Иван Косолапов - Мир Мрака 2027

  – К-кто ты? – произнёс, чуть заикнувшись, Гоша.

  – Глава этого посъльения. Если вы хотите пройти, мы пропустим. Но толко, прошу в΄ас, не чините разрухи, – говорило существо медленно, но громко.

  Видимо, это его голос громоподобно разнёсся над Тракторным заводом.

  Ему плохо давались слова, но он пытался говорить как можно более внятно, из-за чего неестественно упускал некоторые слога…

  – Так, я прошу прощения, однако… С вами можно договорится? Неужели вы ещё помните человеческую речь? А если да, то зачем нападаете на нас? Я как-то не очень хорошо это понял, – вышел вперёд Дима.

  Он произнёс всё это очень странно, будто всю жизнь ждал этой встречи и этого разговора… А может ему просто… А кто его знает, я его часто понять не могу.

  – Не надо так говорить, - начал отвечать интстинктор. – Мы тожъе людъи. Просто не такие, какие вы. Вы всюду сеите страх и разруху, мы не хотьим допстить такого в нашем общестъе. Мы просто не хотьим, чтоб вы проникли к нам. Тогда вы научте наших детей жестокости, а мы не хотьим этого. Вот и защаемся. Но вы тожъе не хотьите кого-то тут убить, поэтому так долго не стрелъяли. Я понъимаю, вы оборонялъись, но всё-тки убили некоторых наших собратьев. Но до этого… – он что-то задумался. В его словах явно просвечивалось противоречие, что меня и напрягло. – В общем, если хотьите идти, то идите. Мы мешать не станем. Если будет по-другому, можъете убить менъя.

  – А посмотреть на лицо твоё хотя бы можно? – подозрительно спросил Антон.

  – Я такой же, как и мои людъи. Не переношу свет. Лучше уж просто застрельте.

  – Ха, ну ладно, – шёпотом проговорил парень.

  Неужто в нём опять жажда убийства заиграла. Или это от того, что он долго музыку не слушал? Кто его вообще знает…

  – Ну как, пойдём? – послышался голос Гоши у моего левого уха.

  Он спрашивал с предостережением, явно чего-то опасаясь. У меня дела, касательно страха, состояли не лучшим образом.

  – Говорила же я, что это плохая идея. А сейчас и докажут вам это, но не я уже… Подохнем тут, как и не было нас, – забубнила где-то в стороне Юля, но никто не обратил внимания.

  – Ого, я даже не думал, что они ещё говорить умеют, – всё о своём рассуждал Дима.

  – Ну, если все эти обратно разом кинуться, долго нам не продержаться. А так хоть какой шанс. Терять всё равно нечего. Почему бы и нет? – просто сказал вслух я свои мысли.

  – Как это терять нечего?! Мне есть что… – начала было “искательница”, но её же напарник быстро оборвал бесполезные, но очень громкие изречения.

  – Юля, сейчас лучше помолчать. Если тебе действительно есть, что терять, то лучше уж попробовать, чем умереть, предварительно сдавшись.

  – Подожди, а тебе? Тебе что, нечего терять? – уже тише спросила девушка.

  – Вот как раз потому, что у меня есть то, что я могу потерять, я и хочу попробовать, – в своей привычной манере сказал Дима, и я прям спиной почувствовал, как они посмотрели друг на друга.

  Хм. Странный народ: влюблённые. Им всё как-то иначе кажется. Не как всем. А мне лучшем, чтоб как всем виделось – так внимания куда больше посвящаешь явным вещам, а не придуманной душевной близости.

  – Мы согласны, – наконец сказал я.

  Может быть, я сказал за всех, но по-моему так было даже лучше.

  – Тогда прошу, – пробасил силуэт и отошёл чуть в сторону.

  Луч моего фонаря продолжал следить за его ногами, спрятанными под полой то ли плаща, то ли рясы. Так, на всякий случай.

  – Антон, – тихо позвал я, начав движение.

  – Чего?

