Призрак «X» ранга - Андрей Мельник
Этот менталист чистит воспоминания о себе. Пешкам стирает их вместе с обстоятельствами встречи, доверенным исполнителям оставляет намёки на образ того, кого надо бояться. Уровень контроля впечатляет…
Напоследок я вытянул биографию Поршня. Начинал он в столице мелким жуликом с большими амбициями. Проворачивал схемы и аферы всех мастей, и при этом ни одного залёта за годы работы. Такая чистоплотность в определённых кругах ценится дороже таланта, и поэтому однажды на него вышли серьёзные люди с интересной вакансией.
Отказаться он и не подумал. Организация занималась контрабандой медицинского оборудования и прикрывала в столице целый выводок нелицензированных врачей: от косметологов с подвальными кабинетами до центров лечения зависимостей, где разоряли в основном кошельки родственников. Поршень пять лет шёл вверх по служебной лестнице этой мутной конторы, оберегал их бухгалтерию, прикрывал тылы. Умудрился собрать бригаду с крепкими навыками, а в награду получил новый паспорт и командировку в провинцию, где стал координатором расширяющейся сети. Та же работа, только при минимуме рисков.
Первым заданием стал набор асоциальных элементов, на которых вешались фирмы-однодневки. С этого задания его карьера в моём городе и началась.
Отдельного уважения заслуживала осторожность конторы: Поршень не знал ни её названия, ни имён вышестоящих. Новый паспорт ему вручили вместе с новой фамилией. Организация, которая так строит работу с собственными людьми, определённо привыкла к облавам.
Я вылез из чужой памяти и посмотрел на обмякшего в кресле горе-предпринимателя уже другими глазами. Поршень и есть поршень, деталь в чужом моторе. Сам никуда не едет, зато давление создаёт исправно. И мотор этот связан с медициной… Контрабанда оборудования в столице, странные точки здесь, и где-то над всем этим корпорация.
Что ж, выудил я всё, что мог. Время зачистки.
Память я стёр всем четверым грубо и без церемоний. Не люблю такие методы, но аккуратная работа заняла бы полночи, а свидетели мне не нужны. Гвардия в зале лишилась пары лет жизни, а хозяин магазина отправился следом за нотариусом в состояние чистого листа. Убивать никого из них я не собирался. А вот превратить штаб долговой сети в палату овощей смысл имелся, и не один. За обнулёнными обязательно приедут, и на этих гостей хочется посмотреть внимательно. Интересно, кто приедет и кому потом доложит.
К тому же обнуление дало приятный побочный эффект: долговой конвейер встал разом и надолго. Кому-то из бедолаг вроде Максима это подарит передышку, мне же — тепло на душе. Всё-таки минус одна помойка в городе.
Но есть и риски… Обнулённый координатор — это громкий сигнал наверх. Куратор поймёт, что в городе завёлся сильный псионик, сложит два и два и начнёт копать. Хотя он и так копает… Коробочку-то свою ищет. В общем, шанс попасть под прицел, безусловно, высокий, но так даже проще понять будет, кто есть кто. Без столкновения в любом случае не обойдётся.
Технику, что может пригодиться, я собрал со всего магазина. Рабочий ноутбук со стола взял, ещё один, потёртый и явно личный, достал из ящика, телефоны всей компании тоже прикарманил.
Ах да. Перед тем как зачистить мозги, прошёлся по верхним слоям памяти спящей троицы, без глубокого бурения. Улов вышел скромным: имена таких же пешек, адреса пары точек и стойкая уверенность каждого, что работает тот в солидной фирме и на солидного человека. Ну и пин-коды от телефонов узнал. Пароль от ноутбука вытянул из мордатого ещё когда мозги ему спекал глубоким бурением, так что возиться со взломом не придётся.
Внедорожник у крыльца получил маячок в бортовые мозги, и теперь он будет исправно мне докладывать о своих маршрутах, куда бы его ни погнали. На прощание я перевернул табличку на двери и погасил свет.
Тащить весь этот арсенал техники к деду было бы верхом глупости. В любой из этих железок может сидеть маячок, и любого могут хватиться. А приводить хвост к дому с бункером я не собирался ни при каких раскладах. Для потрошения нужна нейтральная территория. Желательно безлюдная и с хорошим обзором…
Подходящее место я приметил почти сразу. Стройку на границе этого и соседнего микрорайона заморозили года три назад. Какой-то завод кондиционеров с иностранным капиталом. Видимо, что-то пошло не так, инвесторы перестали вливать деньги, и строители приостановили работу. Ещё два года, и город заберёт недострой, аннулирует разрешение и передаст право достроить важный для экономики города завод кому-то из местных подрядчиков. Правда, кондиционеров мы при таком раскладе не увидим, но площади пропадать не станут. Пока же я могу забраться наверх и спокойно посидеть, изучить всё, что имеется в технике «соседей по грядке».
Я устроился спиной к бетонной стене и открыл ноутбук Поршня. Сознание привычно соединилось с техникой, лежащей на коленях. Я прикрыл глаза, и файлы с жёсткого диска развернулись не как строчки кода, а колоннами понятных данных, подобно настоящему архитектурному шедевру.
В чёрной бухгалтерии у Поршня царил идеальный порядок. Папки по месяцам, сканы накладных… Всё подписано и разложено идеально. Налоговая о таком учёте может только мечтать.
Я начал с раздела поставок и уже через десять минут понял, что зависну тут надолго… За последние полгода через сеть Поршня в город заехало оборудования на сумму, какой позавидовал бы городской бюджет. Десятки адресов и сотни позиций. Часть добра расползлась по мелким конторкам. Только мелочёвка объясняла от силы четверть оборота…
Я поднял свои старые раскопки, залез через свой телефон на сервер к ИИ, сверился с данными по «ПраймМедКорпу». Корпорация как раз методично скупала недвижимость и сливала её через фонды и дочерние конторы на фирмы-однодневки с липовыми директорами. Цепочка замкнулась в этом ноутбуке, и стало всё совершенно понятно.
Полазил ещё немного и приметил один объект, что съедал львиную долю дорогой техники. Туда завозили добро с размахом, от которого у меня глаза на лоб полезли. Сигнализация такого класса, что ей впору банк охранять. Камер наблюдения сотни. Я даже сначала решил, что в накладной опечатка…
Серверные стойки и сетевое оборудование, а к ним в дополнение источники бесперебойного питания промышленного масштаба. И поверх всего этого медицинская аппаратура, названия которой мне пришлось пробивать. И она оказалась такой, что её с радостью забрала бы любая городская