Дэниел Моран - Изумрудные глаза

Жорж д'Аржантен, занимавший пост в другом конце вестибюля, с упорством маньяка безостановочно расхаживал перед лифтами. В руке небрежно покоился боевой лазер. Разгуливая, он все дальше и дальше удалялся от лифтов. Неожиданно д'Аржантен застыл, коснулся пальцем мочки уха, некоторое время вслушивался в сообщение, передаваемое по каналу командной связи. Затем коротко кивнул и направился в сторону Шарбоне:

– Морис!

У младшего офицера не было никакой уверенности в том, что голос, проникающий в его сознание, реален и принадлежит д'Аржантену. Например, в последние часы он только и делал, что беседовал е отцом, умершим пятнадцать лет назад. Это случилось после того, как обезумевшие телепаты Кастанавераса бросили вызов всему миру и, что хуже всего, Миротворческим силам Объединенных Наций. Когда отец в первый раз окликнул его, Шарбоне аж холодный пот прошиб, однако он сумел справиться, и они даже поговорили о том о сем. Потом за окнами начал разгуливать Логриссен. Морис решил переспросить:

– Сержант, вы что-то сказали?

Молчание, потом д'Аржантен остановился, задумался. Морис готов был биться об заклад, что знает, чем озабочен начальник. Советник Карсон лично приказал Шарбоне держать себя в руках, проявлять спокойствие и благоразумие, а вот сержант д'Аржантен просто игнорирует Мориса. Теперь он передумал, осознал свою ошибку и направляется к нему, чтобы сообщить, что он ошибался в Шарбоне, но теперь уверен – Морису вполне можно доверить ответственное задание...

– Да, это я. Твой отец умер, Морис. И Логриссена нет в живых. Их уже давным-давно нет на белом свете.

Шарбоне прекрасно понимал, что спорить с д'Ар-жантеном бессмысленно. Он вел себя так, будто у него мозги поехали. Из глубины сознания пришла мысль, что у них у всех что-то не в порядке с психикой и началась эта кутерьма, когда питомцы Кастанавераса заперлись в Комплексе. Каким образом д'Аржантен вдруг решил, что Морис вспомнил отца? Как он мог догадаться, что Лог­риссен изводит его? Ему припомнились похороны, окровавленный труп Логриссена.

– Так точно, сержант, – отрапортовал он, – вся эта дрянь сама собой лезет в голову. Пытаюсь справиться.

– Мне только что сообщили, что космические силы объявили готовность номер один. Генеральный секретарь Амньер одобрил требование сержанта Венса. Тот приказал нанести тактический термоядерный удар по Комплексу Чандлера.

Шарбоне судорожно сглотнул.

– Но они же все погибнут, господин сержант! Все эти дети-телепаты в здании. Д'Аржантен издали кивнул:

– Так мне передали.

– Исключая двух детишек Кастанавераса, которых прячут наверху. – Шарбоне вскинул автомат.

– Они пока не представляют опасности, – резко воз­разил д'Аржантен. – Они еще маленькие. Угроза исходит от взрослых телепатов, а от них скоро избавятся. Подумай об этом.

– Как прикажете, сержант.

В этот момент Карл Кастанаверас тридцатью пятью этажами выше сбил охранявшего выход на крышу миротворца. Несколькими минутами позже, когда младший офицер Морис Шарбоне вновь принялся следить за уловками настырного Нильса Логриссена, самый старый телепат на Земле спускался на лифте на восьмой этаж, где прятался советник Карсон. В одной руке он сжимал автомат, в другой – старый верный «эскалибур».

Он направлялся за своими детьми.

Я определило код доступа в систему.

Трент встал. Нестерпимо хотелось пить. Что делать потом, когда дверь откроется, он понятия не имел. Разве что напиться?

– Открывай клетку. Подожди минутку. Еще не готово. В следующее мгновение послышался глухой взрыв, и пол в камере заходил ходуном.

– Что это? – испугался мальчишка. Небольшая диверсия. Так будет легче сбежать.

– Нет, что это было?

Аэрокар на трансконе, пришлось направить его в стену базы. Это как раз возле твоей камеры. Сейчас они забе­гают.

– О нет! – Трент не смог скрыть ужаса. – Там же были... Ты убило людей, находившихся в машине?

Машина была пуста, дитя. Я никогда и никого не убиваю без необходимости.

Трент почувствовал облегчение. Кольцо между тем продолжило:

Правда, кое-кто из миротворцев пострадал, когда аэрокар врезался в стену.

– Зачем?

Из предосторожности, Трент. Чтобы все выглядело как настоящая диверсия. Подожди немного, я сейчас открою дверь.

Дэнис Кастанаверас только что перестала плакать. Она плакала не от страха, а от бессильного гнева. Стадию страха она уже миновала. Как-то так вдруг в сознании обнаружилось местечко, где страха не осталось, а гнева и ярости хоть отбавляй. Она в них и угодила. Это было ни на что не похоже.

Дэнис давно мечтала расправиться с нехорошим Джеррилом Карсоном, если только ей представится удобный случай.

Она сидела на полу рядом с братишкой – оба очень бледные, с одинаковыми зелеными глазами. Руки детей были связаны за спиной, ноги же оставались свободными. Они могли бы встать, даже немного походить. Если, конечно, им позволят. Несколькими часами ранее Дэвид совершил ошибку. Огромный синяк на его лице красноречиво свидетельствовал о том, что в этой комнате ничего нельзя делать без разрешения советника Карсона. Когда Дэвид попытался подняться, он тут же ударил ребенка, грубо опрокинув на пол и даже не взглянув на него при этом.

«Ничего, мы еще поглядим кто кого», – мстительно скривила губки Дэнис. Других мыслей в ее маленькой хорошенькой головке не было. Она мало что понимала в похищении, ей и сейчас ни капельки не интересно, зачем этот злой Карсон украл их из родного дома. Девочка только краем уха слышала о вражде между ее отцом и советником Карсоном и даже не догадывалась, до чего могла довести их взаимная ненависть. Как случилось, что горстка телепатов с оружием в руках выступила против всей вооруженной мощи Объединения, тоже мало ее волновало. То были заботы взрослых, и прежде всего папочки Карла и мамочки Дженни.

Она сидела и деловито прикидывала, как бы ей прикончить советника Карсона, причинив тому в процессе убивания как можно больше страданий.

В правой руке тот сжимал автомат, на детишек не обращал внимания. Дэнис долго и внимательно следила за ним исподлобья. Карсон все так же сидел перед огромным голографическим экраном, на котором вырисовывался ее родной дом – Комплекс Чандлера. Звук почему-то был выключен, и только шум дождя за окном и вой ветра нарушали вязкую тишину комнаты.

Очертания Комплекса внезапно исчезли. В светящемся объеме что-то звонко щелкнуло, и экран разделился пополам. В правой части по-прежнему теснились этажи Комплекса, а в левой возник панорамный обзор, составленный из всех участков, наблюдаемых камерами службы безопасности отеля. Центральным было изображение наружного коридора, ведущего к номеру, где прятался Карсон. Здесь отчетливо различались два миротворца, охранявших подходы к нему. Один дежурил в небольшом вестибюле, куда выходили двери лифтов, другой лежал у самого порога номера. Перед ним на треноге стоял тяжелый лазер.