Люби смерть - Стелла Так

– Обижена, что не может контролировать меня, но сыта.

Крэйн наклонил голову в немом вопросе, и Лор кивнул. Крэйн присел на корточки перед креплением цепей и пальцем начертил что-то, смутно напоминавшее руну. Секунда – и печать загорелась, по цепям пробежали искры, и наручники буквально отлетели от моих запястий.

Я облегченно натянула рубашку на обнаженную грудь и потерла затекшие суставы. Кровоподтеки практически моментально исчезли.

– Как это работает? – услышала я свой вопрос.

– Ммм… – промычал Лор, задумавшись.

Крэйн уселся рядом со мной, взял за руку и провел большим пальцем по моему запястью, пояснив:

– У экзорцистов это зависит от силы. Чем больше ты можешь задействовать Арканума и умственных способностей, тем ты сильнее. Более сильный экзорцист может управлять процессами в организме, заставляя их ускоряться. Мы с Фалько всегда исцеляемся быстрее остальных экзорцистов. У демонов все, конечно, иначе, но я предполагаю, что все кроется в структуре клеток.

Одновременно мы уставились на Лора, который посмотрел на нас в ответ и зевнул.

– Мы просто заставляем тело работать, – просто ответил он, прижимая руку к сердцу. – Мы, господа демоны, должны дождаться определенного момента, когда тело ослабеет достаточно сильно, как и душа, а рана будет на теле достаточно глубокой. Затем мы проникаем в тело, выкидываем оттуда душу, и в момент смерти тела мы его заново заводим, как старую машину.

– И как же? – спросила я. Мои вопросы не стали умнее даже после короткого обучения в Академии.

Лор пожал плечами и стал водить кончиками пальцев по моей коже.

– Мы состоим из чего-то вроде темной материи. Ну, как бы… – он нахмурился, будто пытался объяснить что-то невероятно сложное простыми словами. – Представь, что экзорцисты используют не десять и даже не двадцать пять процентов своего мозга. А все сто. И сжимаются при этом до точки. Как если бы все видимое испарилось, а остался только сгусток сути существования.

– Это вы? – я искренне удивилась, что он способен на такие сложные формулировки.

Уголки его губ дрогнули.

– Это мы, – подтвердил он, продолжая чертить игривые круги на моей коже. – Мы – чистая суть жизни. Фактически на десять ступеней эволюции выше экзорцистов. Когда вселяемся в тело, можем делать невозможное: мгновенно восстанавливать клетки, заставлять сердце биться, даже если оно должно было уже остановиться. Но без нас пустая оболочка не оживет. Поэтому они умирают, когда мы уходим.

– И обычные люди не знают о демонах и Аркануме именно поэтому? Их мозг просто не способен это осознать? – уточнила я.

Демон одобрительно кивнул.

– Они не воспринимают нас. Есть, конечно, дети и чувствительные люди, но их считают сумасшедшими. Кто вообще им поверит? Да никто! Даже если информация и проскочит, то экзорцисты заметут следы так, что на Нетфликсе выйдет что-нибудь типа «Неразгаданных тайн».

– Ясно, – прошептала я, разглядывая кожу рук. В мире столько всего неизвестного. Столько, чего не знала ни я, ни другие люди. Какая-то деталь из рассказа Лора застряла у меня в голове. Я не могла точно сказать какая, но что-то казалось… странным. Как кусочек пазла, о котором я даже не подозревала.

Но странный звук выдернул меня из раздумий.

Звук исходил от Лора.

Он закрыл глаза и…

– Он что, храпит? – растерянно спросила я.

Крэйн заглянул мне через плечо.

– Похоже на то, – ответил он с ухмылкой на лице.

– Демоны вообще спят? – поинтересовалась я, пытаясь вспомнить, видела ли когда-нибудь спящего Лора.

– Он до сих пор держит тебя за грудь, – еще более озорным тоном заметил Крэйн.

– Господи… Должно быть, он совершенно измотан. – В полном недоумении я сняла его руку с себя.

– Ну, думаю, он не сомкнул глаз ни на секунду с тех пор, как мой отец арестовал вас в Англии, верно? А только что отдал тебе очень, очень много Арканума. Дай ему немного поспать.

– Интересно, что происходит во снах такого древнего демона, как Лор? Если ему вообще что-нибудь снится, – спросила я, повернувшись к Крэйну, который все еще был обнажен. Как и я.

Словно прочитав мои мысли, он дотянулся до моих штанов с трусами.

– Держи.

Я быстро оделась, несмотря на то, что трусы были отвратительно холодными и мокрыми. Устроившись под боком сопящего демона, я посмотрела на него – глаза под закрытыми веками беспокойно подергивались.

– Наверное, он ругается с Фалько, – предположила я.

Экзорцист фыркнул и оделся, а затем улегся рядом со мной. Его пальцы накручивали прядь моих спутавшихся волос. Мы пару мгновений смотрели друг на друга, прежде чем я со вздохом заговорила:

– То, что между нами сегодня произошло…

Крэйн прервал мою речь кратким поцелуем.

– Эта вещь может быть как крайне важной, так и абсолютной ерундой. Это тебе решать. Я ничего от тебя не жду и не требую.

Я вздохнула, но напряжение все равно осталось.

– Не знаю, чего мне ждать и требовать от самой себя. Просто мне кажется, что это было очень эгоистично.

– Ты про секс? – спросил экзорцист, подперев щеку рукой, глядя на меня сверху вниз.

Я слегка смутилась и облизнула губы.

– Ну, он был необычный, – тихо призналась я. – Если я вступаю в близость с человеком, то это потому, что он мне нравится. Я не изменяю ему. Ни с кем. Моя мама стала плохим примером того, что происходит с жизнью при наличии… нескольких партнеров. Я никогда не хотела стать такой, как она. Вот почему я всегда думала, что выйду замуж за мальчика, с которым училась в школе, что у нас будет дом, дети. Что-нибудь простое. Но здесь же… Я не уверена, изменяю ли я кому-нибудь, даже если бы не знала с кем…

С каждым словом мне становилось все более стыдно, но мне было необходимо высказаться. Раньше я бы поделилась этим со своими соседками по комнате… но они мертвы.

Из-за меня. Из-за Уны. Из-за Лора. Из-за всего.

Мой брат был слишком молод для таких разговоров, не говоря уже о том, что он сам не захотел бы это все слушать. Мне нужно было поговорить с кем-то прежде, чем я запрятала это в себя снова.

На мое счастье, Крэйн, по всей видимости, не против был послушать мою болтовню.

– Ты думаешь, что… изменяешь Фалько? Как мне казалось, он был участником процесса. – Крэйн бросил двусмысленный взгляд на сопящего рядом великого экзорциста.

– Ну… – я прикусила губу, а затем спросила: – Темпест же мертва, да? Значит, это не считается изменой, да?

– Ммм… все не так просто, – признался Крэйн.

– Я так и знала.

Он посмотрел на меня с сочувствием.

– Если бы Темпест не вернулась как призрак, Фалько снова был бы полностью свободен. Но раз она здесь, среди экзорцистов существует ритуал, чтобы соблюсти клятву. К сожалению, он как раз предусматривает подобные случаи.

– Просвети меня.

– Ты слышала выражение «мертвые невесты»?

– А должна?

– Это древний обычай, который некоторые люди до сих пор соблюдают. Когда умирает уважаемый человек, ему сватают юношу или девушку, чтобы