Проклятый район - Александр Александрович Матюхин

– У вас тут за два года три подростка без вести пропало? – я присвистнул.

Расскажу отцу – тот обалдеет.

Это уже было интересно. По сути, всего сорок минут езды от моего прошлого дома, а такое творится. Может тут еще партизаны водятся со времен Великой Отечественной, или ведьм сжигают перед домом культуры «Современник»?

– Проклятие, – пожал плечами Ваня.

– Болота и маньяк, – сказал я. – Уверен, тихий маньячелло поджидает детишек.

Отсюда, кстати, хорошо были видны высокие заросли, за которыми начиналась болотистая местность и кривой черный лес. Стык цивилизации и прошлого. Идеальное место для маньяка.

– Это не маньяк, – Катька покачала головой. – Я не знаю, как объяснить… Если сбежишь, то и не поймешь. А если останешься, то сам узнаешь…

Ветер зашумел в ветвях сосен. Ваня подошел ко мне. Он был ниже на голову, посмотрел из-под очков снизу вверх:

– Короче, Слава, веришь или нет, но лучше сматывайся из района, целее будешь.

– И много детей смоталось после ваших предупреждений?

– Ни одного.

– Вот именно. Ты не очень убедителен, как и твоя подруга. Не знаю, в чем прикол, но надо постараться как-то улучшить историю. Пока звучит так себе.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга. Потом Ваня обернулся к Катьке и сказал:

– Ну, я попытался.

– Он будет бороться, – сказала Катька Ване, не глядя на меня. – Я вижу, что он не сбежит.

В чем-то она была права. Я любил впутываться в неприятности, а здесь, судя по всему, было во что впутываться.

– С вами приятно иметь дело, – сказал я. – Не вижу смысла забивать голову непонятным монстром из табакерки. И так дел полно. Всего хорошего.

В общем, я вернулся к домам. В голове крутились кое-какие мысли, которые нужно было обсудить с друзьями на форуме.

Возле калитки, ведущей во внутренний двор, меня поджидали двое пацанов. На вид лет по шестнадцать. Коренастые, короткостриженные. Один лениво пинал футбольный мяч о забор.

Поджидали именно меня: перегородили дорогу, внимательно разглядывая.

– Откуда будешь? – спросил один, у которого на физиономии читалась финальная стадия дебилизма.

– От мамы с папой, – ответил я. – Еще вопросы?

С такими дуболомами мне было привычнее общаться, нежели с очкариками. Дуболомов полно, и у них абсолютно стандартное поведение, как под копирку. Главное не дать понять, что ты их боишься.

– Дерзкий, – второй пацан шумно сплюнул себе под ноги. – Страшнику зайдет. Короче, ты с нами или нет?

– С вами? – спросил я.

– Ну у нас типа коалиция, – сказал первый. В его глазах виднелись проблески интеллекта. Хоть и не большие. – Есть те, кто сопротивляется и потом долго не живут. А есть те, кто нормально себя чувствует и все такое.

– Вы, получается, из нормальных?

– Вроде того. Будешь с нами, Страшник не обидит. За район пустит без вопросов, тусоваться будешь. Много плюшек.

– А если не с вами?

– Ну ты мелких видел? – кивнул второй пацан. – Одна помрет скоро, другой ушел в болота и пропал… Так же хочешь?

– Это угроза?

Пацаны нахмурились. Даже до их глубинного интеллекта дошло, что я не очень дружелюбен.

– Мы же по-доброму, деревня, – сказал один, почему-то оглядываясь. – Никто ни к чему не принуждает. Пошли отойдем, побазарим втихую, а?

Он протянул руку, чтобы взять меня за локоть.

Если драка неизбежна – бей первым. Золотое правило.

Правому пацану я вмазал по нижней челюсти, потом сразу под дых. Второго оглушил несколькими короткими ударами. Главное – не сломать нос, а то родители будут ругаться, да и в целом заморочек много.

Пацаны замычали, неубедительно замахали кулаками, но я уже прошмыгнул мимо них к калитке и оказался во дворе. Несколько женщин с детской площадки смотрели на меня встревоженно.

А я даже дыхалку не сбил. Опыт, как говориться, не пропьешь.

Поднялся на этаж, открыл дверь и застал в коридоре мужчину. Он был в оранжевой курточке интернет-оператора и стоял на стремянке, прикрепляя к стене роутер.

– Не убейте, молодой человек! – улыбнулся мужчина. – Шустрый какой!

– Цивилизация подоспела, – ответил я, разуваясь.

Мужчина зажужжал шуруповертом, при этом шумно цокая языком.

Я прошел в комнату и выглянул из окна. Пацаны стояли у мусорных баков и смотрели на меня. Словно знали, где я живу.

Для верности задернув занавеску, я нацепил наушники и развалился на матрасе, слушая безымянную аудиострашилку. С телефона интернет тупил, но я все равно быстро набросал историю про Страшника в закрытом чате для парочки друзейединомышленников. Им должно было понравиться.

В комнату заглянул отец, знаками показывая, что мне придется вставать. Я снял одно ухо:

– Чего?

– Там вай-фай настраивают. Пойдем.

– Куда?

– Зовут. Заценить скорость и качество.

Перед телевизором, который мы повесили пару часов назад, стоял тот самый мужчина в оранжевой курточке и что-то клацал пультом. Телевизор был «смарт», восемьдесят шесть дюймов, с качественной картинкой. Отец загонялся по консольным играм и с каждой новой приставкой менял и телевизоры, чтобы добиться нереального «эффекта погружения», HDR и пятиканального звука. Только взрослые так заморачивались с играми. Мне бы хватило восьмибитной приставки и танчиков на двоих.

По экрану из одного конца в другой плыла сверхчеткая рыбина, огибающая сверчеткие водоросли и не менее сверхчеткие пузырьки воздуха. Я воткнул наушник на место.

«…и пальто накинулось на мальчика, укрыло его и сожрало. Потому что пальто изнутри было сплошь усеяно мелкими острыми зубами…»

Мужчина в оранжевой курточке что-то говорил отцу, широко улыбаясь. Пару раз указал на меня, потом на телевизор. Рыбина по экрану больше не плавала. Шел какой-то ролик: счастливая семейная пара (тоже сверхчеткая, до морщинок под глазами) сидела под деревом на зеленой лужайке и смотрела на небо. Мужчине и женщине было лет под тридцать. Они прикрывали глаза ладонями, но все равно щурились, потому что у них там было солнечно.

Отец повернулся ко мне, жестом попросил снять наушники. Я вытащил один.

– Как тебе качество? – спросил он. – Шик, блеск?

– Нормальное, – я пожал плечами.

Картинка на экране вдруг сменилась. Вместо счастливой семейной пары возникли дрыгающиеся в диком танце силуэты. Много силуэтов. Неоновый свет разрывал пространство. Силуэты были черные, непроглядные. Из колонок громыхнула напористая музыка, да так, что отец вздрогнул. Вот тебе и пятиканальный звук.

Я тоже вздрогнул. Мне показалось, что какой-то особо резкий звук проник в голову и застрял где-то в области зубов, вызвав короткую вспышку боли.

– Ой, баг! Сейчас уберу! – воскликнул мужчина в курточке, щелкая пультом.

Через пару секунд телевизор выключился. Стало