Юрий Вольнов - Сталь и песок

— Эй мужики… это серьезно? — сглотнув комок, Череп вцепился в рукав санитара.

— Спокойнее сержант. Все будет нормально, — болезненно поморщившись, попытался разжать хватку медик. Терпеливо посмотрев в глаза, спокойным, чуть ли не ласковым голосом продолжил: — …парень, если будешь меня держать, то уже будет серьезнее. Его ждут. Заштопаем и будет как новенький.

Извиняясь за порыв эмоций, Череп расслабил хватку. Отстранено наблюдая, как пожарные "муравьи" ползают по "добыче", отметил, что дежурная команда с пожаром справились.

Залитая пеной Милашка напоминала припорошенное снегом животное, застигнутое внезапным снегопадом. Удручающую картину дополняли росчерки попаданий, проступая алыми рубцами застывшего метала, добавляя причин для волнения красных автокаров, тревожно носившихся вокруг Милашки в ожидании новых очагов возгорания.

Заметив медика склонившегося над безвольно раскинувшимся Косяком, Череп застыл статуей.

— Что с ним?! — бросившись к стрелку, схватил медика за плечо. Вглядываясь в окровавленный комбез, Череп с замиранием сердца боялся найти открытую рану, — Он тоже ранен?!

— Да нет, — поднявшись отряхнулся медик, — просто отравление химией., что-то ядовитое там горело. Сейчас очухается.

— А кровь? — не понимающе, пробормотал Череп, растерянно разглядывая багровые кляксы, украсивши комбез Косяка.

— Так это не его. Это он вытаскивал здоровяка, вот и испачкался, — успокоил санитар. Глянув на начавшего подергивать ногами Косяка, торопливо закончил, — Ну я это. Пойду уже…

Махнув на прощание, Череп бережно поднял голову Косяка, на колени. С радостным писком закончившихся процедур "еж" отвалился. Втянув иголки инъекторов, безжизненно брякнув пустотой, покатился под Милашку.

Заходя на уровень лазарета, Косяк морщился как в цеху переработки отходов. Болезненная реакция на запах препаратов, благодаря "долбаным ежикам", мучила Косяка всякий раз при виде красного креста. Доверив Черепу вести переговоры с дежурным медиков, сам предусмотрительно стоял позади. Терпеливо дожидаясь пока санитар свяжется с доктором, а доктор даст разрешение на посещение больного, Косяк считал до ста. В прошлый раз он только успел досчитать до пятнадцати, а на третьей минуте его отдирали от ухоженного медика дюжие охранники.

Выведенный из терпения "вонючими" запахами и чопорностью медиков, Косяк не желал и слышать о том, что его не могут пустить в реанимацию. А пробуя решить вопрос своими методами, добился только часовой лекцию о терпимости, в исполнении Черепа и хмурого Негра.

— Доктор разрешил только пятнадцать минут, — тягучи проговорил манерный медик. Каким-то женственным жестом оправив белый комбез, едва ли не танцующей походкой двинулся в глубь просторного коридора.

— Состояние уже стабилизировалось? — вежливо спросил Череп.

Отставая на несколько шагов, старался идти чуть в стороне. Всем своим видом показывая, что он не с этим — "расфуфыренным мужчинкой".

Косяк глядя на Черепа, вяло усмехнулся. Шагая рядом с командиром, начал прижиматься к тому бедром. Поигрывая бровью строил глазки.

— Косяк — сволочь, отвали! — тихо прошипел, залившийся краской Череп. Локтем, ткнув Косяка, рассержено сверкал злым взглядом, — …нашел тоже. Место для шуточек.

— Друг, — томно протянул Косяк, выдавая глазами скорострельное моргание, — Ты чем-то расстроен? Давай я тебе сделаю массажик?

Коротая блуждание по коридорам раздракониванием командира, Косяк заметил, что медик бросает на него ласковые взгляды, полные призыва, а скользя по Черепу — брезгливо отчуждение.

Остановившись перед дверью рубрика, медбрат вежливо улыбаясь открыл дверь. Собравшись пройти, Косяк столкнулся плечом с санитаром. Недоуменно взглянув, наткнулся на горячий шепот:

— Приходи к нам. Сегодня вечером. Позвони…, — всунув пластиковую карточку, в руку, медик благоухая уплыл танцующей походкой.

— За, что боролся…так тебе и надо, — ехидно захихикав, вставил Череп. Проходя мимо, пятерней залепил Косяку по заднице, — Дыбе скажу, что бы к тебе — спиной не поворачивался. Сладенький ты наш.

— Да пошел ты…, — еще не прейдя в себя, начал Косяк. Злясь, выдал тираду, полную специфики однополой любви.

— Это не ко мне… скажу Негру, что вечером ты будешь сильно занят. Думаю, освободим тебя на один вечерок., что бы ты развеялся. Но учти. С одной миски теперь жрать не будем… — увернувшись от тычки в плечо, Череп хохоча влетел в просторную палату.

Помещение рассчитанное на трех человек, была занята двумя сдвинутыми койками. Белизна общего фона, разбавлялась только светом нескольких настенных голограмм, изображавших земной лес, да и индикаторами многочисленных консолей. Мягкое гудение тумб медицинского оборудования, дополнялось ритмичным раскачиванием лиан капельниц. Облепив ложе путаницей проводов, стойки напоминали жадных пауков, тянувших к бледной жертве свои отростки щупальца.

— Здорова, халявщик! — закричал с порога, Косяк. Обалдело оглядываясь, восхищенно цокал, — Ну ничего себе хоромы. Да у тебя тут прямо курорт! Сюда бы девок, пару бочек пива… я и сам бы покалечился.

— Да зачем калечится, — заулыбался Череп. Ехидно улыбаясь мотнул головой за дверь, — Все в твоих руках. Вернее в другом месте… Глядишь тебе по блату, али за красивое место, сюда поселят. Будешь, как сыр в масле кататься…

— Вы о чем? — бледный Дыба, заинтересовался разговором. Наблюдая за покрасневшим Косяком, и давящегося от хохота Черепом, — Я тоже хочу знать.

Вкратце, но с эмоциями, Череп поведал эротический триллер, где в главной роли выступал Косяк — незаслуженно обделенный лаской и вниманием, а в роли сочувствующих — местный голубоватый медбрат. Прерывая театральную постановку, Дыба хватался за живот, отсмеявшись требовал продолжения "трагедии". Встречаясь взглядом с покрасневшим Косяком — давился новым приступом смеха.

— Череп, Доцента предупредить нужно., что бы пустотную смазку взял под особый контроль. Теперь понятно куда тридцать килограмм делось…

— Косяк, неужто у них весь вазелин кончился? — поддерживая Дыбу, сержант сочувственно качал головой, — прям беда какая-то…

— Слушайте вы…я не посмотрю, что один калека, а второй при звании… накостыляю — мало не покажется, — делая вид, что обиделся, прошелся по кубрику. Заметив поднос с завтраком принял охотничью стойку, — а ты че? типа уже пожрал?

От души повеселившись, Дыба разрешающе махнул рукой. Поудобнее сев, начал смотреть как Косяк уплетал больничный паек.