Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

Хотя какая мне разница? Воспитательный процесс объявляю открытым. И если понадобится – я еще раз пять повторю это действие. То, что сделано один раз – получится и второй…

Женщина со звериными глазами надменно усмехнулась в глубине моей души. Она была настолько яркой, живой и реальной, что даже становилось страшно. Алый плащ развевался на невидимом ветру. И я отлично понимала, что она мне хочет сказать. Рано или поздно, так или иначе…

Я стану смотреть на мир ее глазами. Или она – моими?

Не знаю. Это по-прежнему пугало. Меня ведь тогда не будет. Будет кто-то другой. И не факт что лучше меня нынешней…

Хлопнула дверь. Токаревич, изрядно осунувшийся, вошел в аудиторию – и остановился, не доходя до меня двух шагов.

Добавим перца?

Я поднялась и медленно направилась к преподавателю.

– Так на чем мы остановились, Юрий Михайлович? Давайте поговорим подробнее… о жизни, о взрывах, об ожогах…

Двух шагов хватило. И моя рука опять сжала серо-желтые нити.

– Б-л-у-р-п… – сказал желудок преподавателя.

Токаревич опять метнулся за дверь. Я улыбнулась. Вообще-то есть такой метод похудения, как гидроколонотерапия. Это означает, что бедолаге ставят кучу очищающих клизм. И вес снижается. Потом правда, наедается опять. Но это же потом? А пока…

Сколько потребуется Токаревичу, чтобы осознать всю глубину своих заблуждений и быстренько поставить мне оценку? Три раза? Пять?

Да что это я так мелочусь?

Для хорошего человека и десять прочисток не жалко!

Я уселась на парту и принялась болтать ногами в воздухе. Минут десять. Потом Токаревич вернулся и встал на пороге. Я улыбнулась и соскочила с парты…

– Мы с вами не договорили…

Третий раз ничем не отличался от двух первых. Скоростью – так точно. А я даже задумалась – откуда в человеке столько… навоза? Вроде бы два раза уже ему все прочистили…

Он бы у меня и еще часика два побегал, но я недооценила крысиную сообразительность. Когда мокрый, красный и изрядно потрепанный Токаревич в третий раз воздвигся на пороге комнаты, я было направилась к нему, но…

Юрик попятился от меня, как от гадюки.

– Пятерку? – хрипло спросил он.

– Разумеется. А куда вы пятитесь? Мы же еще не пообщались…

– Не надо! – взвизгнул Токаревич. – Не надо общаться!

Какой умный человек. А никто и не догадывался. Ну да ладно.

– А то не стесняйтесь… Я рада буду с вами пообщаться в любое время дня и ночи…

Юрик еще сильнее сбледнул с лица и напоминал сосиску, которую забыли окрасить. Такой же мучнисто-крахмальный цвет…

– Я сейчас вам все поставлю… только не подходите…

А жаль. Я бы ему еще раз пять устроила бег на короткие дистанции… Сообразительный, гад. Понял, что это из-за меня. Теперь надо оправдаться. Я глупо похлопала ресницами.

– У вас что – на меня атипическая реакция? Как аллергия? Очень, очень жаль… Вы точно уверены?

Токаревич был настолько уверен, что обошел меня по большому кругу. Быстро, даже не присаживаясь за стол, черканул отметки в зачетке, в ведомости и в «отработке» – листке, полученном в деканате, расписался и кивнул мне.

– Забирайте – и всего хорошего.

Я послушалась. Бедный прочищенный Юрик предусмотрительно передвигался так, чтобы оказаться от меня на расстоянии двух метров. Умница. Урок усвоен.

Я подмигнула ему.

– Всего хорошего, Юрий Михайлович…

И выскользнула за дверь. Завтра занесу все в деканат.

Вот видите, как хамы поддаются воспитанию? А говорят, не получается, Макаренко бы не справился, характер формируется до трех лет…

Главное – это правильный подход. И тогда любого человека удастся наставить на путь истинный. Хотя бы – до туалета и обратно.

* * *

Мечислав чувствовал себя омерзительно с момента пробуждения. Это Юле вольно смеяться и радоваться жизни. Она просто не сталкивалась вживую с членами Совета. Не знает про их милые привычки.

Ничего не знает.

И просвещать ее вампиру не хотелось. Пусть будет спокойна хоть какое-то время. А пока…

Встреча должна пройти на высшем уровне. А для этого все надо хорошо организовать. И вот уже сутки ни один вампир и ни один оборотень из подвластных Мечиславу не знал покоя.

В программе у Мечислава было: встреча у трапа самолета. Приезд в клуб. Скромный ужин. Переговоры. И – если все пойдет удачно – выступление. Хотя бы тех же Доси и Линды. Обе достаточно красивы, чтобы привлечь внимание, достаточно глупы, чтобы стереть им память, и достаточно неразборчивы, чтобы согласиться лечь в постели с первым попавшимся мужчиной – лишь бы у него были деньги.

И вроде бы все шло хорошо – сначала. Уже был организован комитет по встрече – пока существует ИПФ, надо соблюдать все правила безопасности. Уже все было готово в клубе.

И даже Юля не задержалась. Она вошла в кабинет и широко улыбнулась:

– Готовишься к часу «Хэ»?

– Готовлюсь, – отозвался Мечислав, включая на полную мощность свое обаяние. – Шикарно выглядишь, радость моя.

– Не твоя и не радость, – привычно отрезала Юля.

– Хорошо, – согласился Мечислав. – Чужая и грусть.

– Учишься общаться, как человек?

– Ты любого научишь. А что – плохо получается? Мы нормально разговариваем вот уже…

– Две минуты. Если протянем еще три – установим рекорд.

Девушка рассмеялась – и вампир внутренне приободрился. До приезда Альфонсо есть еще часа четыре. И можно…

Как оказалось – нельзя.

Хлопнула дверь кабинета. И внутрь ворвался Вадим, встрепанный и взволнованный.

Вот так и начинаются большие проблемы, – шепнул вампиру внутренний голос.

Мечислав со злостью послал голос… куда подальше.

* * *

Разделавшись с Токаревичем, я была довольна и спокойна. И даже Мечислав казался мне почти симпатичным. Что я ему и хотела сказать. Но не успела. Мы только-только поздоровались – и ворвался Вадим, чуть не сшибив меня дверью. На лице у него были написаны два слова: «Все пропало!» Включая колбасу в холодильнике.

– Что случилось? – спросил Мечислав таким тоном, что стало ясно: случилось? – ну и х… вост с ним! От дохлого оборотня!

– У нас серьезные проблемы. Убит Лаврик Звездно-Прогульский. Подозревают жертвоприношение.

– Твою мать!

– Мать твою!

Высказались мы с Мечиславом в один голос и сверкнули друг на друга глазами.

– Вот видишь, нам просто противопоказано нормально друг с другом разговаривать, – не удержалась я. – Не успели успокоиться…

– Думаешь, если бы вы с шефом собачились, как раньше, Лаврика не прибили бы? – фыркнул Вадим.

– Мои мысли – мои ползуны, – огрызнулась я. – Ты лучше расскажи, что, как и кого…

– Кого – и так ясно. Одного Лаврика. Его продюсер весь