Не судите ведьму строго - Светлана Калинникова

В этот раз была громкая свадьба с экипажем, дорогим рестораном и большим количеством гостей. Янина полностью взяла подготовку к свадьбе на себя. Никакого каравая, куклы на капоте и песни «Ах, эта свадьба» в ее сценарии не было. Это был «европшик», как сказал мой отец, потому что салют был похож на большой бенгальский огонь. Мама называла Янину «хороводной женой», намекая на ее модельное прошлое.

Седины были приглашены на свадьбу, но Лина не смогла прийти, она заболела прямо перед торжеством.

И все-таки с Линой я и жена встретились на даче летом на дне рождения мамы.

Мы с Яниной подарили сертификат в спа-салон и большой букет из бордовых роз. Мы не планировали задерживаться, но все пошло иначе.

Так было всегда, когда я видел Лину. Все мои внутренние опоры рушились, все принципы ломались. Я помню, как увидел ее впервые, когда мне было шестнадцать лет. Мамина подруга пришла в гости с дочкой. Серьезная малютка смотрела на мамины клумбы и не осмеливалась дотронуться до розы. Я сорвал ее и отдал ей:

— Это тебе, девочка.

Серьезные карие глаза смотрели с испугом и восторгом одновременно. Она приняла розу, буркнула спасибо.

— Как же тебя зовут?

— Лина. А ты — дядя Денис, да?

Для нее, пожалуй, и дядя. Мы взрослели, менялись, но всегда я дарил ей цветы. Это была наш секрет Полишинеля, наш ритуал, только наше на двоих понимание.

А потом, когда девочка стала очень хорошенькой девушкой, я совершил подлость. Я предложил ей переспать прямо на праздновании ее Дня рождения. Праздник юности был испорчен, я помню ее распахнутые глаза и слова: «Ты обратился не по адресу». А мне хотелось подразнить ее, пошутить над романтичностью влюбленной в меня девочки, но получилось жестоко и цинично.

Пока Янина говорила с мамой, я подошел к Лине. Она стояла около клумбы с бархатными георгинами и какими-то еще мелкими желтыми цветами.

— Ты снова не осмеливаешься сорвать цветок?

Она даже не обернулась.

— Привет! Мне просто его жалко.

Я усмехнулся и сорвал пушистую коробку ярко-красного цвета.

— Мне не жалко. Он, может, для этого и цвел. Для славной нежной девушки. Для тебя.

Лина обернулась, она с улыбкой приняла цветок и лукаво посмотрела на меня, а потом улыбка сошла с ее лица, потому что к нам подошла Янина.

— Здравствуйте! — вскользь бросила она Лине и тут же взяла меня под руку, — Денис, я объяснила твое маме, что нам надо уехать пораньше.

Я познакомил их. Лина после этого вежливо попрощалась. Георгин в ее руке горел огнем и обжигал мои глаза.

— Кто она? — спросила жена.

— Девочка, которую я знаю с детства.

— У вас с ней что-то было?

— Она моложе меня на десять лет, я видел ее играющей в песочнице и в перепачканном от варенья платье. Я на тот момент учился в десятом классе. Как ты думаешь, что у нас с ней было?

— Что ты разошелся, Денис? Не было и не было. Не нервничай, дорогой. Я просто устала, вот и сказала глупость.

Глупостью был наш брак, который продлился четыре года. Я снова изменил. Янина не осталась в долгу, но в отличие от меня ее адюльтер имел продолжение — она стала женой московского предпринимателя. Я не оправдал ее надежд в материальном отношении и в стремлении жить в Москве. Меня не устраивало, что она даже не пробовала наладить отношения с моей дочкой. Любая встреча с Леной воспринималась ею со снисходительностью и неизменным прозвищем «бесеныш», потому что никакой привязанности к детям она не испытывала.

Время бежало, принося с собой и плохое, и хорошее, смешивая лица, события, ощущения. Ушли из жизни Линины родители. К счастью, они увидели успех дочери, которая стала судьей. Я и мама пережили несколько лет борьбы с онкологическим заболеванием отца. Судьба к нему благосклонна, несколько лет ремиссии дают нам надежду.

Леночка выросла, стала студенткой иняза МГУ и осела в Москве. Катя уже много лет была в браке и стала мамой еще двух сыновей. Мы отлично общались в том, что касалось Лены. И сейчас я понимаю, что главной проблемой моего с ней брака, как впрочем, и последующего, была нелюбовь.

С Линой после смерти ее родителей мы стали очень дружны. Ей была нужно поддержка, мои родители и я оказали ее. Я шутливо предлагал ей замуж, она смеялась и всегда отказывала. Лина всегда отбивалась, что мои женщины ей этого не простят.

Я уверенно продвигался по службе и последние пять лет занимал должность уполномоченного по вопросам магии.

— Скажи мне, — спросила меня мама, — почему ты так упорно лезешь в брачную петлю? Почему ты непременно тащишь своих женщин в ЗАГС? Это какая-то болезнь?

Я сам не мог этого объяснить. Было в этом что-то по-мужски лихое — оправдывать надежды женщин, красиво ухаживать, создавать образ честного и серьезного мужчины в отношениях.

Женился, я, конечно, не на каждой свой любовнице, но я никогда и не вел бухгалтерского учета в делах сердечных. Представляю, если бы матушка увидела этот любовный баланс на бумаге! Однако умудрился превратить свою жизнь в водевиль. Если угадывались совпадения во вкусах, воспитании и дама сердца меня не раздражал, то почему и не жениться?

В третий раз я женился в сорок семь лет. С Таней мы были ровесники, у нее был сын и трехлетний внук. Мы тихо расписались, а потом дома отметили торжество. Татьяна занималась оказанием финансовых услуг, была независимой в материальном плане женщиной. Мы купили дом, быт полностью лег на женщину, которая приходила к нам приготовить еду и убраться. Современный подход двух занятых на работе людей.

Мама ладила со всеми моими женами, выговаривая про их недостатки только мне. Смирившись с моей привычкой жениться, она очередной поговоркой выразила свое мнение: ' Умный ты был бы, кабы не дурак'.

Я изменил Татьяне, увлекшись ее секретаршей. Пошлая ситуация, она застала нас в моей квартире. Ее насторожили мои «выезды на объект» совпадавшие с отсутствием ее секретаря на рабочем месте по уважительной причине. Жена сумела взять в прихожей второй экземпляр ключей, когда мы заходили в мою квартиру, и как говорят в народе, поймала