Роберт Торстон - Соколиная заря

Хотя Пери понимала, что могла бы легко убежать от этого ребенка, любопытство заставило ее остаться на месте.

– Ты собираешься выдать меня и получить что-нибудь в награду?

Девочка пожала плечами.

– Не сейчас Ты похожа на меня Почему? Не отвечаешь? Ты – мой пленник, шпион-страваг. И если понадобится, я буду пытать тебя. Идем со мной

– Зачем куда-то идти? – улыбнулась Пери. – Ты вполне можешь допросить меня и здесь.

– Ага, – хмыкнула девочка. – Пока ты ищешь способ улизнуть? Нет уж, шпион страваг, у меня припасено местечко скрытое. Пошли туда. Поднимайся.

Пери показалась удачной мысль принять игру этой девочки.

Даже если ребенок отведет ее к кому-нибудь из приспешников Бальзака, для Пери не составит труда, с ее положением в касте ученых, выпутаться из любой переделки, предоставив удовлетворительные объяснения. Худшее, что могло произойти, – это возвращение в Айрон-холд и выговор от начальства.

Девочка провела Пери сквозь какие-то кусты к той части ограды, где она без труда смогла приподнять один сегмент, позволивший обеим проникнуть в лагерь.

– Давно уже вывела из строя сигнализацию, – пояснила девочка – Я спец в таких делах. Можно тайком выбираться наружу Думаю, что когда-нибудь увижу что-нибудь этакое… А зовут меня Наяд.

– Пери.

– Ты красивая, Пери. Вроде меня.

Лазейка была маленькой, но Пери все-таки протиснулась сквозь узкую щель и проследовала за Наяд до ближайшего здания – это оказалась заброшенная казарма.

– Заходи, – скомандовала Наяд, показывая на дверь. – Скоро я должна возвращаться, так что надо говорить быстро. Так что колись, шпион-страваг, и, может быть, я тебя не выдам!

Учебный центр сиб-группы 111

Лес Керенского

Айронхолд

Кластер Керенского

Пространство Кланов

3 января 3060 года

Пери не была внутри казармы с той самой поры, как несколько лет назад сама была курсантом. Последний раз это случилось тогда, когда она была исключена из процесса подготовки перед поспешным вылетом с Айронхолда на планету Нефритовых Соколов, Токаша, где она работала на практике в касте ученых.

Закончив практику, Пери стала полноправным членом касты и даже получила лабораторное имя Уотсон. Надо сказать, что фамилии ученых раздражали воинов. Фамилии самих представителей воинской касты – родовые имена – были довольно немногочисленны и завоевывались посредством состязаний, где победитель должен был одолеть тридцать двух воинов в серии последовательных поединков. Воинам было не по нраву то, что высокопоставленным ученым так легко присуждались фамилии, хотя те и старались не употреблять их за пределами своей касты, а сами фамилии не имели особого веса с точки зрения традиций.

Первоначально родовые имена были именами тех, кто бежал вместе с Александром Керенским из Внешней Сферы. Когда Николай Керенский создал Кланы и выдвинул концепцию родовых имен, которые могли носить, только лучшие из воинов, представлялось вполне логичным, чтобы эти фамилии вели свое происхождение от самых преданных Николаю и при этом выдающихся людей. Ученые же заимствовали свои фамилии у знаменитых в истории Терры деятелей науки, хотя бывало иначе – яркий пример тому нынешний Генерал-Ученый Бальзак.

Пери слышала, что Этьен выбрал себе это имя, так как ему показалось, что некий древний автор препарировал человеческое общество с дотошностью и профессионализмом настоящего естествоиспытателя. Поскольку она и до этого считала Бальзака напыщенным глупцом, подобный слух вовсе ее не удивил.

Невольно зажмурившись, Пери переступила порог и сразу ощутила привычный запах казарменного пота. Открыв глаза, она увидела запустение, свидетельствующее о том, что здание было, давно заброшено.

Пери предположила, что оно не используется – ввиду генеральной перестройки, которая, как она слышала, проводилась во всех лагерях ускоренной подготовки Айронхолда как составная часть интенсификации учебного процесса, призванного пополнить выходящими из его стен новобранцами испытывающие нехватку личного состава силы вторжения – перед броском во Внутреннюю Сферу.

Кроме бойцов, которых готовили лагеря ускоренной подготовки, войска получали пополнение и таким образом: на Стране Мечты проводились так называемые Войны Сбора, после которых воины из частей, не принимавших участия в первоначальном вторжении, но победивших в процессе Испытаний, получали возможность присоединиться к какому-нибудь подразделению одного из Кланов.

Пери также слышала, что бывалые воины осуждали подобные нововведения, утверждая, что в целом процесс подготовки курсантов стал слишком прост. По слухам, высшее командование стремилось к тому, чтобы все большее число курсантов получало номинальную квалификацию и чтобы некоторые правила, касающиеся подготовки, были упрощены.

Что из слухов соответствовало действительности, а что было основано на проявлении традиционного недовольства ветеранов новыми порядками, Пери не уяснила. Однако на самом деле все обстояло так, что в то время, как возрос масштаб военных приготовлений, все увеличивающееся число курсантов успешно проходило Испытания Места.

Офицеры-наставники утверждали, что новые методы подготовки способствуют выявлению лучших качеств курсантов. Вскоре Кланы возобновят вторжение, и на этот раз они полны решимости победить.

Эти деревянные стены, должно быть, насквозь пропитаны солдатским потом, – подумала Пери, проходя дальше по коридору и очутившись в большом зале. – Припоминаю, что в казармах, где проходили подготовку мы с Эйденом Прайдом, пахло тонна так же. Да, с Эйденом. И еще с Мартой Прайд. Что сказал бы ты о ней теперь, Эйден? Тебя не стало задолго до того, как она сделалась Ханом Нефритовых Соколов, но мы, наверно, уже тогда понимали, что таково ее предназначение. Но хватит. Не хочу о ней вспоминать. Когда мы были курсантами, Марта отвернулась от тебя, а ты простил ее. Эта дурацкая философия, оправдывающая любой поступок, совершенный во имя Клана!..

Марта и Эйден проводили свои Испытания одновременно. Марта, движимая честолюбивым желанием получить чин звездного командира в войсках Клана, одолела двух боевых роботов, один из которых пилотировал Эйден.

Что ж, все это – лишь грязь под ногой боевой машины. Марта – Хан, я – в касте ученых, а Эйдена больше нет. Тем или иным способом мы все послужили Клану, а двое и до сих пор служат. Да и память об Эйдене все еще приносит пользу Клану. Молодые воины почитают героя. Но, Эйден, если бы ты и Марта узнали, как смеются над традициями Клана ученые в частных разговорах, то, наверное, вы взяли бы в руки оружие и устроили небольшую кровавую баньку… Или же вы просто отмахнулись бы от такой ерунды? И в самом деле, какая разница, что там думает низшая каста? Да, пожалуй, это более вероятно…