Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

*Демократическая Республика Афганистан, провинция Баглан, город Пули-Хумри, 9 июня 1986 года*

— Задавай свой вопрос, товарищ капитан, — разрешил Жириновский.

Он читает лекцию перед личным составом 395-го мотострелкового полка 201-й мотострелковой дивизии.

— А почему эти вот роботы будущего должны уничтожить капитализм? — спросил офицер.

Жириновский улыбнулся.

Он решил зачитать сегодня какую-нибудь необычную тему, поэтому выбрал ту, которая была навеяна ему просмотром «Терминатора» Джеймса Кэмерона.

— Объясняю! — Владимир поднял руку в останавливающем жесте. — Мы же не будем спорить, что все здесь присутствующие читали «Капитал» Карла Маркса?

Естественно, никто не стал с этим спорить.

— А что мы все хорошо знаем из «Капитала»? — спросил загадочно улыбнувшийся Жириновский. — А то, что имеется неуклонная тенденция к падению нормы прибыли, то есть, тенденция увеличения доли постоянного капитала по отношению к переменному капиталу. И я даже не сомневаюсь, что все здесь присутствующие прекрасно понимают, что постоянный капитал — это часть авансированного капитала, вложенная в средства производства, то есть, здания, станки, сырьё и иные материалы, а переменный капитал — это та часть авансированного капитала, затрачиваемая на зарплаты рабочим и, собственно, создающая прибавочную стоимость!

Офицеры с переднего ряда покивали с умным видом.

— Как очевидно для всех здесь присутствующих, из средств производства новый капитал не создать, поэтому обязательно нужны рабочие, — продолжил Владимир. — Рабочие — они же, с точки зрения буржуя, будто бы на деревьях растут! То есть, он не рожает их лично, не вкладывает деньги в их воспитание, не кормит, не поит, а просто принимает на работу, когда они достигнут подходящего возраста! А вот когда рабочий вырос, то уже можно назначить ему почти произвольную зарплату, как правило, более низкую, чем стоит производимый этим рабочим продукт! Да-да, вы всё верно поняли, товарищи — это и есть прибавочная стоимость! Рабочий бесплатный, а средства производства платные, поэтому единственный надёжный способ извлечь реальную прибыль — недоплачивать рабочему! Станку-то недоплачивать не получится, потому что он уже стоил денег и больше денег не требует!

Он сделал короткую паузу на глоток воды из стакана.

— А теперь к гипотетическим роботам будущего! — заявил он. — Вот предположим, что лет через 40–50 появятся человекоподобные роботы, которые будут способны заменять, например, низкоквалифицированных рабочих — принеси, подай, подмети, перетащи, помой. Таких роботов, естественно, захочет поскорее внедрить у себя любой буржуй, потому что конкуренты-то уже в очередь выстроились перед этой фабрикой роботов! Предположим, что средняя зарплата в условных США, у рабочих низкоквалифицированного труда будет 35 000 долларов в год, а робот, способный их заменить, будет стоить 60 000 долларов. Кому-то может показаться, что это невыгодно, но это очень выгодно! С учётом электроэнергии и амортизации, такой робот окупит себя за неполные два года, да пусть три! А ещё он сможет работать 24 часа в сутки и 7 дней в неделю, без праздников, выходных, трудовых кодексов, любви, чести и достоинства!

Жириновский вновь приложился к стакану, а затем наполнил его из графина.

— К-хм, — кашлянул он. — Но у такого робота есть одна проблема — он, по сути своей, средство производства, то есть, постоянный капитал! Почему?

Он оглядел всех присутствующих требовательным взглядом.

Тот же капитан поднял руку.

— Да, товарищ капитан! — кивнул ему Жириновский.

— Потому что у него есть стоимость? — предположил капитан.

— Именно! — улыбнулся Владимир. — До поры до времени, эти роботы будут давать прирост производительности, все буржуи будут радоваться растущей прибыли, но затем экономический ландшафт преобразуется под давлением изменений и роботы станут данностью, доступной почти всем буржуям. Произойдёт как с первыми станками — поначалу, самые быстрые и ловкие буржуи радовались сверхприбылям, а затем эти станки стали новым стандартом и появились у всех, а норма прибыли начала неуклонно падать. Роботы тут принципиально ничем не отличаются и будут катастрофически снижать норму прибыли буржуев и иной сволочи…

— А почему? — поднял руку полковник Шеховцов, командир 201-й мотострелковой дивизии. — Почему именно эти гипотетические роботы будут понижать норму прибыли?

И снова Жириновский с удовлетворением отметил про себя почти полную вовлечённость аудитории в его лекцию — слушают все, без исключения.

— А потому, товарищ полковник, что это не живой человек, — ответил Владимир. — Он не на дереве вырос, его кто-то произвёл, у него есть стоимость, но не это главная проблема. Главная проблема в том, что в отличие от живого рабочего, робот, если предположить, что у него будет конечная смена, прерываемая, например, на подзарядку встроенных батарей, не пойдёт в пивную и не закажет себе пива с воблой. Он не вернётся домой, не даст деньги жене на какие-то надобности, потому что у него не будет ни дома, ни денег, ни жены! Он не купит медицинскую страховку, не заболеет, чтобы оплатить ею услуги врачей, дети его, по причине их отсутствия, не будут просить у него денег на сладости, машину себе он не купит и по ресторанам на ней ездить не будет. Он вообще ничего не будет делать, кроме как работать и прерываться на зарядку батарей! А все действия, которые я перечислил — это двигатели рыночной экономики! В конце концов, кто будет покупать товар, произведённый роботом, если везде будут работать роботы?! А?!

Но ни у кого из присутствующих не нашлось ответа.

— Тем не менее, сам Карл Маркс отмечал контртенденции, — продолжил Жириновский. — Первая контртенденция — удешевление стоимости этих гипотетических роботов. Первые станки стоили целые состояния, но затем они становились всё дешевле и дешевле, что делало их доступными всё большему и большему количеству буржуев, сколотивших себе первоначальный капитал! Но это конечный процесс — ниже нуля стоимость товара упасть не может! И всё же, противоречия между тенденциями и контртенденциями происходят в динамике, поэтому процесс этот может длиться очень долго — всё сложнее, чем кажется, но мы не будем на этом останавливаться. У вас нет возражений, товарищи?

— Продолжайте, товарищ майор, — улыбнулся полковник Шеховцов.

Перед Жириновским стоит оператор с видеокамерой — решено записывать его выступления. Всё-таки, это весьма оригинальная подача марксистской теории, с одарённым и харизматичным оратором, поэтому политуправление 40-й армии решило всё записать и потом показывать в гарнизонах, до которых не сможет доехать Жириновский.

— Существуют контртенденции, приведённые Марксом, помимо той, которую я уже озвучил, — продолжил Владимир. — Первая — повышение степени эксплуатации труда! В условиях гипотетической тотальной роботизации, к которой неизбежно придут поганые буржуи, в своей жажде сиюминутной наживы, эксплуатировать будет некого — роботы и так будут выкладываться на максимум заложенных в них возможностей. Вторая — снижение