. Стройная высокая фигура в армейском камуфляже с двумя автоматами наперевес выскочила из салона и, взгромоздившись на крышу автомобиля, открыла поистине ураганный огонь. Подстреленные гарпии градом посыпались с неба.

– Баба! Дери меня за ногу, это же баба! – Толик, не сдержав удивления, хлопнул себя по ляжкам.

Отстреляв два рожка, фигура спрыгнула с крыши и, молниеносно преодолев разделяющие метры, оказалась возле нас. Все верно, чутье не подвело Толика. Водителем черного джипа и нашим спасителем оказалась девушка. Я не успел толком разглядеть ее лицо, но что-то в нем сразу показалось неправильным.

Не сразу, но до меня дошло: поисковики всегда выходят на поверхность в защитных очках, а наша спасительница совершенно спокойно обходилась без них.

У нее были большие зеленые глаза, как у кошки. Их взгляд притягивал как магнит.

Я так и не понял, когда она успела сменить обойму, но теперь девушка заняла позицию между нами и толпой перекрывших дорогу мертвецов. Два автомата застучали в унисон. В рядах живых трупов образовалась неширокая, но вполне достаточная для нас прореха. Девушка без всяких раздумий шагнула первой, мы, трое выживших, за ней.

Зомби вдруг будто бы сами потеснились, давая нам коридор. Что-то заставило их поступить таким образом. Однако гарпии облепили джип чуть ли не в два слоя, обходили его справа и слева. Шипели, угрожающе вытягивали шеи и не собирались оставить нас в покое.

Девушка круто развернулась и сунула мне свои автоматы:

– Держи!

Я оторопело схватил оружие, выпустив из рук мешок с хабаром.

– Беги вниз! – приказным тоном велела девушка.

– Что?! – вскинулся я.

Спасительница повторять не стала. Вытащила из кармана разгрузки ручную гранату, выдернула чеку и метнула, угодив в открытое окно джипа. Лимонка влетела в него, как шар в бильярдную лузу. Меткость была потрясающей. Я бы точно не попал. Это могло быть как чистым везением, так и… Додумать я не успел.

– Сматываемся! – завопил сообразивший, что к чему, Толик.

Второй раз надрывать голосовые связки ему не пришлось.