  – Как только пройдём его, продолжай следить за ним. На наги свети. Если что, сразу на глаза перенаправ…

  – Понял, – довольно жёстко оборвал меня напарник, но это в его манере, я уже привык. Странно, что он вообще меня послушался.

  Когда тёмная фигура оказалась в метре сбоку от нас, ничего не произошло. Нервы напряглись до предела, но никакой опасности не наблюдалось.

  – Я прощу прощенья за то, что, можъет, много прошу, но, пока вы тут, не могу не спросъить. Не могли бы вы нам дать немного вашъей ед΄ы? Если есть, конечно… А то голдайт мой народ, так и фиклии свои ест начнём…

  Мы остановились. Такого вряд ли кто ожидал. Я не решался открыть рюкзак и вывалить свои припасы: самому нужны.

  Тут со стороны Гоши послышался резкий вжик молнии. Потом раздалось характерное копошение в сумке, затем удары жести об жести – банки тушёнки.

  – Держи, – негромко произнёс напарник, в свете на мгновение появилась его рука, и я услышал, как на рельсы упали несколько консервов.

  – Благодарен, – угрюмо сказало существо, но с места не сдвинулось.

  Значит, потом поднимет, однако мы этого уже не увидим. Да и не нужно нам, единственное, что нам надо – продолжить путь. Что мы и сделали. В прежнем порядке мы дошли до тоннеля, как вдруг в спины прилетели заставшие вздрогнуть от своей громкости слова:

  – Прощайте, путники. Вы сдел΄али правилно. Дальше вам они не понадобятся. Вас всё равно Страж не пустит…

  Всё, и больше ничего…

  Мы не обратили на это сильного внимания. Кто его знает, что он там может говорить. Бредни этого сумасшедшего вряд ли хоть каким-то боком относятся к нам. “Кто зна-ает…” – загадочно произнёс чужой голос в моей голове. Уже привык: не отреагировал.

  Хотя странно как-то. Ведь не я же это думаю, однако вроде произношу – мысленно – именно я. Не понятно. Может, раздвоение личности? Да-а, надо будет получше в себе разобраться. А то других понять пытаюсь, когда себя толком не знаю.. хотя, что тут странного: так все люди делают.

  Этот пролёт между станциями был обычным. Мы по такому недавно проходили – ничего нового. Куски тюбингов на рельсах, ржавчина, тихое, давящее на мозг, капание воды где-то вдалеке.. или совсем близко? Чёрт, наверное – единственное, что бросало в дрожь. Очень трудно понять и определить, и из-за этого страшно. Хотя, неизвестность всегда пугает. Будь я один, уже бы совсем нервы сдали, а так спасительные луч фонарей товарищей хоть как-то помогали мне держать связь с реальностью: я не один, со мной люди, я не сошёл с ума.

  Тут я вспомнил, что до сих пор не разобрался со своим автоматом. Вот блин! Этот вопрос в долгий ящик отлаживать никак нельзя! Я и не собирался:

  – Эй, люди, может кто посветить? У меня тут проблема с калашниковым, надо бы разобрать да… – я, попутно снимая с плеча оружие, начал чуть приостанавливаться, показывая свои намерения.

  Весь свет неожиданно сконцентрировался на мне, ввиду чего пришлось прикрыть глаза рукой. Тут Дима сказал:

  – Саш, ты чего, сосем уже… Потом разберёшься. До Дворца дойдём, там уже чинись. А здесь.. ты только вокруг посмотри, – я не видел его лица, но примерно знал, что оно изображает: гримасу непонимания, как бы задающую вопрос “чего?”. Да, что-то я вообще дал маху. Туман мелким слоем ложился на стылые, покрытые тонкой плёнкой льда, рельсы. Он завуалировал все двери боковых помещений, покатые стены, округлый потолок, мелко флюоресцируя в свете фонарей, тем самым забирая все лучи себе, не давая пройти им дальше. Он был хозяином этих земель, он вгонял в ужас, и не давал расслабиться ни на секунду. А если кто-то умудрялся, то наказывал. Сейчас я чуть не сделал такую страшную, непоправимую ошибку. Но меня успели остановить. – Ты хоть думаешь, что предлагаешь?