Юрий Вольнов - Шепот звезд (Сталь и песок 2)
Преобразившая узница уже не напоминала напуганную хрупкую девчушку: на Немезиса взглянула повзрослевшая и полная сил повелительница душ; прямой взгляд полный мощи; уверенная осанка владычицы; и грудной, полный шипящих звуков голос…
– Кха-нарт…, – обнаженная "матка" восседавшая во втором кресле пилота, от возбуждения вскинулась на встречу проектору. Глаза загорелись огнем ненависти, а красивое лицо исказилось в маску отвращения, – Вот мы опять увиделись… Но теперь я тебя знаю. Ты не ОН. ТЫ слабое подобие, тень. Теперь я тебя знаю, чувствую шепот твоего сердца…
Словно принюхиваясь, прислушиваясь ко внутренним ощущениям владычица наклонила голову и, всматриваясь в проекцию воина, хищно улыбнулась.
– Скоро ты будешь мой…
– Отпусти Филицию…
– Зачем тебе мой первенец? – задала вопрос бывшая пленица, властно опустив на подставленное лицо ладонь, ласково потрепала опаленные сражением короткие волосы. Вспыхнувшая во взгляде материнская любовь, и страстный поцелуй в жадно подставленные губы, прокатился по телу Филиции судорогами неземного блаженства, – она счастлива. Обрела покой и познала радость материнской ласки…
Мягко отстраняясь от губ блаженно улыбающейся девушки, владычица тихо проговорила ласковым полушепотом:
– Она будет началом моего Рода… Самого великого рода Цзан-Ла в лоне Великой Праматери, – резко обернувшись, впилась в собеседника взглядом, и презрительно скривившись, ядовито зашипела: – а что ей можешь дать ты, бледный призрак Кха-нартов?! Пепел вашей расы разносит звездный ветер, вашу гордость, застывший свет звезд выжгло гневом светил, а немногочисленные остатки народа рассеянны по вселенной мертвыми камнями… Разве ты сможешь дать ей все, что она пожелает? Избавить тело от съедающей боли и страданий! Подарить вечность гармонии и любви, радость бесконечного удовольствия!?
– Такой ценой?- ответил Немезис, – Лишенные собственной воли, способности самостоятельно мыслить и принимать решения люди становятся рабами, стадом животных…
– Так было до прихода Праматери, но теперь все изменится! – торжественно выкрикнула владычица. Вновь опустив руку на робко поскуливающее и ласкающееся существо, нежно тому улыбнулась:
– И ни что не остановит Праматерь…
ГЛАВА 47
Экстренное совещание было в самом разгаре. Полный состав Совета Семи, подавленный Данилов с хмурым Крафтом, в полном молчании слушали доклад виртуального образа. Уменьшенная копия человека, воссозданная синим свечением голо проектора, вытянулась в струнку пред нависающими людьми. Едва помещаясь в рабочем кабинете коменданта, присутствующие не отрывали напряженных взглядов от говорившего техника:
– … собрав информацию о строении и планировке корабля, сбежавшие с карантина экипаж баржи, вскрыл ближайший склад и добыл запасные реакторы для ремонтных киборгов малого класса. Используя их как мины отправляли людей- смертников по всему кораблю. И пока основная группа освобождала матку, остальные взрывались по всему крейсеру. Не полная команда и автоматика крейсера не смогла остановить диверсию, в результате чего группа диверсантов проникла в тюремный блок и освободила пленницу…
– Ученым удалось вычислить эпицентр вспышки биологического излучения неизвестного вида. Это оказался полетный ангар, в момент когда туда прибыла сбежавшая пленница в окружении сторонников. Записи фиксаторов еще изучаются, но уже можно заключить, что одновременное умерщвление двенадцати человек из команды торговой баржи и вспышки неизвестного излучения – это взаимосвязанные события. Но научного объяснения этого феномена нет.
– Повреждения крейсера устранены на 98 процентов, госпиталь зафиксировал восемьдесят шесть смертей и реанимирует сорок восемь пострадавших, судьба без вести пропавшей девушки пока остается неизвестной. Дежурный оператор виртконтроля Суманов, доклад окончил.
– Что показало обследования места аварийной посадки "Шмеля"? – поддавшись вперед, нетерпеливо спросил Данилов.
– Как и предполагалось,- проецируемая на черную гладь стола фигурка докладчика растворилась в сиянии, и весь стол покрыла карта планеты, на которую тут же была выведена запись аварийной посадки подбитого "Шмеля", -… обследовавшая обломки катера оперативная группа не обнаружила останков людей.
– Ушла сука, – зло выдавил Данилов, грохнув кулаком по столу, – Говорил же, еще бы с орбиты выжечь, так нет… кому- то девица очень дорога.
Хмурый Крафт, всегда одергивающий Данилова в моменты излишнего проявления эмоций, сейчас подавленно молчал. До совещания, он уже успел виртуально пообщаться с Даниловым. Едва не растерзав торговца, узнав кто знал о костюме "оборотня" и не отобрал столь опасную игрушку из рук "девицы", командор пребывал в приступе бешенства. И растерзал бы в клочья за гибель своих людей, если бы Совет Семи не созвал всех на экстренное совещание.
Крафт бросил настороженный взгляд на молчаливо восседавшего у стены Немезиса. Присутствуя с самого начала, "воскресший" не проронил ни слова и даже явный укор Данилова, не вызвал и тени эмоций. Адмирал волны был нем и неподвижен. Повисшая неловкая пауза затягивалась.
Пока командор вновь не взял снимки страшной трагедии в руки. Не просмотрев и половины, с окаменевшим лицом скомкал полупрозрачный лист пластика и бросил в центр сияющей проекции поверхности планеты.
– Надо найти тварь любой ценой. Квадрат за квадратом, прочесывать джунгли и выловить эту ведьму, – слова слетали, словно капли раскаленного метала. Достигая сознание слушателей, заставляли почувствовать себя неуютно, вблизи вулкана клокочущей ярости, – Эту тварь заставлю пройти все круги ада, поджарю на медленном огне. Она ответит за все смерти в сто кратном размере…
– Не гоже уподобляться зверю, – перебил Данилова, могучий голос старика.
Восседавший за столом старец, даже в простой робе колониста, не отличавшейся особыми изысками, выглядел величаво. Густая седая борода была заплетена в несколько косичек с вплетениями черных лент. Сияя символами нечетких рун, ленты переливались мрачным глянцем, и притягивали взоры присутствующих диким контрастом между не уместным в комнате духом старинны и царившего по всюду торжества современной технологии. Свободный серый балахон со стертой эмблемой какой-то корпорации резко контрастировал с черным покрытием стола и металлическим блеском эргономичных кресел.
Отложив в сторону свою копию снимков, старик из Совета Семи расправил могучие плечи, и тяжело вздохнув с укором покачал головой.
– Не давай волю мести. До добра она не доводит.