Бюро сновидений - Пол Кофе

Дэн пошел вверх по ступеням.

Теперь ему казалось, что он поднимается долго, целую вечность. Тем временем грохот снаружи не переставал. Временами он был так силен, словно в городе началась война или кто-то крушил дома железным шаром.

Лестница сделала еще поворот, и перед Дэном в потолке возник люк.

Он толкнул его, люк поддался, с грохотом упав на пол.

Дэн подтянулся, пролез внутрь и замер. Он оказался в детской комнате. Напротив окна стояла кровать. Под кроватью, он почему-то знал, – ящик с любимыми игрушками. Письменный стол, аквариум с рыбками, подсвеченный голубоватой лампой. На полке – коллекция динозавров. На полу – круглый ковер с космическим рисунком далеких галактик.

Дэн знал здесь каждый сантиметр. Какая половица скрипит и что под ней, где на столе чернильное пятно, где на латунной ручке царапина, какие именно игрушки лежат в контейнере.

Он знал. Потому что это была его комната. Когда-то. Но она ведь и сейчас его. Прямо сейчас. Далекий грохот стих и больше не беспокоил его. Здесь так хорошо. Так спокойно.

Нужно просто сесть на этот ковер и немного отдохнуть.

– Не задерживайся здесь долго, – посоветовал голос.

Дэн отмахнулся. Да что может случиться?

И тут же заметил, что дверь в комнату чуть приоткрыта. Мгновенно свет померк, как будто кто-то плавно покрутил колесико на выключателе. В комнатке стало холодно, сыро, запахло пылью и затхлостью.

Только из приоткрытой двери лился свет. Какой-то холодный, синий, лунный.

Дэн сделал несколько шагов навстречу, как мотылек или светлячок, который не может противиться инстинкту.

– Приготовься, Дэн! – предупредил голос, и парень подумал, что, пожалуй, этот голос не желает ему зла и стоит его послушаться.

Однако ноги Дэна приросли к земле. Он не мог пошевелиться от страха. Подошвы словно прилипли к раскаленному асфальту.

– Смелее-смелее, – уговаривал голос. – Осталось самое главное. Ты должен встретиться с ним. Лицом к лицу.

Дэн сделал шаг к двери.

– Хорошо. Молодец! Не сдавайся!

Дэн протянул руку, чтобы коснуться ручки, как вдруг заметил, что на нем больше нет плаща. И рюкзак куда-то делся – больше не давит на плечи.

Плащ, рюкзак, работа.

– Абрикосов! – заорал голос, но уже откуда-то с улицы. – Где мой самокат?! Верни его!

Самокат, ну конечно! Он должен вернуть его. Дэн подбежал к единственному окну, выглянул: в глубоком дворе-колодце стояла великанша, ее глаза сверкали, как белые молнии, вместо волос на голове извивались змеи. Великанша щерила острые зубы и держала в полуметровой ладони кусок кирпичной трубы. Горгона… Такая большая и грозная. Так вот кто крушил город!

– Я все верну! – жалобно крикнул Дэн. – Только… Это… Ты трубу, пожалуйста, положи. Ага?

– Самокат! – завизжала великанша. – Немедленно!

Дэн обвел глазами комнату, увидел еще одну лестницу, на сей раз приставную. И понял каким-то задним числом, что ему срочно надо на крышу. Ну да, конечно! Вор спрятал самокат там!

Он уже побежал к лестнице, как вдруг услышал давешний голос.

– Остановись! Подожди! Так нельзя! Ты должен войти в дверь, немедленно!

Дэн обернулся и увидел голубоватый проем, из которого сквозило холодом. Меньше всего на свете ему сейчас хотелось возвращаться и тем более иметь дело с тем, кто скрывался за жуткой дверью.

Он отвернулся и начал взбираться наверх.

– Хотя бы закрой ее, иначе…

Голос вдруг оборвался, раздалось шуршание, треск, как будто прервалась радиосвязь. Уже на последней ступени Дэн посмотрел вниз.

Дверь распахнулась, из нее хлынуло, как мазут, нечто живое, черное, ворвалось в детскую. Оно разрасталось так быстро, что уже покрыло пол, поглотило кровать и подбиралось к нижним ступеням лестницы.

В том, что Дэн притягивал нечто и оно гналось именно за ним, – не было никаких сомнений.

«Мне всего-то нужно забрать самокат!» – успел подумать парень и юркнул в люк, ведущий на крышу.

Под ярким светом солнца, омываемый лучами, жил и двигался город. По каналам скользили кораблики и катера, по тротуарам спешили куда-то пешеходы. Не было никаких развалин. Не было великанши Горгоны. Чистый светлый мир.

Посреди пустой крыши стоял самокат. Его прикрыли белым покрывалом, но Дэн сразу узнал его по очертаниям.

Он подошел и сдернул брезент.

Новенький самокат блестел начищенными гранями, даже фонарик был почему-то включен.

«Меня не уволят!» – обрадовался Дэн и почувствовал на плечах привычный груз квадратного рюкзака. Теперь он снова стоял в униформе.

Что же дальше? Ах да, конечно. Нужно прокатиться на нем, доставить заказ.

Дэн протянул руку.

– Вы умнее половины тех зубрил, что приходят ко мне на пары, вы способны творчески мыслить! – сказал преподаватель по прозвищу Мясник, который по какой-то неизвестной причине тоже оказался на крыше и теперь стоял напротив Дэна, сразу за самокатом. – Но вы ленивы и беспечны, а потому… Обернитесь!

Дэн в точности выполнил команду и вот что увидел…

Из люка, который он не закрыл, ползла чернота. Над городом уже висело грозовое облако, по форме напоминающее то ли джинна, то ли человека. Оно скрыло полнеба и громоздилось над крышей, поглощая солнечные лучи.

– Вернусь! – громыхнуло облако и обрушило огромный кулак, собираясь раздавить Дэна.

Парень вскрикнул и вцепился в самокат.

– Ленивы и беспечны, – монотонно повторил преподаватель, даже не глядя на черного колосса, занесшего руку.

Кулак приближался и теперь выглядел не как дым, а как обломок черной скалы, метеором летящий на Дэна.

«Зажмуриться! Нужно зажмуриться!».

Дэн заорал и закрыл голову руками. Земля под ним расступилась, и он полетел вниз. Прежде, чем веки его сомкнулись, он успел заметить, как огромная ладонь отделяется от тела черного джина, становится темной тенью и хватает его за ногу.

Кто-то тряс его за плечи так, что зубы клацали, а остатки слюны разлетались по комнате.

– Хва-а-а-атит уже! – взмолился Дэн.

– Просыпайтесь, ну же! Немедленно! Вы обманщик, сударь, и подлец!

Дэн открыл глаза и зажмурился от яркого света. Нестор нависал над ним красной бесформенной глыбой. Пенсне вылетело из глазной орбиты и болталось на цепочке.

Еще никогда Дэн не видел профессора таким разгневанным.

– Что… Что случилось? – Парень ощутил на груди какой-то груз. Он опустил глаза и понял, что прижимает к себе, как невесту, тяжелый электросамокат.

Черный матовый корпус, веселые огонечки на руле, широкая прорезиненная дека