Суперы - Велл Матрикс

Я кивнула и следом за Дашей прошла через ворота, приветливо распахнувшиеся перед нами. У ворот обнаружилась будка с охранником, который внимательно изучил наши приглашения и кивком головы разрешил пройти дальше.

— Так себе система безопасности, — хмыкнула я. — Не логичнее проверять перед воротами?

— Поверь, без приглашения тебя бы в два счета скрутили и выкинули наружу, — уверила меня она. — Идем, нам туда.

Небольшой двухэтажный дом светился огнями, как и небольшой сад, что его окружал. И оттуда доносились низкие басы еще плохо слышной музыки.

— Внутрь? — предположила я.

— Можно, — кивнула она. — Летом в основном во дворе весь движ, но сейчас уже прохладно. Народ в основном в доме тусуется.

— А ты прям спец, — с подозрением покосилась я на нее.

— Не на одной вечерине побывала, — фыркнула девушка. — Так что знаю, что тут как. Не дрейфь, со мной не пропадешь.

Хмыкнув, я следом за ней зашла в прихожую, где на нас обрушилась оглушающая музыка. Даша потянула меня к гардеробной, где можно было оставить верхнюю одежду, а затем — к двери в гостиную.

По крайней мере, я сочла, что эта огромная комната вполне тянет на банкетный зал. И она была буквально забита людьми — и не только подростками. Они танцевали, пили, разговаривали и выглядели довольными жизнью. Ничего опасного я не заметила, даже наше с Дашей появление не привлекло ничьего внимания. И Константина я не увидела тоже, хотя пыталась рассмотреть в толпе.

Возможно, Даша права, и мне действительно нечего опасаться?

Мы разместились возле барной стойки, но пить я ничего не стала. Во-первых, потому что предлагали в основном алкоголь, который я не употребляю, и соки, которые я пить опасалась, потому что слышала про истории о наркотиках, которые подливали в напитки ничего не подозревающим девушкам. А во-вторых, ни есть, ни пить что бы то ни было в доме, где распоряжается Константин, я в принципе не собиралась.

Конечно, Вит посоветовал больше паранойи в отношении несколько других вещей, но я сочла, что подозрения лишними точно не будут.

Даша, в отличие от меня, ничего не боялась, умеренно пила и вскоре потянула меня танцевать.

Отказываться я не стала. Танцевать я любила, и дома — в родном городе — посещала все школьные дискотеки. Но здесь такого удовольствия была лишена, а для ночных клубов я была еще слишком молода. Поэтому присоединилась к танцам, вслушиваясь в незнакомые клубные ритмы. Дашка танцевала рядом, и я выкинула из головы все проблемы. Несостоявшуюся встречу с Тенью, подставы от Константина, проблемы с суперзлодеями в городе. Здесь и сейчас мне было весело.

Я была готова согласиться с Дашей — вечерины моего сводного братца не так уж и плохи.

В этот момент музыка стихла. И раздался голос не к ночи упомянутого Константина.

— А теперь — время музыкальной паузы. Отключайте все свои гаджеты и наслаждайтесь, — он стоял на импровизированной сцене рядом с микрофоном, и на его шее висела гитара.

За ним виднелась барабанная установка и синтезатор, оккупированные незнакомыми мне парнями.

Я даже не успела насторожиться.

— Что происходит? — тихо спросила я у Даши.

— О, сейчас увидишь. То есть услышишь.

И я услышала.

У Константина был великолепный голос, и он явно пел что-то свое, а не перепевал чужие песни. Я смотрела на него, затаив дыхание, слушая музыку и слова, странно цепляющие. Сейчас он совсем не походил на того жестокого парня, каким я успела его узнать; и я не могла оторвать от него взгляда — невероятно красивого в этом своем исполнении. Нет, внешностью Константин всегда мог похвастаться, но сейчас, когда он стоял на сцене и пел — от него невозможно было отвести взгляд.

А он будто бы смотрел прямо на меня.

И этого не могло быть, потому что мы с Дашей находились достаточно далеко от сцены, а в гостиной царила полутьма. При этом сам он был освещен.

Три песни спустя Константин слегка насмешливым голосом поблагодарил слушателей за внимание и спустился со сцены. Я тряхнула головой, избавляясь от очарованности, и покосилась на Дашку:

— А зачем отключать гаджеты?

— Чтобы никто не записывал, как он поет, — пожала плечами подруга.

— А почему нельзя записывать?

— Потому что вот это — эксклюзив его вечерин, — пояснила она. — И, если сделать запись, свое приглашение Костик заберет.

— Но он же классно поет. Почему он не хочет, чтобы люди его слушали?

— Впечатлена? — понятливо улыбнулась Даша, даже не думая отвечать на мой вопрос. — Я же говорила, что ты приятно удивишься.

Я нахмурилась. Мне вовсе не хотелось знать Константина вот с такой стороны. Я привыкла воспринимать его врагом, человеком, который портит мне жизнь. Я терпеть его не могла, и даже немного боялась, и в мое впечатление никак не вписывался вот такой парень. С невероятным голосом, не восхищаться которым невозможно.

А ведь это моя слабость — красивый певчий голос у парня. И вот оно мне надо?

Мне хватает Тени, в которого я безответно влюблена и едва ли могу рассчитывать на взаимность. Увлечься Константином только потому, что он невероятно поет невероятные тексты — было бы с моей стороны форменной глупостью.

Потому что со стороны Константина взаимность еще более невозможна, чем со стороны Тени. С этим парнем нас объединяет исключительно глубокая неприязнь. И родители, которые решили связать себя браком.

Так жаль, что Константин не умеет быть дружелюбным. Хотя глупо думать, что такой парень мог бы увлечься мной. Нет, я не считаю себя дурнушкой, но все же Константин Белов — парень совсем из другой лиги. Именно поэтому его и взбесило наше с мамой появление — он совершенно искренне считает нас недостойными их с отцом круга.

Так что даже будь он достаточно благороден, чтобы не демонстрировать свое презрение — это мало бы что изменило.

Хотя нет. Изменило бы. Моя жизнь не напоминала бы затянувшийся кошмар. Так что надо выбросить из головы лишние мысли — и больше ни ногой на эти вечерины с их эксклюзивами.

— А теперь, пожалуй, я предпочла бы уйти, — пробормотала я.

Но Даша меня услышала. Взглянула недоуменно — и мирно предложила:

— Тогда пойдем?

— А ты не хочешь остаться? — я удивилась.

— Нет. Сейчас время конкурсов, и меня они не интересуют.

— Значит, самое время уходить, — немного нервно рассмеялась я.

Пока мы шли к гардеробу, меня не оставляло чувство беспокойства. Время конкурсов — а значит, тот самый момент, когда Константин может попытаться мне подгадить. И беспокойство оставило меня только за воротами.

Со